Отпуск на войну - Альберт Байкалов

– Женька Монах! – Еще не веря своим глазам, Никита стал медленно подниматься.

– Не торопись, Ветер, – назвал его позывной Монах. – Сначала определимся, мы враги?

– Не знаю, – откровенно признался Никита. – Сейчас у вас брат на брата пошел, что обо мне говорить?

– Под тобой пистолет, – показал взглядом Монах. – Медленно…

Никита знал, если что, выстрелить он не успеет, у Монаха кроме опыта преимущество, ему лишь нажать на спусковой крючок.

– Какой Ветер, что за Монах? – бормотала спросонья Катя. – Никита, объясни!

Не обращая на нее внимания, он подчинился и отбросил оружие к ногам Монаха.

– Больше ничего нет? – сунул он пистолет за пояс.

Никита выразительно посмотрел на автомат, и Монах, опустив оружие, стянул маску на лоб:

– Как только я узнал фамилию «колорада», который навел в лазарете шухер, сразу понял, что совпадения быть не может.

– «Колорада»? – эхом повторил Никита. – С каких это пор ты так русских стал называть?

– Кто сказал, что я так называю русских? – вскинул брови Монах.

– А кого же?

– Только тех, кто к нам с войной лезет.

– Понятно, – расстроился Никита. Было видно, Монах тоже оказался жертвой пропагандистской мясорубки, и переубедить его, что российских войск на Украине, как и спецназа ГРУ, нет, за пять минут нереально, Более того, просто опасно. Можно разозлить и вывести из себя. Остается рассчитывать на «мягкую силу». Надо намеком напомнить ему, что они одной крови, шевельнуть струнами братства.

– Ты давно уволился? – как ни в чем не бывало спросил Никита.

– Сразу после тех учений, на которых ты расшибся, нашу бригаду развалили…

– Знаю. – Никита погрустнел. – Тогда всех резали…

– А тебя, значит, откачали, – с издевкой то ли спросил, то ли констатировал Монах.

– Не совсем, – ловя на себе испуганно-удивленный взгляд девушек, покачал головой Никита. – Я уволен по состоянию здоровья.

– Хватит заливать, – не поверил Монах.

– Точно говорю.

– Так ты в ополчение рванул?

Что ответить? Никита смотрел на этого бородача и не верил своим глазам. Прапорщик Маховенко был старшиной первой роты в их отряде. Когда Никита молодым лейтенантом пришел служить в бригаду, Монаху было сорок. Бороды тогда прапорщик не носил и таким седым не был. А так вроде и не изменился.

– Ты один? – спросил он.

– Один, – кивнул Монах и опустился на корточки. – До последнего не верил, что вы против нас воюете. Думал, правда в уши дуют.

– И правильно делал, что не верил, – уцепился за соломинку Никита. – Я вообще сейчас парашютист-инструктор в МЧС.

– Будешь утверждать, что с отпуска возвращаешься? – насмешливо посмотрел на него Монах.

– Почти угадал.

– Хватит сказки рассказывать! Ты понимаешь, что я должен с тобой сделать?

– Понимаю. Только девушек отпусти.

Монах посмотрел на Катю, потом на Риту:

– Это агентура?

– Ты спятил? – ужаснулся Никита. – Это сестры. Обе студентки. Одна учится у вас, вторая в России…

– Рассказывай! – грустно усмехнулся Монах. – Хороши студентки! Стырили решение на наступление, разнесли ТПУ, покалечили ворох людей…

– Монах, это не то, о чем ты думаешь…

– А чего тут думать? – вскинул брови Монах. – Тебе поручена эвакуация, и ты почти справился. Узнаю почерк.

– Дурак! – в бессильной злобе выпалил Никита.

– Ты тоже, – парировал Монах.

– Почему? – с трудом сдерживаясь, чтобы не броситься на него, спросил Никита.

– Догадайся, – предложил Монах.

– Как ты снова в армии оказался? – лихорадочно размышляя, как быть, решил сменить тему Никита. – Да еще в украинской?

– Я же служить начал, когда еще Советский Союз был. Одна страна…

– Даже помню, как ты после увольнения в Полтаву собирался, – кивнул Никита.

– Точно, – подтвердил Монах. – Так и получилось. Я там родился, и жена у меня оттуда.

– А потом, значит, призвали?

– Никто меня не призывал, – покачал головой Монах. – Сам пошел. Меня ведь тогда из спецназа без пенсии выперли. Смех, да и только. – Он зло плюнул себе под ноги. – Три месяца не хватило! Как говорится, спасибо «табуреточнику»! Решил на родине дослужить. Семью ведь кормить надо. Ни кола ни двора…

– Наделал делов тогда министр, – посочувствовал ему Никита. – Его, кстати, сняли.

– Убили бы, мало было, – заиграл желваками Монах. – Он ведь успел весь спецназ развалить!

– Что дальше собираешься делать? – задал Никита самый волнующий вопрос. За себя он не боялся, страшно было за Риту и Катю.

– Встань! – выпрямился Монах. Никита подчинился. – Держи. Надеюсь, знаешь, что делать?

– Никита! – позвала Рита. – Чего он хочет?

– Все нормально, – глядя Монаху в глаза, успокоил ее Никита и выдернул кольцо. – Идем?

– Нет, – покачал головой Монах. – Держи над головой.

Теряясь в догадках, Никита выпрямил руку.

– Если попытаешься отбросить, все равно рванет, и, если не достанет осколками и сможешь меня опередить, сюда наши сбегутся, – подошел к нему вплотную Монах.