Троянский конь - Иван Сербин

Дима кивнул. Да, Козельцев был прав. Диме сейчас неприятности были ни к чему. До сих пор ему удавалось сохранять имидж безупречного бизнесмена, но стоит начаться уголовному делу, все пойдет прахом.

— Хорошо. — Дима задумчиво помял подбородок. — Я понял суть вашего предложения. Мне понадобится какое-то время, чтобы его обдумать, посмотреть, удастся ли достать нужную сумму. Позвоните мне, скажем… завтра, и я дам вам окончательный ответ.

— Договорились, — расплылся Козельцев. — Мне характеризовали вас как очень здравомыслящего молодого человека. Не сомневаюсь, вы примете правильное решение.

— Я тоже очень на это надеюсь.

— Да, и еще. На тот случай, если решение вдруг окажется неправильным… В случае моей скорой и внезапной гибели или получения тяжелых увечий документам, о которых я упоминал, будет дан ход. Они хранятся в надежном месте, так что не трудитесь их искать. Всего доброго, Дмитрий Вячеславович.

Козельцев, не протягивая руки, повернулся и зашагал к «Ауди». Дима же остался стоять, задумчиво глядя ему в спину.

— Дим, что случилось?

— Проблема, — проговорил медленно Дима.

— Что такое?

— Поехали, поговорим по дороге.

Они сели в «БМВ», выкатились со стоянки.

— Вадим, подними всю информацию на этого человека, — сказал Дима, когда машина миновала Садовое кольцо и покатила по Тверской к окраине. — Напряги все наши завязки. Меня интересует абсолютно все. Где бывает, с кем общается, что ест, с кем спит, семья, дети, увлечения, как проводит досуг, сколько пьет. Одним словом, любые подробности. — Он вытащил из кармана визитку, протянул советнику. — Держи. Здесь его данные.

— Думаешь, не туфта? — с сомнением поинтересовался Вадим, пробежав глазами надпись на визитке.

— Похоже, «обзывала» на картонке фуфлыжные. Для фасона. Но сам Козельцев Владимир Андреевич уровня реального. Иначе откуда правительственную машину взял? Номера левые вешать побоялся бы.

— Может, нанял водилу? На часок? Чисто для развода?

— Вряд ли. Не стал бы водила за нами топтаться, как пес цепной.

— Слушай, объясни хотя бы, что за предъяву этот лось тебе выкатил?

Дима в двух словах обрисовал советнику ситуацию.

— Хм… — Вадим подумал, покачал головой. — И что ты думаешь делать?

— Не знаю пока. Десять миллионов долларов мне сейчас не собрать никак. Свободных денег у меня просто нет.

— Тогда он сольет тебя ментам.

— В том-то и дело.

— А если его завалить?

— Тоже нельзя. Слишком высокий уровень. Менты в это дело вцепятся двумя руками. На нас выйдут достаточно быстро. К тому же он скорее всего оказывает разным людям нужные услуги. Волна пойдет, с нас спросят реально.

— И ты думаешь, что он не соврал насчет документов?

— Думаю, нет.

— А может, послать его подальше? Продюсер-то эвон когда помер. Год назад. Где этот Владимир Андреевич раньше был со своими секретаршами? А следаку забашляем реально, чтобы дело замял.

— Не получится, Вадим. Следак-то прикормленный будет. Он нам за «забашляем» еще по трешнику сверху накинет. — Дима подумал, покачал головой. — Завязки-то у Козельцева этого покруче наших будут. Нет, Вадим. Послать его не получится. Завалить тоже. Поищи лучше секретарш этих. Узнай, что они написали в своих показаниях. Когда, кто при этом присутствовал, кто заверял. Заплатим им деньги, пусть напишут встречные заявы, что их вынудили показания левые дать. Типа под стволами.

— Нет базара, брат. Я их найду, — пообещал Вадим. — Если они еще живы. — В кармане советника требовательно и настырно зачирикал мобильник. Вадим достал телефон. — Да. Да, брат. Нет, все нормально у нас. А что случилось? Кто? Ладно, братела, поглядим, что тут можно сделать. — Он убрал телефон в карман. Хмыкнул. — Борик звонил. Что-то странное творится на белом свете.

— Что такое? — спросил Дима, глядя в зеркальце.

— «Смольновцы» объявились. Борзеть начали. Насчет авторынка предъявы кидают. Забили стрелку «папе» на втором километре, у мотеля, на пять вечера. Базары тереть. Тревожная стрелка явно. — Вадим потер пальцами лоб. — Борик сказал, звон идет, на мочилово они нацелились. Спровоцируют наших на ссору, а там само покатится… Может быть, имеет смысл подтянуть ребят?

— Не стоит, — покачал головой Дима. — Можно как-то стрелку продинамить?

— Дим… — Советник нахмурился. — Они сразу бычиться начнут. Станут звенеть по городу, что у Крохиной бригады личина играет. Да и по понятиям, если мы стрелку продинамим, авторынок нам придется отдать без базаров. «Папа» такой кусок не выпустит. Лучше уж этой борзоте хвост прищемить реально. Ох, Дим, что-то не нравится мне, как дела поворачиваются. Сперва Козельцев этот. Теперь «смольновцы» наехали. Да разом, почти минута в минуту. С чего бы?

Дима задумался. Они с отцом разделили сферы ответственности. Дима занимался абсолютно легальным бизнесом. Открыл несколько ресторанов и кафе, пару магазинов. Прибрал к рукам казино, авторынок и пару рынков продовольственных, ранее принадлежавших структуре Смольного. И, разумеется, держал кинопродюсерский центр. Свое детище. Любимое детище.

Его холдинг располагал собственной службой безопасности, в которой теперь работала большая часть пехотинцев из отцовской структуры. Помимо этого, имелся отдел разведки и контрразведки, возглавляемый действующим сотрудником УФСБ. Достаточно высокопоставленным, надо заметить, сотрудником. Собственно, протекцию своему бывшему начальнику составил их человек из «конторы».

Комичность ситуации заключалась в том, что ФСБ проводила «внедрение своих сотрудников» в холдинг с целью «получения оперативной информации о деятельности криминальной структуры», возглавляемой его, Димы, отцом. Холдинг же никаких контактов с бригадой не поддерживал. Даже договор на охрану заключался не с отцом, а с его фондом. Димина фирма была легальной и абсолютно законопослушной. Ну, может быть, какие-то мелочи, но кто сейчас без греха?

Существующее положение вещей устраивало всех. Вячеслава Аркадьевича Мало — Кроху. Самого Диму. Ну и, конечно, начальника службы безопасности, получавшего, помимо официального государственного жалованья, еще и солидную надбавку за «нелегкий труд» в Диминой структуре.

Так что с точки зрения соблюдения законности бояться ему было нечего. Кроме разве что двух секретарш.

— Ладно, — кивнул Дима. — Мне понадобятся данные на местных ментов. На оперов и следователей.

— Хорошо, сделаю, не вопрос, — кивнул Вадим, доставая из кармана электронный органайзер и делая в нем соответствующую запись. — Когда?

— Очень срочно. Уложишься в ближайшие два часа — будешь молодец.

— Оп-па, — покачал головой советник. — Я постараюсь, конечно, Дим, но ничего обещать не могу. Сам понимаешь, реально, ты не пачку пельменей просишь достать.