Комбат против волчьей стаи - Андрей Воронин

— Не бойся, пусть люди загрузят наркотики…

— А где Федор? — испуганным голосом осведомился Сиваков.

— Его взяли, я сам видел.

— А ты как смог? — с каким-то недоверием в голосе спросил Сиваков.

— Я-то смог, успел среагировать, выпрыгнул.

— А машина?

— Что машина? Она в кювете. Монгол разбился, а Федора взяли.

— Как ты пробился сюда?

— А куда мне было идти? В сопки? По степям? Это смерть. К тому же у них везде люди. Солдат полно.

— И сколько?

Курт пожал плечами.

— Что ты думаешь делать, Сиваков?

— Не знаю, — растерянно пробормотал тот, — абсолютно не знаю.

— Сейчас здесь будет настоящий ад. Думаю, местные сдаваться не собираются.

— Что делать?

— Я тебя научу, что делать. Пока не высовывайся.

Если будем уходить, то попробуем уйти вдвоем. Пускай они пытаются прорваться, если у них нет мозгов.

А мы с тобой сделаем по другому.

— Что ты собираешься делать?

Сильвестр в расстегнутом плаще с пистолетом в руке подскочил к Сивакову.

— Слушай, есть предложение.

— Ну?

Курт стоял абсолютно спокойно, держа в руках каску, и стучал по ней пальцами, два автомата висели у него на плече.

— Я хочу предложить им деньги. Мы поговорили между собой, побазарили, может быть, они возьмут деньги и нас отпустят.

Курт хмыкнул.

— Пару раз у нас этот номер проходил. Попробуем.

Курт время о времени бросал взгляды на то здание, которое когда-то было конторой МТС, и в которой сейчас находились люди.

— Скажи, чтобы загрузили наркотики в микроавтобусы, Сиваков, слышишь, а я пойду огляжусь.

* * *

Савельев решил дождаться рассвета. Он поглядывал на часы, время от времени по рации связывался с подчиненными, те докладывали обстановку. Время шло невероятно медленно, и Савельев нервничал.

— Слушай, полковник, — Комбат подошел к нему, — давай я с Андрюхой схожу туда, посмотрю, что к чему.

— Куда?

Комбат указал рукой на холм.

— Да ты что, не в своем уме? Жить надоело? Вот рассветет, взойдет солнце и тогда пойдем туда, все пойдем.

Минуты две или три полковник Савельев раздумывал над предложением Комбата, затем взглянул на небо, усыпанное крупными звездами, черневшее среди разрывов темных низких туч.

— Не хочу, Борис Иванович, чтобы ты рисковал жизнью.

— Но кто-то же должен рисковать. Этих ребят посылать опасно, они не обстреляны.

— Ну да! — воскликнул полковник. — Это бойцы спецназа.

— Да ладно тебе, знаю я их. Они никогда не участвовали по настоящему в боевых действиях.

— Как это не участвовали, их тренируют, учат, деньги платят.

— Учат, тренируют, это правильно, но война — есть война. Мои ребята обстрелянные, а эти, — Комбат тоже взглянул на небо, затем на циферблат своих часов. — Знаешь, полковник, до рассвета осталось полтора часа.

— Что ты думаешь они будут делать? — Савельев кивнул в сторону холма.

— Не знаю, что будут делать они. Но я бы на их месте попытался прорваться.

— Прорваться ночью?

— Да, ночью. Днем они будут видны, днем могут появиться вертолеты, и их начнут расстреливать как волков в тундре.

— Да нет, вряд ли они полезут. Думаю, будут си-; деть до рассвета, а потом попытаются прорваться.

Комбат пожал широкими плечами, Савельев ему начинал не нравиться, он понимал, что полковник может быть, знает толк в наркотиках, знает, как ловить торговцев белой смертью. А вот как воевать — вряд ли ему известно.

А там на холме люди отчаянные, это Комбат понимал прекрасно. Мало того, что отчаянные и готовые на все, но и умелые бойцы. Рублев убедился в этом после того, как нашел зарезанных, бесшумно и умело, двух спецназовцев, подготовленных, тренированных, готовых ко всему на свете, кроме своей смерти.

— Думаю, нам надо ждать. Я вызвал подкрепление и к рассвету солдаты окажутся здесь.

«Опять солдаты, чушь какая-то», — подумал Комбат, но ничего не сказал.

— Знаешь, полковник, я все-таки пойду схожу туда. Я человек посторонний.

— Как это посторонний?

— Посторонний, посторонний. Ты об этом не знал, я делаю это самостоятельно, на свой страх и риск.

Полковник Савельев смолчал, проглотив пилюлю, а уже минут через пять он смог убедиться, что если кто-то здесь и разбирается в обстановке, так это Борис Рублев, потому что через пять минут после их разговора, взревев моторами, два автомобиля с погашенными фарами, помчались вниз с холма на бешеной скорости.

Двое из поставщиков наркотиков с тремя миллионами долларов и со всеми своими охранниками решили пойти на прорыв, решили уйти с холма.

Комбат услышал рев моторов и понял, что сейчас начнется настоящая война. О том, кого берут в охрану торговцы наркотиками, Борис Рублев имел представление, это как правило, люди проверенные, прошедшие выучку в спецназе, в десантных штурмовых батальонах.

Это были профессионалы, видавшие виды и не боящиеся смерти. Живьем никто из них сдаваться не собирался. Ведь им светили огромные сроки тюрьмы, а потерять свободу для этих людей страшнее всего.

И еще, Комбат прекрасно понимал, что бандиты хорошо вооружены, во всяком случае, не хуже, чем бойцы спецназа ГРУ, может быть, у них нет приборов ночного видения, нет снайперских винтовок, нет гранат, но оружие у них хорошее и пользоваться им они умеют.

— Андрей! — прокричал —Комбат, — Пехота, за мной!

Огромными прыжками Рублев бросился в ночь, туда, где по его расчету, вот-вот должен был закипеть бой.

Но пробежав метров пятнадцать, он вдруг замер.

Ему пришла в голову простая мысль, а как поступил бы он сам, находясь на той стороне. Небольшая группа шла на прорыв, завязывался жестокий бой, соперник стягивал к тому месту все силы, а остальные бандиты уходили другой дорогой!

— Савельев, полковник! — прокричал Комбат.

Савельев разговаривал по рации, но услышав окрик Комбата, вскинул голову.

— Они сейчас пойдут другой дорогой, пойдут вниз, на тебя, так что будь готов. А я побегу туда. Андрей, будь здесь, помогай полковнику и присматривай. Пехота, побежали.

Полковник Савельев был хорошим оперативником, но война, ночной бой — совсем другое, это стихия Комбата. Тут он смог показать себя. Два автомобиля, джип и автобус пытались прорваться, трещали автоматы, трассеры рассекали тьму, прогремело два взрыва, и Рублев на бегу понял, что это спецназовцы применили подствольники.