Мракобесы - Альберт Байкалов

– У нас проблемы, – стараясь говорить ровно, объявил Гамов.

– Они есть всегда, – Арчи сморщился от боли в груди, которая тотчас прошла.

– По всей видимости, нас переиграли, – между тем стал торопливо вводить в курс дела Гамов. – Причем очень технично. Лентяй, которого вы вчера сделали посвященным, не кто иной, как сотрудник ФСБ. Марта, ее друг, который проживает в гостинице, тоже. Это целая команда. Причем все они работают во взаимодействии с местным УФСБ…

– Почему ты так уверен? – прикидывая в голове, сколько они со Скарлет успели перевести денег на заграничные счета, спросил Арчи.

– Марту Лентяй должен был доставить к Фатиме, – напомнил Гамов. – Туда же я планировал заманить ее дружка…

– Не проще было бы его просто убить?

– Мы только и делаем, что убиваем, но до сих пор не знаем кого и с кем имеем дело! – сорвался на крик Гамов. – Я хотел все узнать.

– Что с этой самой… – Арчи с перепугу забыл имя женщины.

– Марта исчезла, – догадался, о ком речь, Гамов. – Пропали Лентяй и Лука… Зато найдены трупы двух наших людей, которые вместе с ними везли женщину к Фатиме. Там работает следственная бригада. Надо немедленно все бросать и уезжать…

Арчи думал. Если все так серьезно и Гамов проглядел, что они давно под колпаком, им не дадут покинуть страну. Нужно устроить что-то такое, что позволило хотя бы на машинах переехать в тот же Челябинск, а оттуда уже лететь по другим документам на самолете.

– Вы слышите меня? – вернул в реальный мир голос Гамова.

– Сколько вы сейчас можете поднять людей?

– Не больше десятка, – ошарашил Гамов.

– Повтори, как ты сказал?

– Ну, может, чуть больше, – виноватым голосом ответила трубка.

– Когда ты брал у меня деньги, то уверял, что, щелкнув пальцами, соберешь полторы тысячи! – напомнил Арчи.

Гамов молчал.

– Мне надо подумать, – взяв себя в руки, Арчи отключился.

– Говори! – Голос Скарлет заставил вздрогнуть. Он обернулся. Она стояла в дверях.

– Надо срочно покидать страну, – выпалил Арчи.

– Уверен? – она протянула ему стакан с водой. – Выпей, на тебе лица нет.

Арчи залпом опустошил стакан.

– Мой сильный Арчи, – она мило улыбнулась.

Почти одновременно трубка снова зазвонила. На этот раз номер был не определен. Теряясь в догадках, Арчи вновь приложил ее к уху.

– Это снова я, – раздался голос Гамова. – Телефон поменял. В общем, только что позвонил Лентяй. Он в доме Фатимы. Марта тоже там…

– Ты, случайно, не пьян?

– Я сам ничего не могу понять, – растерянно пробормотал Гамов. – Он сказал, что с Хамом и Серьгой вышло недоразумение, и он расскажет об этом позже.

– Твои предположения?

– Может, мальчики решили поразвлечься с женщиной? – неуверенно пробормотал Гамов. – Хотя сразу после того, как мы наказали Гарпуна и его людей…

– Тогда почему там работает полиция?

– А кому еще работать на месте убийства? – резонно спросил Гамов.

– А если все подстроено и в доме Фатимы засада?

– Н-не знаю, – промямлил Гамов.

– Встречаемся у Фатимы, – жестко сказал Арчи. – Туда же стянешь всех проверенных людей. Прихвати обязательно парней, которые работали с тобой в Москве.

– Что-нибудь случилось? – спросила Скарлет, когда он швырнул трубку на стол.

– Мы срочно уезжаем! – Арчи направился в душ.

– В русскую деревню, где живет эта Фатима? – семеня следом, попыталась угадать Скарлет.

– Из страны! – почти крикнул он. – Я приказал ему собрать там людей, чтобы отвлечь от нас силы полиции и ФСБ!

– Мой милый и сильный Арчи! – Скарлет неожиданно забежала вперед, вынудив его остановиться, и положила руки на плечи.

– Я еще и умный, – вновь ощутив прилив страстного желания что-то сломать, шутливо добавил он и облизал пересохшие вмиг губы.

Скарлет поцеловала его в шею. По телу пробежала волна приятной истомы. Сердце учащенно забилось. Он закрыл глаза и вдруг отчетливо представил обнаженное тело Марты с перерезанным от уха до уха горлом.

– Нет, пока никуда мы не едем! – он схватил Скарлет за плечи и, отодвинув в сторону, бросился в ванную. – Я не все дела еще здесь закончил…

* * *

Когда Седой, которого, как выяснилось, звали Крупов Сергей Васильевич, въехал в город, свет фонарей и наружной рекламы на фоне налившегося серебряным свечением неба уже размылся и стал не таким четким.

Машину слега тряхнуло.

Сзади вздохнул Влад. Матвей развернулся. Майор полулежал на заднем сиденье, прижав к голове пластиковый пакет, заполненный льдом, который набрали из холодильника придорожного магазина.

– Ты смотри, гайморит не заработай, – предостерег Матвей.

– Отвали, – беззлобно бросил фээсбешник и прикрыл глаза. – Точно на этой работе дураком стану.

– А тогда, когда первый раз на квартире Званцевой, – Матвей посмотрел на профиль Крупова, – вы знали, кто я?

– Нет, – покачал головой подполковник. – Ты такую комедию разыграл, что я поверил.

– Значит, материалы, которые были на ноутбуке, не вы стерли?

– Ну зачем задаешь глупые вопросы? – простонал сзади Влад. – Раз твоя Марта их сумела восстановить, то, конечно, не мы. Неужели ты думаешь, что в ФСБ идиоты работают?

– До нас там люди Гамова побывали, – сказал Крупов. – Чует мое сердце, сам он руководил устранением журналистки. Но алиби, черт бы его побрал…

– Гамов? – наконец осенило Матвея. – Он же на протезах!

– Да, после аварии, – подтвердил Крупов, останавливая машину на «красный».

– Не знаю, что у него за алиби, но мы с Мартой его видели в машине практически спустя минуту после происшедшего… Найдутся свидетели, на глазах которых он буквально протащил Марту по асфальту своим джипом с ручным управлением.

– Точно? – Крупов пристально посмотрел на Матвея и чертыхнулся. – Извини, забыл, где ты служил.

– Мы тоже иногда ошибаемся, – с досадой проговорил Матвей. Как он не мог сразу догадаться? Ведь за минуту до своей смерти Софья Павловна как раз успела ему сказать про причину хромоты бывшего мужа.

– Значит, все-таки я прав! – трогая машину с места, облегченно вздохнул Крупов.

– А какое у него было алиби? – осторожно спросил Матвей.

– Покушение совершено в день рождения его новой пассии. Она и пара знакомых утверждали, что в этот день сидели в ресторане. Показали снимки с датой. На столе торт со свечами.

– День рождения можно отпраздновать и заранее, а дату несложно выставить, – зачем-то сказал очевидное Матвей.