Плохой хороший мент - Вячеслав Денисов

— Я никуда с тобой не пойду. Мне стыдно с тобой появляться в городе. Посмотри, на кого ты похож, — грязный, в мятой одежде! От тебя пахнет какими-то помоями, и все лицо залито кровью… Не веришь? Тогда подойди к зеркалу, посмотри на себя и ответь: достоин ли ты меня?..

Артур шагнул к большому настенному зеркалу Инги, увидел в нем свое отображение и дико закричал.

За его спиной раздался смех девушки…

…Чувство боли заставило Веденеева застонать и слегка приподнять голову, но встать он не мог.

Левый глаз был залит чем-то липким и горячим, во рту был металлический, солоноватый привкус. За его спиной, точнее, над ней, слышался чей-то смех. Окончательно придя в себя, сыщик приподнял голову и единственным видящим глазом окинул пространство вокруг себя.

На полу, рядом с ним, лежали три человека в спортивных костюмах. Один из них не подавал никаких признаков жизни. Три пулевых ранения в области грудной клетки были подтверждением того, что этот человек и в будущем не будет подавать таких признаков. Двое оставшихся в живых разбойников, как и Артур, были в наручниках и лежали на животе.

«Что за чертовщина?..»

Боль заставила снова положить голову на паркет, залитый кровью.

Поняв, что зрительную часть анализа уже не разнообразить, сыщик превратился в слух.

— …распишитесь, понятые, в протоколе осмотра. Здесь… И здесь… Вот так. Теперь, товарищи, где сосед, который позвонил и вызвал милицию?

«Какую милицию?.. Что здесь происходит?»

Артуру казалось, что все происходящее вокруг — мистика, сон.

— Я вызвал, я! — раздался, как показалось Веденееву, не совсем трезвый голос. — Как услышал шум около квартиры соседей, ну, думаю, вот и мы дождались! Сразу в этот, как его… РАОП позвонил.

— В РУОП, — поправил тот, который распоряжался в квартире, и Артур опять услышал над собой смех.

— Ну, да, в РУОП. И сообщил. Вот.

«Вот суки… — пронеслось в голове сыщика, — это же «подстава»! Этих троих здесь ждали! Простая руоповская операция! Провокация — «наводка» — квартира — «ловушка»! Чтоб мне сдохнуть на месте, я же попал «в жир ногами»!

Артур стиснул зубы уже не от боли, а от понимания ситуации, в которой оказался.

«Им нужно срочно все рассказать. Если они сейчас, прямо сейчас задержат Француза, то я смогу объяснить свое присутствие в этой квартире с оружием в руках. Кстати, где пистолет?..»

Сыщик осторожно, чтобы не вызвать приступа резкой боли в затылке, опять приподнял голову и на полу, среди многих вещей, как сразу определил Артур — потенциальных вещдоков, увидел свой «макаров», упакованный в целлофановый мешок. Рядом, в таком же мешке, лежал знакомый кастет.

— Эй… — прохрипел Артур. — Кто здесь старший?

— Разговаривает — значит, живой, — констатировал хозяин высоких армейских ботинок на шнуровке. Выше Веденеев не видел. «СОБР…»

— Да таких убивать нужно! Прямо на месте… — в сердцах проговорила какая-то женщина.

По характеру ее речи — невозможностью произносить почти все согласные — Артур понял, что это именно ее осчастливил «боксер» своим прямым правым.

— Кто здесь старший? — с трудом повторил сыщик.

— Чего ты хочешь? — грубо спросил голос «командующего».

— Я хочу, чтобы вы вынули кое-что из внутреннего кармана моей куртки.

— Я не понял, вы что, не шмонали их? — удивился «командующий», обращаясь, очевидно, к подчиненным.

— Шмонали, — заверили «ботинки», однако подошли к Артуру.

Появились две руки и резко перевернули его на спину.

— Что там? — спросил мужчина лет сорока в сером костюме и черной рубашке — «командующий».

Наконец у Веденеева появилась возможность видеть лица всех присутствующих.

— Ох, ни хера себе! — воскликнул молодцеватый собровец, рассматривая служебное удостоверение Артура.

— Неси сюда, — приказал старший.

Подождав, пока руоповец изучит его удостоверение, сыщик кивнул на изъятые в ходе осмотра вещественные доказательства:

— А вон в той куче дерьма лежит мое табельное оружие. Может, поговорим об этом?

— Обязательно, — задумчиво пообещал старший и повернулся к подчиненным. — Этих двоих и этого, — он указал пальцем на сыщика, — в машины и к нам, в Управление. Оформить, рассадить по разным камерам. Да, чуть не забыл, мента — в отдельную, чтоб один сидел.

Артур почувствовал, как четыре сильные руки оторвали его от пола и поставили на ноги.

— Мне нужно кое-что срочно вам сказать! — заявил Веденеев.

— Потом скажешь, — парировал «старший». — Времени будет предостаточно. Мы как раз собираемся весь день потратить на разговоры с вами.

— Но «потом» — это будет поздно!

— Для кого? — насмешливо спросил руоповец. — Для тебя? Но мы-то никуда не торопимся.

…Когда Артура выводили из подъезда, у крыльца собралась внушительная толпа, своим видом показывая правоту того факта, что русский народ — не такой, как все остальные. Во всех странах мира люди, услышав выстрелы, стараются как можно быстрее покинуть это место, чтобы остаться в живых. И только русские, давя друг друга, будут бежать туда, где что-то взорвалось или что-то выстрелило. Чтобы посмотреть.

На дороге у дома стояла белая «девятка» с уже заглушенным двигателем, и рядом с ней, на газоне, лежал молодой человек в спортивном костюме. Его руки были заведены за спину и соединены наручниками. Около него прохаживались три человека, очень похожие на сотрудников РУОПа…

«А вот и четвертый… — усмехнулся про себя Артур, когда его запихивали в служебную «Волгу». — Нет, так не бывает. Этого не может быть. Все сейчас выяснится. А про Француза пока придется забыть…»

Сидя на заднем сиденье, Артур глянул в зеркало заднего вида и ужаснулся — таким он себя увидел в зеркале Инги, когда находился в каком-то болезненном забытье.

«Она не могла сказать мне, что не пойдет со мной. Я нравлюсь ей… Боже мой, а как она нравится мне! И нет у нее никаких зеркал в кабинете!»

Заметив, как к подъезду подъехали «Жигули» районной прокуратуры, Веденеев стиснул от стыда зубы и наклонил голову. Необъяснимая ярость и ненависть к этому холеному «начальнику» и его «исполнителям» охватила каждую клетку его тела.

Кто дал им право так поступать с ним, не разобравшись?! Что они мнят о себе? Ладно, доедем до вашего чертова Управления… поговорим.

* * *

Представляться в дежурной части РУОПа Артур отказался, вспомнив, что его служебное удостоверение осталось у полнолицего руоповца. Еще не хватало, чтобы в их «форме восемь» — журнале учета задержанных — значилась его фамилия! Он лишь сказал дежурному в камуфляже, что является сотрудником уголовного розыска, и потребовал отвести его к начальнику либо его заместителю.