Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Которая не смогла защитить своего тайного и ценного агента, – заметил Потапов.

– Ну, и на старуху бывает проруха, Владимир Дмитриевич. Что ж поделать, если мы не просчитали вероятность ликвидации Керима экзотическим способом? Это было сделать сложно. Но мы выдали свое присутствие, когда Халиф попытался завладеть аулом. И этого вполне достаточно. Теперь Абадзе не имеет веских оснований сомневаться в гибели Зайнулло и Гарнуса, а также в том, что мы пасли их от Хаба-Юрта. Он должен быть доволен, что случай оборвал жизнь помощника, который вел за собой спецназ. Для Абадзе нить, связывающая его с деятельностью в России, оборвалась. Это успокоит негодяя, что нам и требуется в настоящее время.

Заместитель начальника Управления спросил:

– На какой стадии подготовка операции в Афганистане?

Генерал-лейтенант Феофанов ответил:

– Боевая операция «Охота» согласована с Самим, руководством МИД, Службой внешней разведки, ФСБ. Сформирована сводная группа на базе «Ориона».

– Она же понесла потери в предыдущей акции?

– По докладам Крымова и Тимохина, ребята полностью восстановились, а у меня нет основания ставить под сомнение заверения Тимохина в полной боевой готовности подчиненного ему подразделения. К тому же «Орион» усилен офицерами «Валдая» и «Грома».

– «Мираж» остается вне игры?

– В резерве. Но давай все это обсудим в Москве.

– Да, конечно! Когда за нами прибудет самолет?

– «Ту-134» прибудет в Ростов сегодня, в 16.00. Обратный вылет назначен на 18.00. К этому времени все наши люди должны находиться в аэропорту, в специальной зоне. В Москве я вас встречу.

– Понял.

– А сейчас, Владимир Дмитриевич, ложись, отдыхай! Свою задачу ты выполнил. В Ростове, я имею в виду. Уже завтра придется включиться в работу по практической реализации плана боевой операции в Афганистане.

– Я готов!

– Знаю. Но отдыхать тоже иногда нужно.

– Тогда до встречи в Москве, Сергей Леонидович? – спросил Потапов.

– Да, Владимир Дмитриевич, до встречи в Москве!

Генерал Потапов выключил аппаратуру спутниковой связи. Потянулся. Вызвал через дежурного по части командира батальона. Подполковник Дудин находился в штабе и прибыл по вызову немедленно. Потапов обратился к нему:

– Юрий Андреевич, в гостинице для меня найдется место?

– Ну, что за вопрос, товарищ генерал? Естественно! Идемте, провожу. Утром, правда, офицеры вряд ли дадут выспаться, начнут с 5 утра шарахаться по этажам. Кому на подъем, кому на зарядку.

– Ничего! Я сплю крепко. А провожать меня не надо. Дорогу и сам найду, ты только дежурной позвони, предупреди, чтобы открыла номер.

– Сделаем!

– И сам отдыхай.

– Переговорю с командиром роты контроля над Хаба-Юртом – и отдохну до подъема. У меня же, кроме вас, еще и батальон!

– Да, служба беспокойная, на себе испытал. Ладно, идем!

Генерал и комбат прошли в дежурку. Оттуда Потапов проследовал в офицерскую гостиницу, где ему был предоставлен генеральский номер. Через полчаса заместитель Главного управления по борьбе с терроризмом уже спал крепким сном.

Афганистан, кишлак Буриши,

четверг, 14 октября

Тимур Абадзе находился в своем кабинете с 8 утра. Работал с компьютером. В 9.00 в дверь постучали. Не отрываясь от монитора, Абадзе крикнул:

– Входи, кто пришел!

На пороге появился старший помощник Ахмаддин Карради.

– Две новости, господин! Ассолом аллейкум!

– Ва аллейкум ассолом! Говори!

– Я только что получил сообщение о том, что ночью после смерти Керима Асанова и объявления Халифа преемником бывшего хозяина аул Хаба-Юрт был атакован силами российского спецназа. Впрочем, если вы в Интернете, то можете выйти на российские сайты, там эту новость довольно подробно освещают.

Абадзе спокойно проговорил:

– Что я и делаю. Так, есть! Спецоперация МВД в селении Хаба-Юрт. – Полевой командир усмехнулся. – Спецоперация МВД! Слышишь, Ахмаддин?

– Так точно, саиб!

– Работу спецназа засекретили, выставили вместо спецслужбы милицию. Хотя в принципе ничего другого им и не оставалось. Зайнулло и Гарнуса проворонили, своего осведомителя Асанова защитить не смогли. На этот раз спецы серьезно промахнулись. Думаю, их генерала Феофанова ждут крупные неприятности. Все ясно, этого я, собственно, и ждал. Что еще за новость ты принес, Ахмаддин?

– Эта, надеюсь, обрадует вас.

– Да говори ты, наконец!

– Звонил секретарь Аль Гальята. Шейх готов купить наших девочек. Прибудет в Буриши лично, 20-го числа после обеда.

Абадзе взглянул на старшего помощника.

– Да? Это действительно хорошая новость. Каким образом уважаемый Абдулазиз собирается прибыть в Афганистан? Об этом его секретарь говорил?

– Говорил, саиб! Аль Гальят прилетит на своем самолете в Кандагар. Там гостя будут встречать верные ему люди на машинах посольства. Из аэропорта шейх двинется к нам, в Буриши!

Абадзе резко поднялся.

– А вот этого нельзя делать ни в коем случае!

– Что вы имеете в виду?

– Ты не понимаешь? Шум поднимать нельзя. Как я потом объясню руководству Движения визит арабского шейха? Аль Гальят должен прибыть к нам тихо, не привлекая внимания. А лучше выслать своего доверенного человека.

Карради склонил голову:

– Извините, саиб, но это не в моих силах.

– Знаю. А посему обеспечь-ка мне связь с шейхом.

– Прямо сейчас?

– Немедленно, Ахмаддин! Свяжись с секретарем Аль Гальята, передай, что я буду звонить шейху… – Абадзе взглянул на часы. – Буду звонить шейху в 11.00. Попроси, чтобы Аль Гальят в это время находился у себя в мраморном кабинете!

– Слушаюсь, господин.

– Ступай! По результатам разговора с секретарем шейха сразу доложи мне.

– Я все понял.

Поклонившись, старший помощник полевого командира талибов Амира Ахадрада покинул кабинет хозяина. Вернулся через полчаса.

– Саиб! Аль Гальят будет ждать вашего звонка ровно в 11.00.

– Ну, вот это совсем другое дело! Проверь мою станцию, чтобы сбоя во время эфира не было.

– Слушаюсь.

Помощник забрал кейс и вновь вышел из кабинета. Абадзе откинулся на спинку кресла, обдумывая предстоящий разговор с арабским шейхом.