Снова наемник - Борис Бабкин

– Да нет же, – со слезами на глазах замотала она головой. – Не…

– Короче, вот что! – решил Александр. – Сиди тихо и не рыпайся. А еще раз дернешься – свяжу.

Пожилая женщина помешивала закипающее молоко. Услышав за спиной перестук каблуков, не оборачиваясь, сердито спросила:

– Где была? Мальчишек кормить надо, а ты шляешься!

– В магазин ходила. – Миловидная черноволосая женщина поставила на пол сумку. – У маленького штанишки порвались, вот и купила. А где этот придурок? – понизив голос, поинтересовалась она.

– Да с мальчишками.

– Он же их угробит. – Испуганно ахнув, молодая метнулась к двери.

– Роман с ними подружился, – успокоила ее пожилая. – Они с Ромкой не плачут. Он с ними в войну играет. Слышишь? – Улыбаясь, кивнула в сторону раздавшегося из-за двери комнаты воинственного крика.

* * *

– Гуййа! – взвыл длинноволосый худощавый парень. Алешка с водяным пистолетом в руке поддержал его.

– Гуййа! – Заливаясь звонким смехом, малыш с обвязанной вокруг головы лентой, за которой над правым ухом торчало большое перо, держал в руках небольшой самодельный лук с натянутой вместо тетивы резинкой. Неумело прижав стрелу с резиновой нашлепкой, Димка натянул резинку и выстрелил. С коротким чмоканьем стрела приклеилась к стенке шкафа.

– Молоток, – сказал Роман, – в девятку влепил!

– А ты откуда знаешь, куда он попал? – тихо, чтобы не слышал довольный похвалой брат, спросил Алешка. – Ведь мишени нет.

– Я ее мысленно нарисовал, – прошептал Роман и громко добавил: – А сейчас состязание в метании томагавка. – Он сунул в руки Алешки небольшой топорик. А маленький самодельный отдал Димке.

– Так, орлы, – в комнату вошла пожилая женщина, – пора обедать.

– Это точно, – со вздохом подтвердил Роман. – Война войной, а обед обедом.

– Так и папа говорил, – грустно сказал Алешка.

– Умный мужик ваш пахан, – заметил Роман. – Он, наверное, в Афгане был?

– Он военный, – кивнул Алешка. – И мама в Афганистане была. Мне папа рассказывал, что я, можно сказать, почти там зародился, – с неожиданной гордостью добавил он.

– И маман в Афгане была? – удивился Роман. – А кем?

– Она военным хирургом была, – похвалился Алешка. – А сейчас заведующая хирургическим отделением. А зачем вы нас обманываете? – сердито посмотрел он на женщину, раскладывающую по тарелкам манную кашу. – Мама не придет. Она не знает, что мы у вас. Вы нас похитили. Но если папа приедет, – с угрозой закончил мальчик, – он вам всем задаст.

– Это ты им наговорил? – напустилась женщина на Романа.

– Пусть привыкают к тому, – ухмыльнулся парень, – что стали заложниками.

– Ну, подожди, – пригрозила она ему, – вот приедет…

– Тебе язычок укоротят, – поспешно вмешалась вошедшая молодая женщина. – Слишком ты болтать много начал.

– Мне еще в школе, я три класса и коридор кончил, – усмехнулся Роман, – учителка говорила, что врать старикам и детям может только законченный негодяй. Я себя таковым не считаю. К тому же, – уже серьезно закончил он, – Лешка – парень большой и с головой. Неужели думаете, ему можно постоянно лапшу на уши вешать?

– А зачем вы нас похитили? – спросил Алеша. – Денег, чтобы за нас выкуп отдать, у папы с мамой нет. Они, конечно, будут собирать. Им папины и мамины друзья помогут. А сколько вы за нас просите? – обратился он к молодой женщине.

Вздохнув, она растерянно посмотрела на пожилую. Что-то сердито пробурчав себе под нос, та поспешно вышла.

– Что же ты, Лиля, – засмеялся Роман, – не ответишь? Пацан вопрос по существу задал.

– Подожди, – пригрозила она. – Я все ей расскажу. Получишь тогда по первое число.

– У меня зарплата обычно в конце месяца, – смеясь поправил он. – Но от аванса не откажусь.

– Будет тебе аванс, – многозначительно пообещала Лиля.

– Ладно, братва, – шагнув к двери, проговорил Роман, – рубайте. Я тоже пойду перекушу.

– Ты придешь? – с надеждой спросил Алеша.

– Конечно. Не с бабами же вам воевать. – Подмигнув, Роман вышел.

Резким ударом в живот Андрей согнул крепкого разрисованного наколками бритоголового мужчину.

– Если ты завтра не скажешь, где баба, – вцепившись ему в уши, Андрей задрал его лицо вверх, – я тебя кастрирую. Понял, Казак?

– Да не слышал я ни хрена, – промычал тот. – Сукой буду, не…

– Мне твои клятвы не нужны. – Андрей толчком в лоб свалил его на песок. – Мне баба нужна. Найдешь – хорошие деньги получишь. Нет… – Криво улыбнувшись, он развернулся и быстро пошел к машине. Трое крепких парней последовали за ним.

– Казак, – удивленно смотря им вслед, спросил загорелый человек по прозвищу Фантик, – кто это?

– Парни Авдеича. – С хриплым стоном разогнувшись, Казак зло выматерился.

– А чего он, сука, на тебя наезжает? – поразился Фантик.

– Умри! – срывая злость, заорал Казак. – Не суйся, куда собака хрен не совала! – Сделав несколько быстрых выдохов, он восстановил дыхание и сел. – Ты прошвырнись, Фантик, по Ялте. Узнай, может, кто-нибудь слышал чего за русскую бабу с пацанами. Тогда бабки пополам поделим.

– Я что-то не въеду, – сказал Фантик, – с какого хрена этот пижон тебя пугает.

– Дура ты, – глухо прервал его Казак, – сейчас нам не ментов бояться надо, а Авдеича. Мы еще хоть как-то работаем. В Питере вон, говорят, если карманника выловят, не к ментам, а к охране тащат. Там эти мафиози ему с ходу крылья обламывают. Да и случись прокол какой, погорим на чем-нибудь, Авдеич отмажет. У него везде свои есть. Так что надо «шкуру» искать.

Серов стоял под холодным душем и, закрыв глаза, пытался понять, что от него хочет Палусов. Что кого-то убить, это Ковбой понимал. Хотя бы ради того, чтобы он потом был на привязи. Палусов велел по возвращении написать обстоятельный рапорт, как и где он убил того человека. Ни фамилии, ни имени Сергею пока не назвали. В такой ситуации он оказался впервые и не знал, как себя вести и что делать. Плясать под чужую дудку ранее не приходилось. Сергей вздохнул и пустил горячую воду. Что с Надей и пацанами? Вот единственное, что волновало и занимало его мысли. Об остальном он просто не мог да и не хотел думать. Правда, Ковбой, несмотря на несколько нервных срывов, выражавшихся в схватках с боевиками, твердо знал одно: он должен жить. Ведь если он погибнет, жена и дети…

– В ад без парашюта! – зло прошептал он. – К дьяволу и ниже! Я должен сделать все, чтобы Надя и сыновья не пострадали. А если… – Замычав, впечатал кулак в трубу. – Господи, – уже не в первый раз обратился он к тому, к кому всегда относился немного иронично, и на вопрос, верит ли он в Бога, отвечал: «Я не могу сказать, что его нет, но так же не уверен, что он есть». И вот теперь сильный, тренированный авантюрист обратился к Всевышнему вполне серьезно: – Если тебе нужна моя жизнь, возьми ее. Как хочешь возьми. С болью, с мучениями, я готов на это. Только пусть будут живы Надежда и сыновья. – Замотал головой и опять пустил холодную воду.