Взвод специальной разведки - Александр Тамоников

Часовой проводил офицеров до торцевой камеры. Открыл ее по приказу особиста.

При виде Гуреева с Калининым Гудилов вскочил с кровати, одернул длинную афганскую рубаху, представился:

— Арестованный Гудилов.

Майор попросил разводящего принести пару табуретов.

Сержант быстро выполнил команду.

Офицеры сели, Гудилов продолжал стоять.

Майор взглянул на Калинина. Тот понял и сказал:

— Сегодня утром духи Амирхана захватили начальника штаба дивизии, офицера и прапорщика, а также медицинскую сестру, мою невесту, сука ты продажная. Амир уже предложил обмен — полковника на брата, тебя на всех остальных.

В глазах предателя мелькнула искра надежды, это заметил Александр:

— Только ты, ублюдок, особо не радуйся! Ты…

Калинина прервал Гуреев:

— Решать, кого на кого менять, будем мы. И если Амирхан действительно пойдет на обмен полковника на брата, то вот с тобой дело обстоит сложнее. Главарь душманов, по нашим данным, не собирается осуществлять вторую часть сделки. Ты ему не нужен. А условия выставлены лишь для того, чтобы гарантированно освободить брата. Но даже если Амирхан и будет настаивать на прежних условиях, ты в любом случае из этой камеры не выйдешь. У нас есть что предложить Амиру взамен заложников. Более существенное, чем ты! Так что не обольщайся и не питай никаких надежд. От суда военного трибунала гражданину Гудилову не уйти ни при каких обстоятельствах.

Бывший заместитель командира роты поник.

Гуреев же продолжил:

— Но у тебя есть шанс избежать расстрела и даже… даже провести за решеткой не такой уж длительный срок.

И вновь Гудилов ожил, спросил:

— Что я должен для этого сделать?

— Немногое! Назвать места, где могут содержаться заложники.

— Но… но… я не знаю!

— Где базируется Амирхан?

— В кишлаке Лахель находится главная база. Это на границе с Пакистаном в Арихельском ущелье. Также его отряды дислоцируются в селениях Руза и Даберда. Это недалеко от Лахеля, но ближе к полевому госпиталю Аликар, по Кидрабскому ущелью. Лахель прикрывается пакистанцами!

— А ближе? Ближе к Аяду?

Гудилов задумался. Пожал плечами:

— Больше вроде нигде постоянных лагерей нет! По крайней мере, я о них не знаю.

Вопрос задал Калинин:

— При последнем обстреле гарнизона системами залпового огня откуда вы тащили установки? Неужто от пакистанской границы?

— Да! От Даберды! Но не везде тащили на себе. Большую часть пути вьючным караваном, а за хребтом в «зеленке» ждали автомобили. По сути, вручную и стволы, и снаряды лишь поднимали на перевалы, и то используя лебедки. По равнине и Карской «зеленке» передвигались на машинах. И отход осуществляли опять-таки караваном.

В допрос вклинился Гуреев:

— В Жанаве Ахмад останавливал отряд?

— Да!

— С чем была связана остановка?

— С монтированием на лафеты пусковых установок и привалом.

— Еще есть что сказать?

— Нет! По последнему рейду все!

Особист поднялся:

— Как думаешь, Гудилов, где Амирхан прячет заложников?

— Не знаю! Клянусь, не знаю.

— Ну что ж, если вспомнишь что, сообщи начальнику караула. И учти: от твоей способности разумно мыслить зависит твоя жизнь. Пока я не услышал ничего, что могло бы сохранить ее!

Гудилов взмолился:

— Но я же сказал все, что знал! Да и не мог я знать многого. Я все рейды подробно расписал в показаниях прокуратуре. Чистосердечно и правдиво!

— Да? А что тебе, мудак, еще оставалось делать?

Калинин, в свою очередь, обещал предателю:

— Если, мразь, с моей женщины хоть волосок упадет, я лично расстреляю тебя. Из гранатомета!

Офицеры покинули камеру предателя.

Гуреев взглянул на Александра:

— Теперь посетим Ахмада?

— Посетим! Но вряд ли он будет сговорчивее Гудилова. Предлагаю сразу прессануть духа!

— Еще пару зубов ему выбить?

— Что-то в этом роде!

— Нет! Не стоит уродовать его, хотя, признаюсь, такое желание не раз посещало и меня. Но… нельзя! — И майор добавил: — Пока нельзя! Дальше видно будет!

Они прошли к камере. Особист спросил у часового:

— Что делает арестованный?

Тот ответил:

— Недавно молиться закончил. Бился о пол почти час.

Разводящий добавил:

— С утра его медики в порядок привели да комендант из шланга отмыл, хоть на человека стал похож.

— Да? Клыков не видать?

Разводящий удивился:

— Каких клыков?

Майор, сохраняя невозмутимый вид, ответил:

— Как каких? Обычных, звериных.

Молодой сержант явно не понимал, что офицер шутит, ответил вполне серьезно:

— Никак нет, товарищ майор, я бы заметил!

— Да? Ну ладно! Открой для начала форточку, глянем, чем сейчас занимается наш душара.

Разводящий открыл железную створку, через которую задержанным подавалась пища и вода.

Услышав скрип металла, Ахмад повернул голову к двери.

Глаза Калинина встретились со взглядом бандита. Александр тут же отпрянул от камеры.

Особист спросил удивленно:

— Ты чего?

И сам заглянул в камеру.

Душман спокойно сидел на кровати.

Особист опять спросил старшего лейтенанта:

— Так ты чего, Саня?

— Отойдем, Игорь Львович?

— Пожалуйста.

Калинин провел майора до конца коридора. Взволнованно спросил:

— У Амирхана, кроме Ахмада, есть еще братья?

— Не понял? Тебе что, этого мало?

Но Александр продолжал настаивать:

— Так есть или нет?

— Есть, Реза, но тот вне войны. Он учится в Англии. Проверено.

— Молодой?

— Кто?

— Ну, студент этот?

— По-моему, лет двадцати пяти, а что?

— А то, что я знаю, что нам делать!

— В смысле?

— Я знаю, откуда Амирхан руководит своими моджахедами.

Гуреев изумился:

— Ты знаешь, где может находиться Амирхан?

— Думаю, знаю!