Движущая сила - Дик Фрэнсис

— Порасспрашиваю, — охотно согласился он.

— Скажи, будет вознаграждение. Ничего особенного, но достаточное за стоящую информацию.

— Ладно, договорились.

— Скоро слушание по делу Джоггера, — сказал я. Сэнди взглянул на часы.

— Мне пора. Еще не брился, не одевался.

— Надеюсь, позже позвонишь.

Он пообещал и уехал. Лиззи зевала на кухне и объявила мне, что если понадобится, то она наверху, спит. И чтобы я ее разбудил в одиннадцать, пожалуйста, и отвез в Хитроу к самолету. Она только что сообщила по телефону из моей спальни одному из своих совладельцев о кончине вертолета. Он потерял дар речи, сказала она. Когда он снова обретет голос, то позвонит в страховую компанию, и, вероятно, они пришлют инспектора. Если я не возражаю, то пусть пока моя машина останется там, где она есть. Я не возражал.

Она поцеловала меня в щеку и посоветовала поспать.

— Поеду на ферму, — сказал я. — Слишком много дел.

— Тогда будь душкой, запри за собой дверь. Я закрыл дверь черного входа и отправился на ферму, где увидел Нину, которая пила кофе с Найджелом. Они обсуждали предстоящую поездку во Францию за жеребцом дочери Джерико Рича. Нина, судя по всему, не замечала обрамленных пушистыми ресницами красивых глаз Найджела и его чувственного рта. От Харва они уже узнали все о ночных событиях и сказали, что рады видеть меня в добром здравии.

Нина прихватила кружку с кофе и последовала за мной в офис — С вами и правда все в порядке? — спросила она.

— Более или менее.

— У меня для вас новости, — начала она и замолчала. — Но...

— Выкладывайте. Вы про стеклянные пробирки?

— Что? Нет, о них еще ничего не известно. Нет, я про объявление в журнале.

Я попытался сосредоточиться. Столько всего случилось с воскресенья.

— Ах да... то объявление. «Все, что пожелаете».

— Верно. Патрику удалось узнать в редакции, кто его давал. И вот что странно...

— Продолжайте.

— Это был мистер К. Огден из Ноттингема.

— Не может быть! — удивленно воскликнул я. — Вот это да!

— Я так и подумала, что вы удивитесь. В журнале сказали, что, когда он в первый раз давал объявление, они его проверяли. Хотели убедиться, что тут нет ничего криминального. Похоже, они убедились, что мистер Огден просто предлагает свои услуги в качестве личного курьера, этакая палочка-выручалочка. В объявлении он указал свой домашний телефон. Проверено. Поскольку он неоднократно повторял объявление, в журнале полагали, что ему удается таким способом подработать.

— Надо же, — поразился я. — Хотя вряд ли дела у него шли хорошо. Его разыскивали за подделку чеков и разное мелкое мошенничество вроде этого. Для журнала он казался надежным, может, он когда-то таким и был, но в какой-то период прекратил беспокоиться о законности своих операций, лишь бы платили.

— Это только ваши предположения, — заметила она.

— Однако весьма правдоподобные, — пожал я плечами. — Но я не хочу обвинять его огульно. Может, он и не знал про шесть пробирок в термосе. Может быть. Но вряд ли.

— Циник.

— После вчерашней ночи волей-неволей станешь циником.

— Что думает о вчерашней ночи полиция?

— Да они мало чего говорили. Сказали, что мудр тот, кто знает своих врагов, или что-то в этом роде.

— О! — Она взглянула на меня. — А вы знаете?

— Думаю, Сэнди Смит прав. Все разрушения в моем доме — просто акт вандализма. Есть люди, которым такое доставляет удовольствие. Думаю, я появился на ферме, когда меня не ждали, остальное все произошло спонтанно. Детская злоба, желание навредить.

— Ничего себе ребеночек, судя по рассказам.

— Тогда недоразвитый взрослый.

— Или псих.

— И так можно сказать.

Она допила кофе.

— Полагаю, нам пора отправляться, иначе опоздаем на паром. Вы считаете, что что-то действительно может произойти во время этой поездки?

— Не знаю. Я сказал вам, где именно находится контейнер?

— Нет.

— Это такая металлическая труба, закрепленная между полом и бензобаком. Расположена вдоль шасси, но скрыта бортами. Снаружи или снизу вам ее не заметить, но если вы знаете, где искать, найдете легко. Джоггер говорил, что снимается она проще простого.

— Пожалуй, надо пойти и посмотреть. Пусть она, только не я.

— Найджел собирался сделать новые салазки, чтобы легче было лазить под днище, — заметил я.

— Уже сделал. Показывал Харву.

— Если хотите посмотреть, возьмите салазки. Скажите Харву и Найджелу, что я попросил вас проверить стеклянный фильтр, расположенный на топливопроводе. Если дизельное топливо качественное, фильтр должен быть чистым. Если же он загрязнился, его можно отвинтить и промыть. Как-то мы получили плохо очищенное горючее, так эти фильтры были черным-черны. Короче, скажите Харву, вам нужно их проверить.

— Я и сама хотела провести профилактический осмотр.

— Простите, запамятовал. Она улыбнулась.

— Я посмотрю.

Что она и сделала. Вернувшись и отряхивая пыль, она сказала, что Харв и Найджел посчитали, что она излишне беспокоится.

— В той трубе можно что хочешь перевезти, — добавила она и взглянула на телефон. — Позвоню Патрику, не возражаете?

— Конечно, нет.

Она позвонила ему домой, так как было еще очень рано, и передала ему версию Харва о ночных событиях. При этом она поглядывала на меня, как бы дожидаясь подтверждения. Я несколько раз кивнул. Ее рассказ соответствовал действительности, а если каких деталей и не хватало, то по моей вине.

— Патрик хотел бы знать, — обратилась она ко мне, — чему это вы помешали?

— Сообщу, как только выясню.

— Он сказал, будьте осторожны.

— Угу.

В окно постучал Харв, показывая на часы.

— Пора, — сказала Нина. — Пока, Патрик. До свидания, Фредди. Я пошла.

Мне было жаль, что она ушла. Кроме Лиззи и Сэнди, я доверял только ей. Подозревать всех было противно, и я к такому не привык.

Найджел вывел фургон со двора. Увидев, что я стою у окна, Нина помахала мне из кабины.

Рассудив, что все нормальные люди, занимающиеся лошадьми, уже давно на ногах, я позвонил дочери Джерико Рича и сообщил ей, что фургон за ее новым жеребцом выехал и что она получит его завтра вечером, где-то около восьми часов. Устроит ее это?

— Так быстро? Вот это обслуживание! — воскликнула она. — Вы того конюха, Дейва, о котором говорил отец, послали?

— Не Дейва, но другого, не хуже.