Троянский конь - Иван Сербин

— Бандит? — внимательно глядя на мэра, спросила Катя.

Знала она, конечно, что из себя представляет Владимир Андреевич Козельцев, но ведь сознайся — и сорок минут придется выслушивать мэрские версии, одну нелепее другой, на тему: «А что это правительству могло от нас понадобиться, как вы думаете, Икатирина Михална?»

— Не-ет, — протянул мэр. — Из правительственных кругов товарищ. Очень, очень… влиятельный…

— Серьезно? — удивилась Катя. — Не иначе товарищ президент собрался в область с дружественным визитом.

— А-а-а, — протянул мэр, да так и остался на пару секунд с открытым ртом. — Думаешь?

А насчет «товарища»… Однажды областной репортер, пишущий статью об их городе, в интервью с мэром начал очередной вопрос обращением: «Господин мэр…» Закончить фразу ему не удалось. Павел Ильич Логин, убежденный колхозник и коммунист с шестьдесят седьмого, пошел красными пятнами и заорал, срывая глотку:

— Господа у нас вона, в Москве все… эта… сидят!!! А тут, у нас, — товарищи! — после чего запустил в репортера пепельницей.

Репортер отделался легким испугом, случай вошел в историю, и теперь народ, попавший на прием к мэру, старался не употреблять «контрреволюционных» словечек. Предпочитали общаться по старинке. И только местная братва отнеслась к новшеству с неприкрытым, почти детским восторгом. «Слыхал, братела? Базар катался, в Москве господа на зону ушли», — веселились они.

— Допускаю такую возможность, Пал Ильич, — серьезно сказала Катя. — Иначе что бы товарищу из правительства здесь у нас делать? Или со скрытой инспекцией. Инкогнито, — не удержалась она от язвительности.

— Да, — легко, без задней мысли, согласился мэр. — Инкогнито… Скажите пожалуйста… Надо бы мне кое-какие распоряжения отдать… В связи с возможной инспекцией и приездом… — Но тут же спохватился: — Да, тебя вчера, говорят, капитаном назначили? — Катя хотела было объяснить, что звание — не должность, на него не назначишь, но передумала. Пал Ильич был человеком далеким от чинов и званий. — Поздравляю, поздравляю, заслужила… — Мэр схватил ее худую ладонь и убедительно тряхнул пару раз. Нахлобучил знаменитую кепку и махнул рукой. — Ну, иди, работай. И скажи там Гукину, чтобы постарался. Бомжей, алкоголиков чтобы на улице ни-ни…

Гукин Никита Степанович был начальником УВД.

— Пал Ильич, а как насчет бензина? Все лимиты исчерпали давным-давно, на вызовы ездить не на чем. Ребята на свои кровные заправляются…

— За инициативу хвалю. Пусть квитанции сохраняют. Потом погасим. И премию выпишем…

Павел Ильич повернулся и засеменил к зданию управы. Ну и ладно. Город станет чище. Глядишь, фасады у пятиэтажек обновят, асфальт новый положат.

— Классиков читать надо, товарищ мэр, — пробормотала Катя и вошла в здание УВД.

Дежурный на вахте, улыбчивый сержант — фуражечка-то на консоли лежит, — козырнул молодцевато:

— Здравь желаю, та…рищ капитан.

И расплылся аж до самых ушей, довольный собственным неказистым поздравлением.

— Здравствуй, Кеша, — улыбнулась скупо Катя. — Только к непокрытой голове руку-то не прикладывают.

— Слыхали про такое правило.

— Как ночь прошла?

— Нормально. Как обычно прошла. На Клочковской мало-мало поцапались эти… два брата… из восьмого дома…

— Федотовы?

— Они самые, — кивнул дежурный. — Вон, — кивнул за плечо, — в кутузке дрыхнут, красавцы. Выспятся, дам им по штрафу — и пусть себе по домам гребут.

— Не слишком усердствуй только.

— Ничего. Больше заплатят, меньше пропьют.

— У матери пенсию отберут, — заметила Катя.

— А я тогда к Степанычу пойду, — очень серьезно заявил дежурный. — Попрошу, чтобы годика по три каждому обеспечили.

— Все? — спросила Катя.

— Еще у общаги женской. Солдаты с нашими пацанами сошлись, стенка на стенку.

— Из-за девок?

— Это уж как водится.

— И серьезно сошлись?

— Да не, — махнул рукой дежурный. — Так, баловство одно, говорить не о чем.

— Что еще?

— А еще, — хитро прищурился дежурный, — двое сотрудников оперативного отдела ОВД были задержаны нарядом ППС в нетрезвом состоянии.

— Где?

— На Макаровке.

Макаровка была промышленным районом. Именно на Макаровке располагался текстильный комбинат. И женское общежитие.

— Кто?

— Лемех и Панкрат.

— Я так и думала, — кивнула Катя. Антон Лемехов и Гриша Панкратов — среди своих Панкрат — были приятелями не разлей вода. — За что хоть задержали-то?

— А ты у них спроси.

— Рапорт составили?

— Обошлось, — улыбнулся дежурный. — Так отпустили. Свои все-таки.

— Ладно. Разберемся. Теперь все?

— Теперь да.

— Хорошо. — Катя прошла по коридору, толкнула дверь комнаты оперативного состава.

Что касается помещений, тут им повезло. Стараниями Никиты Степановича Гукина УВД выделили едва ли не самое большое здание в городе, явно превышающее довольно скромные потребности органов охраны правопорядка, укомплектованных всего-то на шестьдесят процентов. Потому-то и занимали опера, как важные чиновники, каждый по отдельному кабинету. Да еще и комната для совещаний имелась. С мебелью обстояло хуже, но жаловаться было грех. Говорили, в столице, случается, коллеги по трое в крохотной комнатке ютятся.

В комнате оперсостава Катя застала четверых — Лемехова, Панкратова, Володю Паничева — Пана — и Женю Кузенко — просто Жеку. Володя и Женя смотрели по маленькому черно-белому телевизору музыкальную программу местной кабельной студии, Панкратов разглядывал пейзаж за окном, Лемехов, сидя на старой ученической парте, курил, пуская дым к потолку и болтая ногами.

— Привет, Кать, — повернулся к Кате Паничев.

— Добренькое утречко, — вторил ему Кузенко.

— Доброе, — кивнула Катя.

Лемехов разогнал дым рукой и заявил:

— Опаздываете, товарищ капитан.

— Начальство не опаздывает, — ответила Катя.

— Знаю, знаю, — расплылся Лемехов. Его, похоже, совершенно не удручали события вчерашнего вечера. И Катин отлуп, и последующее задержание. — Проспала, что ль?

— Неважно, — ответила она, выключая телевизор. — Расскажи-ка лучше, герой, что это за дебош вы с Панкратом учинили нынче ночью?

— Какой дебош, мать? — удивился вполне натурально Гриша Панкратов. — Ты о чем? Никакого дебоша не было.

— А что на Макаровке делали в такое время? — поинтересовалась Катя, хотя ответ ей был известен заранее.