Олимпийский спецназ - Александр Тамоников

Бывший майор сощурил глаза:

– Система пожаротушения, говоришь? А если я сейчас по этим контейнерам да с автомата?

– Воля ваша, но перед тем, как стрелять, настоятельно советую надеть кислородные баллоны и маски, иначе неминуемо отравитесь специальным газом. Если этот газ не взорвется, конечно, и не разнесет в куски самолет.

Козлов приказал:

– Открыть контейнеры!

– Пожалуйста.

Командир экипажа достал ключ, вскрыл дверку торца контейнера, где в потайной части находился капитан Шепель.

Зампотех увидел баллоны, манометры, соединительные трубки, гофры. Все это было плотно забито в контейнере. Он ногой захлопнул крышку:

– Посмотрим на стену туалета, к которой пристроен контейнер.

– Как угодно!

Козлов достаточно долго изучал пластиковую панель. Ничего подозрительного не заметил. Вышел из туалета. Спросил у командира экипажа:

– Вырубить эту систему можно?

Жуков ответил:

– Она отключена. Врубается только в экстренных ситуациях.

– Кто ее включает?

– Я!

– Покажи, где!

– Пройдемте со мной.

Козлов шагнул в кабину пилотов.

Командир экипажа указал на красный тумблер:

– Вот при помощи этого рычажка, переводом его вниз и включается «Водопад»!

– Он нам не пригодится! – Зампотех ударом рукоятки пистолета сломал тумблер.

– Так спокойней будет. Хотя, твоя система может иметь и другой включатель. И наверняка имеет, ну, где он?

Жуков выдохнул воздух:

– Послушайте, если вас не устраивает этот лайнер, запросите другой. К утру, возможно, и пригонят.

– Я без тебя знаю, что делать! Где запасной включатель системы?

– Он отсутствует! Система может сработать автономно, если на судне возникнет пожар, но до этого сверху каждого кресла опустится кислородная маска.

– А если в маски будут подавать не кислород, а усыпляющий газ?

Командир экипажа вновь вздохнул:

– Проще сбить самолет ракетой. Салон герметизируется в воздухе. И если во время полета применить усыпляющий газ в любой части борта, то выйдет из строя и экипаж, что повлечет крушение самолета.

– Но им можно управлять с земли?! Я слышал, что самолет даже можно посадить где надо без экипажа.

– Вы слишком высокого мнения о технических характеристиках российских самолетов. В военной авиации это еще возможно, в гражданской – нет. Ни один автопилот в точности не исполнит указания с земли. А при посадке главное – это своевременность и точность.

– Ну ладно! А если газ пустить, пока самолет находится на полосе?

– Откройте все люки и закройте их, когда мы оторвемся от земли. Придется испытывать перегрузки, но зато будете уверены, что никто ничего против вас не предпринимал. При открытых люках пускать газ в салон так же бесполезно, как распылять его в поле.

– Хорошо, летчик! Ты убедил меня!

В салон вышел второй пилот:

– Иван Иванович, Мохаммеда Рабулло вызывает по связи полковник Крымов!

Жуков взглянул на Козлова:

– Представитель спецслужбы желает говорить с Рабулло.

Бывший майор попросил на борт главаря банды. Тот, ворча, поднялся по трапу.

Зампотех сказал:

– Тебя вызывает Крымов.

– Что с самолетом?

Козлов доложил о системе «Водопад».

Рабулло спросил у командира экипажа:

– Почему Крымов связывается по радиостанции самолета?

Жуков пожал плечами:

– Наверное, чтобы убедиться, что ваши люди проверили лайнер, а там не знаю.

– Где у вас радиостанция?

– Пройдите в кабину пилотов!

Рабулло устроился на месте командира корабля. Надел наушники:

– Рабулло на связи!

– Это Крымов!

– Слушаю тебя, полковник!

– Чем вызвана заминка у самолета?

– Да слишком уж мудреный «Ту-134» ты мне подсунул.

– Я к этому не имею никакого отношения. Что дали, то дали. Интересно, чего ты в нем усмотрел мудреного?

– Ящики по всему салону! Мои люди говорят, в них баллоны с каким-то газом!

– Понятно! Тебя беспокоит система пожаротушения? Напрасно. Подумай сам, Рабулло, если бы мы хотели усыпить тебя и твоих бандитов, а экипаж оставить в нормальном состоянии, то сделали бы летчикам инъекции необходимого препарата, а баллоны с газом спрятали бы так, что ты бы их при всем желании не нашел. Да и много ли надо газа в герметизированный салон небольшого «Ту-134»? Но мы ведем игру по оговоренным правилам. Поднимай в салон свою банду, отпустив всех заложников, и лети ко всем чертям! Будешь нужен, мы тебя и в Афгане достанем.

– Да? А ты борзый, полковник! Я улечу, и я отпустил бы всех заложников, если бы вы предоставили обычный пассажирский самолет, или военный, транспортный. Но вы сунули мне какую-то летающую пожарную машину. Якобы пожарную машину. Что в баллонах контейнеров, известно только вам. Как и то, что кислород или усыпляющий газ загнан в аварийную систему. А посему, чтобы у вас не возникло желание сменить правила игры в одностороннем порядке, все находящиеся в автобусе заложники полетят вместе с нами. Водителя отпущу, чтобы отогнал от самолета автобус. А остальные – с нами. Но ты не переживай, полковник. Уже завтра к вечеру получишь свой спецборт с заложниками обратно. Он сядет здесь же. И никому не будет причинен какой-либо вред. Это я обещаю!

Крымов повысил голос:

– Но мы так не договаривались, Рабулло?!

– Будем считать, что сейчас договорились. В станице ты настоял на своем, и отпустил женщин с детьми, здесь будет по-моему. И в том, что я меняю решение, виновато твое начальство. Надо было думать, какой борт присылать!

– Рабулло, не играй с огнем!

Главарь банды рассмеялся:

– Вот чего-чего, а от огня вы меня защитили надежно, если, конечно, система «Водопад» работает, а то у вас, у русских, всегда что-то не так! Потому и валят вас везде, где захотят. Вы стали слабые и глупые. Такими вас ваша же власть сделала. Лучше вообще без власти, чем с такой, которая правит вами сейчас. Но хватит разговоров. Я отдаю приказ начать посадку бойцов и заложников на борт. Не надо мне мешать, полковник! Конец связи!

Рабулло сбросил наушники, снял переговорную скобу, приказал командиру экипажа:

– Запускайте двигатели, я поднимаю людей на борт!

Командир экипажа кивнул:

– Понял, запуск двигателей!