Черноморский Клондайк - Михаил Серегин

Иннокентий подгонял ковылявшего сзади Валентина. Тот огрызался. Проявивший понимание в момент особождения из сторожки, он снова хотел казаться независимым.

– Я устал, – говорил он с надменным выражением лица.

– А если этот усач вызовет по рации вертолет? – обеспокоенно спрашивал Иннокентий.

– Так скоро он не освободится, – упирался Валентин, еще более замедляя шаг.

Расстояние между ним и следующим за Галиной Юркой все возрастало. И он даже не пытался сократить этот разрыв. Они, правда, уже покинули запретную зону. Но кто мог знать, что взбредет в голову сторожу. Вполне возможно, что он уже освободился с помощью своих верных питомцев и накапал ментам! Они прошли не более двух километров, и хотя снова вошли в лес, основания для беспокойства были. Тем более что впереди уже брезжил просвет. Меж сплетенными кронами пробивались ослепительные солнечные лучи. Листва смягчала их, так что кустарники и трава были осенены довольно густой тенью.

– Давайте отдохнем, – заныла Галина, – у меня нога болит.

– Как раз доедим бутерброды и облегчим рюкзаки, – вторил ей Валентин. – Не станет этот козел вызывать ментов, да если и вызовет – думаете, им охота гоняться за нами по лесам?

– Не знаю, – пожал плечами Иннокентий, – погнались же они за нами из Анапы? А мы ведь ничего не нарушали, никого не убили, не ограбили… Думаю, это как-то связано с сокровищами.

– Да чего думать-гадать, – отмахнулся Валентин, – главное, не попадаться им на глаза.

– Тогда прибавь шагу, – усмехнулся Иннокентий.

Привал устроили на лесной опушке. Иннокентий поддался уговорам Галины.

Быстро проглотили бутерброды и отправились дальше. С горы открывался великолепный вид на расстилавшуюся у ее подножия долину. Вдалеке маячило село. К нему вилась, резко выделяясь белизной на фоне пышной зелени, дорога.

– Давайте остановимся, дух переведем? – Валентин кивнул в сторону села.

– Да-а, – улыбнулся Юрка, – вид живописный!

– Этот участок нужно пройти как можно быстрее, – гнул свою линию Иннокентий.

Долина, поросшая дубом и буком, утыкалась в растянувшийся вдоль горизонта хребет, напоминавший крепостную стену. Две особенно высоких горы походили на донжоны. Если бы у путешественников не ныли ноги, если бы они не тревожились душой, они бы, без сомнения, залюбовались бы открывшимся ландшафтом. Но и Иннокентий, и Галина, и Валентин, и Юрка изнемогали от усталости и беспокойства.

– А мы правильно идем? – спохватился Валентин.

– Правильно, – иронично взглянул на него Иннокентий.

Между тем по небу растянулась кипенно-белая паутина облаков. Словно клочки газовой вуали висели эти воздушные волокна.

Лиц путешественников коснулся более резвый, чем доселе, ветерок.

– Ну наконец-то, – облегченно вздохнула Галина, – может, жара поутихнет…

– Жди, – недоверчиво усмехнулся Валентин.

Село раскинулось вокруг небольшого озерца, затаившегося среди огромных дубов.

– Искупаться бы! – загорелись глаза Валентина.

– Ты же сам сказал, что нам лучше держаться подальше от кого бы то ни было, – возразил Иннокентий.

– Я говорил, подальше от ментов, не путай, – скривил рот Валентин. – Или ты думаешь, что кто-нибудь из жителей сразу настучит на нас?

– Береженого бог бережет, – откликнулся Иннокентий.

– Ничего оригинальнее не придумал? – с видимым удовольствием подковырнул его Валентин.

– Давайте условимся раз и навсегда, – Иннокентий остановился и обернулся к товарищам, – решения принимаю я.

Валентин с ироническим негодованием присвистнул.

– У каждого есть, конечно, свое мнение, – продолжал, проигнорировав злую насмешку Иннокентий, – и я его буду по возможности учитывать.

Но что касается кардинальных решений – право выбирать, что лучше для всей команды, что хуже – принадлежит мне!

– Только не строй из себя Наполеона, – с вызовом сказал Валентин, – я, например, не считаю тебя выше, чем я.

– Я не говорю, кто выше, кто ниже, – резко ответил Иннокентий, – кто не согласен, пусть уходит.

Он многозначительно посмотрел на смутьяна. Валентин улыбнулся так, словно его укусила ядовитая змея, и отвернулся.

– Хватит вам ссориться, – вмешалась Галина, – я тоже считаю, что нужно как можно быстрее снова оказаться в лесу. Успеем еще искупаться…

– Запела, – качнул головой оскорбленный Валентин.

Все уже снова шагали по проложенной меж виноградных кущ и дубов дороге.

Постепенно легкие облака, теснимые ветром, улетали куда-то назад, а с востока караваном потянулись крупные курчавые «барашки».

Ветер усилился. Теперь он трепал волосы ребят, зарывался в виноград, шевелил листву дубов. Село осталось далеко позади, а долина не думала кончаться.

– Ну и марафон, – усмехнулся Валентин.

– Еще немного, и будет лес, – Юрка выставил руку вперед и показал на затянутые в зеленый бархат горы.

По мере их продвижения дубовый лес уступил место пицундским соснам.

Ребята уже различали, что лес на горе – сосновый. Приносимые ветром облака, казалось, не успевали проплывать, они бестолково цеплялись друг за друга, прямо-таки на глазах обрастая серовато-лиловой бахромой. Теперь это были уже не острова, а целые архипелаги, слоистыми полосами пересекавшие небо. Самые дальние накрывали верхи гор и долину синим мглистым пологом, ближние – клубились и пенились, словно коктейль из молока и полыни. Зелень, игравшая под лучами солнца всеми оттенками изумруда и малахита, потускнела.

Когда ребята добрались до подножия, облака окончательно сгустились, поднялся сильный ветер. Стволы сосен откликнулись на его бурную ласку протяжными стонами. Ветви жалобно поскрипывали, словно прося пощады.