Алмазы Якутии - Михаил Серегин

– Взлетаем, – крикнул возбужденный Осипов, – за тем вертолетом.

Машина с командой Карагодина и Родионовым уже оторвалась от земли и начала набирать высоту. Карагодин уже праздновал победу.

– Так их, мать их, – весело затараторил он, сразу помолодев и поглупев. – Давай, Жора, – хлопнул по плечу пилота, довольного хорошим настроением шефа, – двигай в Якутск. – Вишь как? – посмотрел он на Родионова. – А ты сомневался!

Николай Павлович издал короткий самонадеянный смешок. Пятачок, с которого поднялся вертолет, превратился в темное пятно посреди заснеженной тайги. Поселок напоминал домики из конструктора «Лего». Все бы хорошо, но слева зависла зелено-бурая машина с ОМОНом.

Люки были задраены, но Егор почти физически ощущал шквал холодного ветра, кругоообразно расходящийся от соседнего вертолета.

– Ну, бля, боевик! – качнул крупной головой Владик.

– Не-ет, – угрожающе протянул Карагодин, – этот пидор напрашивается на неприятность.

Пока пилот маневрировал тяжелой машиной, стараясь уйти от преследователя, Карагодин связался по мобильнику с Шепелевым.

– Да, – услышал он рявкающий голос шефа.

– Полярник у нас, – лаконично доложил Карагодин, – мы в вертолете, летим в Якутск.

– Молодцы, – удовлетворенно буркнул Шепелев.

– У нас на хвосте вертолет с ОМОНом – мент вызвал. Что нам делать? – перекрикивая шум двигателя, прижал рот к трубке Карагодин.

– Все, что хотите, только доставьте полярника в Якутск.

– А если… – начал было Карагодин.

– Все, что угодно, – резко оборвал его Шепелев и отключился.

Между тем вертолет с ОМОНом настигал их машину.

– А побыстрее? – недовольно воскликнул Карагодин.

– Делаю все возможное, – орал летчик.

Внизу простиралась сонная тайга. Насколько хватало глаз тянулось ее бахромчатое зелено-белое пространство. Открывавшийся с высоты полета вид мог пробудить как чувство гордости и величия, так и вогнать в депрессию. У Карагодина не было времени вглядываться в этот монотонный ландшафт. Его тревожило назойливое соседство другого вертолета.

Осипов был полон азарта. Победа мерещилась ему за каждой сопкой, над которой пролетал вертолет. Он вкратце, перебивая стоящий в кабине шум, в выгодном для себя ключе рассказал Журавлеву о происшедшем в улусе. Майор выдавал себя за поборника справедливости, не удосуживаясь задуматься о том, что у старлея мог возникнуть законный вопрос: как майор вообще оказался в улусе вместе с командой Карагодина?

Переговариваться в вертолете было делом неблагодарным – грохот двигателя заглушал самый громкий голос. Старлей сделал вид, что поверил майору. Он был простой служивый парень – выполнение приказа для него являлось смыслом жизни. А дальше собственного носа он никогда не заглядывал.

Расстояние между машинами сокращалось. Это беспокоило Карагодина. Внизу раскинулась широкая сеть небольших болот, как раз та самая, в которой едва не погиб Егор.

– Разворачивай! – завопил Карагодин и выхватил у Владика «узи». – Я эту падлу урою!

Пилот продолжал уходить от погони, словно и не слышал приказа Карагодина.

– Кому сказал! – орал тот.

– Нельзя! – кричал пилот. – Рискованно.

– А так нас этот говнюк прикончит! – не отступал Карагодин. – Давай на три-четыре! Быстро!

Пилот молча сопротивлялся, ведя машину в обычном режиме. Тогда Карагодин наставил на него автомат.

– Ну! – рявкнул он.

Пилот пожал плечами.

Машина гулко и тяжело накренилась и, не сбавляя темпа, пошла на опасный вираж. Нос преследующего вертолета едва не пропахал брюхо машины, в которой Карагодин, бешено матерясь, приноравливался к «узи». Доля секунды решила исход затяжного поединка. Забыв даже о собственной безопасности, Николай Павлович открыл люк и высунул наружу короткое дуло автомата. В лица пассажирам ударил ледяной ветер. Физиономия Карагодина то ли от жгучего морозного урагана, то ли от злобы и торжества стала пурпурной, как зимний закат перед ветреным днем.

– На, сука, получи! – простонал он в пылу азарта.

Его голос разорвал ветер и окончательно поглотил рев мотора. Раздалась короткая очередь. Пилот заложил еще один, более дерзкий вираж, и Карагодин принялся опять дырявить воздух автоматными очередями, осатанело гогоча.

Вертолет с ОМОНом чуть не протаранил машину Карагодина. Но пилот вовремя произвел хитрый и смелый маневр, в результате которого ему удалось вывернуться из-под машины-преследователя. А перед Карагодиным, со звериной злобой жмущим на курок «узи», открылось благодатное поле для обстрела.

С сухим треском лопнуло стекло милицейского вертолета. Пуля вонзилась в лоб пилота. Оставшийся без управления вертолет стал быстро терять высоту.

– Черт! – крикнул Осипов.

Он тряс пилота, но тот, завалясь на правый бок, не подавал признаков жизни.

– Надо что-то делать! – воскликнул Журавлев.

– Ты умеешь управлять? – обернулся к нему Осипов.

– Нет, – ответил тот.

Майор стал наугад двигать рычаги. В этот момент вертолет Карагодина сильно тряхнуло. Один из омоновцев обрабатывал его из «калаша». Пассажиры подскочили.

– Что это? Идти сможем? – крикнул Карагодин.

Пилот озадаченно приподнял брови и пожал плечами. Машину стало качать, словно в нее вселился бес.

Карагодин следил, как петляет и падает милицейский вертолет. Тот исполнял в воздухе диковинный танец, полный безрассудного отчаяния и обреченности. Его днище с гулким скрежетом проехалось по верхушкам гигантских лиственниц. Меся хвою и дерево, как в гигантской мясорубке, машина чудом продрейфовала еще несколько десятков метров и грохнулась в схваченное у берегов хрусткой ледяной коркой болото.

– Так их! – вопил Карагодин, трясясь от возбуждения и перебирая руками ствол автомата.

Вертолет быстро погружался в темную болотную муть. Чавкающие толчки – точно болото жадно глодало металл – сменились плотоядным втягивающим чмоканьем, уносящим на дно людские мольбы и протесты.

– Хрен с ними, – Карагодин подпрыгивал на своем сиденье, – давай в город.

Но пилот был явно чем-то озабочен. Машина шла неровно, то и дело кренясь набок и едва не задевая кроны деревьев.

– Давай вверх, вверх, – Карагодин выставил большой палец сжатой в кулак руки, – какого черта!

Пилот только пожимал плечами. Машина теряла управление.

– Ты что, угробить нас хочешь, падла?!

– Кажется, топливопровод нарушен, или еще какая-то херня, – прокричал пилот, перекрывая захлебывающийся гул вертолета.

– Я тебя урою, козлина, – во все горло орал Карагодин.