Тени прошлого. Восставшие - Александр Тамоников

– Ты что, умирать собираешься?

– Каждый когда-то закончит свой земной путь. И я не исключение.

– Но ты еще молод.

– Возрастом, возможно, и не стар, а вот душой дряхлый старец. И постарел сильно после гибели твоей матери и дочери. Пусть и по-своему, но я любил твою мать. Ступай, Гафар.

– Да, отец!

Гафар ушел, и тут же появился арычник.

Он переоделся, в руках был кетмень.

Увидел Файдара:

– Ты здесь, Видад?

– Как видишь?

– Почему не на площади?

– Настроения нет вести разговоры.

– Тоскуешь?

– Да.

– Ты вот о дороге объездной вчера спрашивал, я узнал от охотника из Чарана: завален сейчас въезд в проход.

– Знаю.

– Ты был там?

– Да.

– Видимо, у тебя очень важное дело.

– Важное.

– Я могу показать…

Файдар прервал арычника:

– Не надо, Мустафа. Все, что надо, я знаю.

Арычник присел рядом с соседом. Тоже закурил. Выкурил сигарету, поднялся.

– Пойду, пущу воду.

– Это твоя работа.

Мустафа посмотрел на Файдара:

– Я не знаю, что ты задумал, хорошее ли дело, плохое, но… скажу одно, брат, будь осторожен.

– Благодарю, Мустафа.

Кивнув, арычник скрылся в винограднике.

Утром субботы, 30 августа, Файдар встал раньше обычного. Вышел во двор, прошел к скамейке. Сегодня он немного волновался. Вспоминал, чему обучали в училище по переносным зенитно-ракетным комплексам. Он обладал хорошей памятью, вот только предмет преподавался как ознакомительный. Существующие ПЗРК, их тактико-технические характеристики, из которых Файдар – Фролов хорошо запомнил лишь зоны поражения «Стингера», по высоте до трех тысяч пятисот метров, по дальности вдогон от пятисот до четырех с половиной километров. Устройство общее. Порядок применения, а вот его следовало освежить в памяти. В конце концов он вспомнил все, как и что следует делать. Вспомнив, успокоился. Посмотрел на небо. Ни облака, светит утреннее, еще не жаркое, солнце.

Позавтракали.

Файдар и Гафар вышли во двор.

Сын подогнал пикап.

Файдар дал ему денег:

– Это на муку. Возьмешь пару мешков.

– Хорошо.

– Сотовый проверь!

– Работает.

– Проверь!

Гафар подчинился, показал отцу телефон, находящийся в рабочем состоянии.

К ним вышла жена сына.

Файдар отвернулся.

У сына с женой состоялся короткий разговор, после чего она открыла ворота.

Отец и сын сели в «Ниссан», Гафар вывел его на улицу кишлака.

Ехали медленно, чтобы не задеть детей, бегающих по всему селению, открыто, многие их видели.

Подъехали к повороту на трассу в 10:05. И тут же со стороны Кабула показалась «Тойота». Встала напротив развилки.

Файдар вышел из пикапа, осмотрелся. Трасса пуста. Перешел ее, сел в машину Дугани, поприветствовал друга:

– Салам, Фади!

– Салам, капитан!

– Как настроение?

– Боевое. А у тебя, смотрю, настрой не слишком… может, передумал?

– Нет.

Пикап тем временем свернул налево и пошел в сторону Газни к селению Будак.

Дугани спросил:

– Гафар проинструктирован?

– Да, он знает, что делать.

– Хорошо, тогда едем?

– Едем.

В отличие от Файдара, Дугани был возбужден.

– Ты чего такой? – спросил Файдар.

– Не знаю. Наверное, оттого, что снова идем в рейд, как в благословенные молодые годы.

– Ты успокойся. Работать надо трезвой головой.

– Я и не пил.

– Не то имел в виду. Сосредоточься.

– Есть, товарищ капитан.

Файдар улыбнулся:

– За дорогой смотри!

– А чего за ней смотреть, скоро поворот.

– Не пропусти.

– Вот только этого не надо, командир!

– Ладно. Не ершись.

«Тойота» свернула в начало оврага и зашла на небольшую, закрытую от дороги площадку, где стояла другая машина, сильно подержанная «Хонда».

– Странно, – проговорил Файдар, – трасса сегодня пуста, как никогда.

– Это нам Всевышний помогает.

– Может, и так.

Файдар указал на «Хонду»:

– А ты уверен, что эта рухлядь пройдет до конца оврага?

– Эта рухлядь, капитан, своим ходом дошла сюда со свалки, а это почти пятнадцать километров, причем ни разу даже не «чихнула». Умеют японцы все же делать машины.

– Да, этого у них не отнимешь. «Тойоту» маскировать будешь?

– А смысл? – ответил Дугани. – Полностью скрыть не удастся, если кто-то заедет сюда, все одно увидит, а с дороги площадка не просматривается.

– Может, дальше отогнать?

– Желательно, но дальше придется перекрывать овраг.

– Понятно. Переобуваешься и пересаживаемся.

Переобувшись, надев перчатки, Файдар и Дугани пересели в «Хонду», в салоне которой ощущался запах бензина.

– Это из канистры?

– Да. И из бака проходит.

– «Коктейли»?

– На полике заднего сиденья. Две бутылки приготовил, чтобы надежнее.

– Это правильно. Едем.

Проехали до подъема. На меньших размеров площадке Дугани остановил «Хонду». Поднялись в лес. Вышли на опушку, прислушались. Тихо. Птицы спокойны, не порхают встревоженные, значит, в массиве никого из людей и крупных животных нет. Файдар посмотрел на часы:

– 10:45. На поляну.

– Есть, командир.

Вышли к поляне и там остановились. Все спокойно, никого нет.

– К схрону!

В 11:00 оказались у большого куста.

Дугани нырнул за куст, подал оттуда ПЗРК. С трудом Файдар принял комплекс, без решетчатых антенн, с прицелом.

Сержант вышел с винтовкой, клацнул затвором, догнав патрон в патронник.

Файдар вновь посмотрел на часы:

– 11:10. Время еще есть.

– Время-то есть, – проговорил Дугани, – а если именно сегодня «F-15» не поднимутся с базы?