Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Ты куда? — зло спросил Араб и прорычал:

— Забирайте этих недобитков! Оружие возьмите.

Глядя на лежащего с разбитой головой детину, хмыкнул. Парни помогли подняться двоим и, подхватив двух других, начали спускаться вниз.

— Господи, — качая головой, промычал сидевший на заднем сиденье «шестисотого» Аркадий, — какие идиоты. Трогай, — приказал он.

— Где же Михай? — тихо спросил сидевший на корточках за бортиком детской песочницы бомж с подбитым глазом. — Видал, сколько их? — Он мотнул головой на три машины. — Не прибили бы его там.

— Наверно, замочили, — прошептал другой. — Троих вынесли. Он им успел навесить, а остальные его сделали. Сейчас уедут — посмотрим.

— Если там трупы, — сказал первый, — то и соваться не стоит. Потому…

— Стоять! — раздались властные крики. — На землю! Мордами вниз!

Хлопнул выстрел. Коротко простучала автоматная очередь. Послышались удары и вскрики.

— Сваливаем, — прошептал «подбитый глаз».

— Вы звонили? — спросил рослый омоновец с закрытым лицом открывшую дверь Жанну.

— Я, — кивнула она. — Услышала шум драки. И, кажется, выстрел. Сразу позвонила. Я… — Не договорив, уставилась немигающим взглядом вниз.

Омоновец понял — она увидела лежащего на лестнице детину с разбитой головой и раной в груди.

— Извините. — Мягко, но настойчиво омоновец оттеснил ее назад. — Вам это ни к чему.

— Я знаю, кто и зачем прислал сюда парней, — прошептала побледневшая Жанна.

— Что? — не расслышал омоновец.

— Кого убили? — чуть громче спросила она.

— Судя по виду, какого-то бомжа. Вы не узнали его?

— Неужели вы считаете, — пришла в себя Жанна, — что среди моих знакомых могут быть нищие?

— Я думал, вы лучше, — сухо проговорил омоновец и вышел. Повернувшись, не дал ей закрыть дверь. — Сейчас с вами будет говорить сотрудник милиции, — по-прежнему казенно-официальным тоном проговорил он. — Расскажете, что слышали.

— Я не могу оставаться в открытой квартире, — рассердилась Жанна и хлопнула дверью.

Волчара, осторожно поднявшись по ступенькам, подошел к квартире Владимира Ивановича. Достал пистолет, взглянул на лестницу сверху. Потом вздохнул, достал из заднего кармана ключ, который дал ему старик, и сунул в замочную скважину. Дверь открылась. Выставив вперед руку с пистолетом, замер.

Шумно вздохнув, ногой толкнул дверь и прыгнул вперед. Споткнувшись о выставленную ногу, упал. Пытаясь смягчить падение, инстинктивно выбросил вперед руки. Пистолет отскочил в сторону. Едва Волчара коснулся руками пола, сильный удар по затылку выбил из него сознание.

— А говорили — крутой, — усмехнулся один из троих парней.

— Видали мы таких, — кивнул второй.

— Теперь можете спокойно отдыхать, — улыбнулся сидевший в кресле рядом с кроватью мускулистый мужчина. — Все кончено. И впредь выбирайте себе знакомых. — Он кивнул и, поднявшись, шагнул к двери.

— Стоять, — услышал он негромкий голос. — И руки за голову.

Удивленно повернувшись, увидел в руке Владимира Ивановича направленный на него револьвер.

— Вот это да, — удивился мускулистый.

— Советую выполнять мои команды, — спокойно проговорил Владимир Иванович.

— Стреляю я прекрасно. Калибр пять и шесть, — улыбнулся он. — Ствол чуть расширен. Уверяю вас, молодой человек, выстрела никто не услышит, поэтому не надо делать глупостей.

— Чего ты хочешь? — Мускулистый сглотнул.

— Скажите своим людям, — тем же тоном проговорил Владимир Иванович, — чтобы они немедленно оставили в покое Дениса и убирались. Ты останешься попить чайку. У меня есть замечательное варенье, клубничное.

— Обожаю клубнику, — постарался казаться героем мускулистый, хотя чувствовал себя совсем по-другому. Какой-то старик угрожает ему! Однако пистолет в старой руке не подрагивал, — Парни! — громко проговорил мускулистый. — Оставьте этого и уезжайте! Сюда не входить!

— Последнее сказано зря, — спокойно отметил старик. — Тебе все равно никто не поможет.

За дверью раздался грохот упавшего тела. И тут же звон разбитого стекла.

— Зеркало, — поморщился Владимир Иванович. — Из Германии привез. Жалко.

Послышался сдавленный стон. Снова упало что-то тяжелое.

— Этого не трогать! — приказал старик.

Дверь распахнулась, и ворвался Артур. На его щеке была кровь.

— Где ты был? — недовольно спросил Владимир Иванович. — Ведь понял, что у нас неприятности. Квартиру нашли по номеру телефона. — Он кивнул на стоявшего с поднятыми руками мускулистого. — Мне этот молодой человек сообщил. Как там Денис? — Опустив пистолет, он начал подниматься.

Мускулистый, крутанувшись, нанес удар ребром ладони. Артур, поднырнув под обдавшую голову воздухом ладонь, всадил кулак в солнечное сплетение противника. Тот, охнув, начал падать головой вперед. Бонич поймал его и осторожно положил на пол.

— Как вы? — взглянул он на старика.

— Будет еще лучше, если мы немедленно уедем отсюда. Как там Денис? — с тревогой спросил Владимир Иванович.

— Вполне, — кивнул Бонич. — Даже умудрился одного довольно сильно ударить ногами. Сейчас, по-моему, разбирается с ними. — Он кивнул на дверь, из-за которой доносились мат и звуки ударов. — Он лучше, чем я думал. Пришел, хотя наверняка знал, что здесь гости.

— Бери свои вещи, — сказал старик, — и мы немедленно уезжаем. У меня в гараже «Таврия». Ключи в тумбочке под телевизором.

Артур недоуменно взглянул на Владимира Ивановича. Тот никогда не говорил о том, что у него есть машина.

— Я не хотел, чтобы ты раскатывал по городу на машине, проворчал тот. — Сейчас столько аварий.

— Ну, — заглянул в комнату Волчара, — как здесь? Увидев лежащего мускулистого, с матом прыгнул к нему и с силой пнул в голову. И еще раз.

— Хватит, — приказал старик, — не то убьешь. Тогда милиция проявит интерес, а мне этого совсем не хочется. Надеюсь, там, — он посмотрел на дверь, — живые остались?

— Остались, — хмуро кивнул Волчара. — Гребни поганые.

— Что у тебя с головой? — увидев кровь на его шее, спросил старик.

— По башке чем-то смазали.

— Скорее всего пистолетом, — сказал Артур. — Я жду вас внизу.

— Забирай свое имущество, — оглядев спальню, сказал Владимир Иванович.

— Мы переезжаем.

— Вы это… — Волчара кашлянул. — Езжайте. Ведь эти псы на меня охоту устроили. Я знаю почему, так что…

— Ты слышал, что я сказал? — сурово посмотрел на него Владимир Иванович.