Поваляем дурака, Америка? - Максим Шахов

– Идем! – шепотом сказал Виктор. – Там наверху кто-то есть!

Они торопливо пересекли двор по диагонали и нырнули в тяжелую дубовую дверь служебного помещения. Логинов быстро сориентировался и свернул налево. За второй дверью показалась лестница. Едва касаясь ногами истертых за сотню лет ступеней, они взлетели на второй этаж. Здесь оказалось две двери. Виктор быстро открыл правую и снова не ошибся.

За дверью была довольно длинная, открытая с боков, Г-образная галерея. Она вела к башне храма. Перед самым ее поворотом спиной к ним стояла монахиня. Перебирая четки, ей что-то говорил священник. Его благообразное лицо казалось абсолютно спокойным.

– По-моему, это он… – одними губами проговорил Логинов, отворачиваясь.

– Кто? – не понял кубинец.

– Цэрэушник, которого я видел у Ворот Дьявола!

– Ты уверен? – покосился через его плечо на галерею Теофило.

– Нет! Но все равно нужно проверить! Пошли!

Развернувшись, Виктор двинулся по галерее первым. Священник быстро перекрестил монахиню и протянул руку для поцелуя. Монахиня наклонилась и отступила назад. Священник, взмахнув полами сутаны, скрылся за колонной.

– Так это он? – свистящим шепотом проговорил сзади Теофило.

– Не знаю!

Теофило вдруг обогнал его и спросил у шедшей навстречу монахини:

– С кем вы говорили?

Монахиня замедлила шаг, испуганно косясь на оружие в руках кубинца.

– С падре Агустиньо… Он прибыл сегодня из Катисиминьи…

Теофило быстро перевел.

– Это он! – сорвался на бег Логинов.

Их с Теофило шаги отозвались в галерее гулким эхом. Вконец перепугавшаяся монахиня подалась в сторону и начала быстро-быстро креститься.

Вход в башню храма виднелся справа. К нему вела поворачивающая за колонной галерея. Нырнувший за колонну священнослужитель так и не появился, словно бы поджидал их. Логинов домчался до поворота галереи первым, притормозил и резко высунулся с «хеклером и кохом» из-за колонны. К его удивлению, священника нигде видно не было. Виктор едва не бросился к арке, за которой виднелась уходящая вверх, к звоннице, винтовая лестница, но вдруг вспомнил майора Алонсо и подполковника Родригеса. Они недооценили цэрэушников. Логинов их ошибок повторять не собирался. Резко повернувшись, он придержал левой рукой Теофило и прошептал:

– Тихо! Держи арку под прицелом!

После этого Виктор скользнул назад вокруг угловой колонны галереи. Она была около полутора метров в диаметре, с круговым выступом-буртиком на уровне перил. Выступ был сантиметров десять в ширину, но при достаточной подготовке по нему вполне можно было незаметно обогнуть колонну снаружи и неожиданно оказаться в тылу Виктора и Теофило.

Скользнув к перилам, Логинов резко высунулся с пистолетом-пулеметом. Переодетого священником цэрэушника на выступе за колонной не оказалось. Задний двор храма Святого Хуана был абсолютно пуст. Площадь Боливара находилась с другой стороны храма, и оттуда раздавался гул многотысячной толпы. До выступления Уго Чавеса оставалось не больше двух-трех минут.

Виктор поднял глаза на башню и вдруг увидел дорожку из вмурованных в нее в шахматном порядке металлических костылей. Они образовывали своеобразную лестницу для обслуживания башни. Решение Логинов принял мгновенно.

Развернувшись и подавшись к Теофило, он прошептал:

– Стой тут! Я по перилам проскочу к башне и попробую взобраться наверх!

Теофило хотел было что-то спросить, но Виктор уже метнулся назад. Закинув «хеклер и кох» за спину, он легко запрыгнул на перила длинной части галереи и скользнул снаружи колонны на перила той части, что вела к арке. Беззвучно пробежав по перилам, Логинов распластался у стены башни.

Где-то за аркой прятался переодетый священником цэрэушник. Его задача заключалась в том, чтобы не дать внезапно появившимся сотрудникам DISIP подняться наверх. Из чего следовало, что снайпер службы безопасности президента уже мертв и его винтовка находится в руках цэрэушников. Поднимать пальбу в этой ситуации было крайне рискованно.

Виктор быстро повернулся и дотянулся рукой до крайнего из костылей. Главное было не выдать себя шорохом, поэтому он перебрался на своеобразную лестницу так, чтобы не коснуться стенки башни. В следующий миг Логинов уже быстро взбирался наверх.

Судя по шуму, доносившемуся с площади Боливара, президент Венесуэлы через минуту-другую должен был оказаться на трибуне. Чавеса то ли пока что-то закрывало от стрелка ЦРУ, то ли тот просто хотел сработать наверняка. В любом случае у Виктора оставалось всего несколько секунд.

Он мог по пути нырнуть в одно из окон башни, на винтовую лестницу, но не сделал этого, поскольку стрелка ЦРУ почти наверняка прикрывал кто-то еще. Снайпер в таких ситуациях сам не работает. Да и цэрэушников должно было быть минимум трое.

Не останавливаясь, Логинов взлетел по костылям к окну звонницы. Только здесь он сдернул со спины «хеклер и кох» и тут же, резко подавшись вправо-вверх, просунулся в проем. Примерно в центре звонницы лицом к винтовой лестнице сидел на одном колене тип в сутане. С компактным американским пистолетом-пулеметом «ингрэм». Уловив движение в окне, он с удивительной быстротой повернулся, нацелив оружие на Виктора. Однако тот успел прошить его короткой очередью.

Тип в сутане вскрикнул и начал падать. У противоположного от Логинова окна звонницы резко развернулся стрелок. Он был в маске с прорезями и напяленной поверх сутаны камуфляжной куртке убитого снайпера. Стрелок оказался не менее подготовленным. Он даже не попытался развернуть громоздкую снайперскую винтовку, зато мгновенно выхватил левой рукой нож и почти успел метнуть его от пояса. Но Виктор без промедления нажал на спуск, и под сводами звонницы прогрохотала еще одна очередь, на этот раз подлиннее.

Стрелок задергался, клонясь к окну, и выронил нож. Снайперская винтовка осталась в его руке, зацепившись за палец. С ней стрелок и выпал боком из окна звонницы. Над площадью Симона Боливара разнесся многотысячный вздох.

Логинов тем временем перекувыркнулся в окно и на корточках метнулся к цэрэушнику с «ингрэмом». Тот был мертв. Как и лежащие под стенками звонницы снайпер службы охраны президента без куртки и его напарник в камуфляже.

Логинов, не разгибаясь, бросился к лестнице. Он не имел никакого желания получить пулю от кого-то из других снайперов Чавеса. Высунув «хеклер и кох», он осторожно выглянул вниз.

В этот момент там неожиданно заработал автомат Теофило и так же неожиданно умолк. Зато послышался приглушенный рокот оснащенного глушителем «ингрэма» и топот. Виктор хотел было рвануться обратно к окну, откуда частично просматривалась галерея, но вспомнил о «дружественном» огне. И он тут же бросился вниз по лестнице.

Сбежав по ней, он кинулся под стенкой башни к арке и высунулся с пистолетом-пулеметом. Галерея была пустынной. Только из-за угловой колонны выглядывал Теофило. Он лежал на спине, с автоматом, так что его голова была скрыта колонной.