Хокуман-отель (сборник) - Анатолий Ромов

Сойдя на Моховой и отпустив извозчика, Пластов пошел к подъезду, вдруг услышал шепот:

– Арсений Дмитриевич. Арсений Дмитриевич, осторожней. Тсс. Тише!

Повернулся – Хржанович; смотрит, высунувшись из арки. Вот махнул рукой: сюда!

– Что случилось? Вадим?

Хржанович втащил его в подворотню, зашептал:

– Не входите в подъезд, они могут быть там.

– Кто – они?

– Не знаю. Их двое, они уехали. Но вдруг у них сообщник?

– Какой сообщник?

– Они подъехали на автомобиле. Черный «фордзон».

– Ну и что? Спрашивали меня?

– Нет, но я вошел в подъезд, услышал, как один сказал: «Может, подождем?», второй ответил: «Ничего, от нас все равно не уйдет». Я подумал, что это о вас.

– Что дальше?

– Я сделал вид, что поднимаюсь. Они прошли вниз. Одни из простых, коренастый, второй похож на такого петербургского гуляку.

– Гуляку?

– Да, в спортивном пиджаке и котелке. Высокий, лет тридцати. Вышли, я остановился и услышал, как отъехал автомобиль.

– Почему ты решил, что кто-то остался наверху? Они говорили об этом?

– Давайте на всякий случай походим? Рядом, по Моховой?

– Зачем?

– Пожалуйста. На всякий случай.

– Глупо. Впрочем, если хочешь – изволь.

Они двинулись по Моховой. Пластов подумал: кажется, «гуляка» похож на того, кто следил за ним на Съезженской. Поймал себя на мысли: сейчас его больше волнуют не эти двое, а то, с какой редакцией связан Коршакеев. Шел одиннадцатый час, прохожих было довольно много, идущий рядом Хржанович хмыкнул:

– У вас нет пистолета?

– Нет, он мне и не нужен.

– Но разрешение, как у адвоката? Слушайте – купите пистолет. Рано или поздно эти двое до вас доберутся… Это были явные бандиты.

– Во-первых, у меня нет разрешения, оно кончилось четыре года назад. Во-вторых, зачем мне пистолет?

– Как зачем? – Хржанович хлопнул себя по коленям. – Купите без разрешения! Обязательно, Арсений Дмитриевич! Это бандиты!

– Чтобы испортить все дело? Меня отдадут под суд, только и всего.

– Но они же вас прикончат! Разве вы не видите? – Хржанович остановился.

Пластов мягко взял его под руку:

– Вадим, ты же сам предложил пройтись. Так пойдем. – Двинулись дальше. – Тебе не кажется, если они хотели бы меня убить, они давно бы уже это сделали? Причем не помог бы никакой пистолет.

– Но ведь вы сами рассказывали – на пустыре? Ведь то, что было, явное покушение на убийство?

– Там было совсем другое. Уверен, те двое меня не ждали, здесь же… Согласись, вряд ли убийцы будут приезжать на черном «фордзоне» у всех на виду?

– Почему бы и нет?

– Потому что лучше сделать это втихую. Скорее кто-то просто хочет меня запугать.

– Возможно. Арсений Дмитриевич, не ругайте меня, а? Я хотел как лучше.

– Ты о чем?

– Представляете, от нечего делать зашел сегодня в торговое представительство фирмы «Шуккерт». На Невском, сорок два.

– Зачем?

– Не удержался, хотел посмотреть, что это такое. Сказал, ищу работу, предложил услуги. Секретарша явно из Петербурга, торговый агент скорее немец, хотя по-русски говорит чисто. Они меня довольно быстро выпроводили. Мест нет и не предвидится даже в отдаленном будущем.

– Естественно, ты там был совершенно лишним. Ч-черт.

– Вы о чем?

– Проверить бы их банковские счета. Все бы отдал за это.

– Я бы рад – меня просто не пустят в банк.

– К сожалению. Впрочем, попади ты туда, толку все равно будет мало. Не хочешь проделать один эксперимент? Зайди завтра в три редакции, «Петербургский вестник», «Биржевые новости» и «Новое время».

– Что, просто зайти?

– Загляни в отдел фельетонов… Нет, лучше в секретариат, и скажи фразу: «Я от Коршакеева, он просил передать, что материал о Глебове задерживается».

– И все? Одну фразу?

– Все, если не считать, что после этого ты должен сделать главное – запомнить, что тебе скажут в каждой редакции. Все до последнего слова. Не надеешься на память, запиши. И идем домой, уверен, если кто-то и стоял наверху, он давно ушел.