Утро генеральской казни - Кирилл Казанцев

Двигатель работал ровно, и Пашка даже начал напевать песню:

– Черный «бумер», черный «бумер»…

«КамАЗ» плавно вписался в поворот, и тут Пашка увидел стоявшего на обочине спецназовца – одного из тех, кто прилетел на вертолете. Старлей с аккуратной бородкой-эспаньолкой поправил на плече десантный автомат и вскинул руку с оттопыренным большим пальцем – проголосовал. Естественно, рядовой затормозил.

Старлей забрался в высокую кабину, опустился на сиденье, автомат положил на колени.

– Здорово, боец, – проговорил он вполне дружески.

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант, – отозвался Пашка. – Я в автопарк еду, – предупредил он о своем маршруте.

– Автопарк, боец, отменяется, – старлей озорно улыбнулся и сверкнул глазами. – Поступаешь вместе с машиной в мое полное распоряжение до завтрашнего утра.

– Это как, товарищ старший лейтенант? – оторопел Пашка.

– Как-как? Очень просто, – рассмеялся старлей. – Распоряжение генерала Васькова.

Пашка припомнил, что спецназовцы на короткой ноге с генерал-майором. Так что такое вполне могло случиться. И все же он проговорил:

– Оно, конечно, можно. Но моего командира предупредить надо, – и он уже хотел разворачивать «КамАЗ», чтобы ехать обратно.

– Ой, тайга, тундра… Зачем ехать? Не в лесу живем, двадцать первый век на дворе. У тебя кто ротный? Капитан Кошкин? – Старлей уже держал в руке мобильник.

– Я номера его не знаю, – упавшим голосом произнес рядовой.

Рядом с уверенным старлеем Пашка чувствовал себя абсолютно беспомощным и бесполезным.

– Зато я знаю, – старлей вытащил из кармана камуфляжа какую-то бумажку и тут же набрал номер; при этом, странное дело, не попискивали кнопки, не загорелся экранчик. – Капитан?.. это старлей Митягин… да-да, из партизан-спецназовцев… так, значит, тебя генерал Васьков уже предупредил… ну, вот и лады… таким образом, твой боец вместе с машиной до завтрашнего утра поступает в мое распоряжение… ну, да, и вся ответственность на мне, как положено… только ты, капитан, потом его не дергай… парню отоспаться надо будет минимум до обеда… ну, все, конец связи, – старлей захлопнул мобильник-раскладушку и подмигнул солдату: – Кошкина предупредили. Давай теперь знакомиться. Тебя как зовут?

– Паша. Рядовой Пирогов.

– А я старлей Митягин. Да ты не тушуйся, – спецназовец протянул руку, и Пашка нерешительно пожал ее. – Теперь, боец, слушай и усваивай приказ. Поначалу даю вводную. Ты мне понадобился, чтобы дрова привезти к нашей палатке. Это так я генералу Васькову сказал, он и разрешил. Но на самом деле дрова нам на хрен не нужны, у нас плитка с газовым баллоном есть. А вот теперь слушай непосредственно приказ и прояви солдатскую смекалку. Надо за водярой сгонять, но только так, чтобы на КПП не светиться. Знаешь какие-нибудь звериные тропы, чтобы к ближайшему деревенскому магазину добраться, по которым твой «КамАЗ» пройдет?

Пашка задумался.

– Есть такая. Там в колючке ворота и будочка для дежурного. Иногда никто не охраняет, а сегодня парень из нашей роты там стоит, со второго взвода, Иванов. Проедем без проблем. Оттуда до деревенского магазина недалеко, туда ребята временами и пешком ходят.

– Васькову нас твой парень со второго взвода не заложит?

– Что вы, товарищ старший лейтенант! Парень надежный, не стукач. Проверено опытом.

– Тогда поехали, только не гони. Ты водила еще неопытный.

«КамАЗ» свернул с асфальта и покатил неприглядными задворками. Старлей поудобнее расположился в кресле.

– Как служба? – поинтересовался он.

– Нормально идет.

– Ну, и куда собираешься после дембеля податься? Жизнь-то надо загодя планировать, чтобы потом сюрприз не подбросила.

– Я и распланировал. Автомехаником буду. Специальность хорошая.

– Да, много всякого автохлама по нашим дорогам передвигается… Без работы не останешься. И зарабатывать неплохо можно. Небось и себе машину купишь?

– Даже знаю какую. Черный «бумер». Неважно, что старую. Руки у меня на месте – игрушку из нее сделаю. «Бумеры» девчонки любят.

– Это верно. Вот у меня тоже «БМВ», только красный, – разоткровенничался старлей.

Поговорили о машинах, о женщинах.

– Ты только не засни за рулем, – попросил старлей, когда Пашка в очередной раз клюнул носом.

– Сейчас пройдет. Я просто уже настроился на то, что машину на площадку поставлю и спать завалюсь. Вот организм и не хочет перенастраиваться.

– Не повезло тебе, что на моей дороге попался, – ухмыльнулся бородатый старлей.

– Нормально все, ехать-то недалеко.

«КамАЗ» вырулил из леса, впереди виднелся лужок, за ним ворота, сколоченные из почерневших досок и перетянутые колючкой. Рядом высилась дощатая будочка; из нее, стоило показаться машине, тут же выбрался солдат, всмотрелся и улыбнулся, узнав знакомого. Ездили тут наверняка редко, колея еле угадывалась в траве.

– Мы тут отлучимся ненадолго, – высунулся из кабины Пашка.

– В магазин?

– Куда ж еще.

– Сигарет мне купи две пачки, – солдат протянул Пашке деньги и пошел открывать ворота.

– Только ты никому не говори, что мы тут проехали, – попросил на прощание рядовой Пирогов.

– Не спросят – не скажу. А уж если поинтересуются, придется доложить.

Тентованный грузовик миновал ворота и запылил по грунтовой дороге. Старлей молчал, поглядывая на пейзаж. Вскоре впереди показалась деревня. У магазина топтались местные забулдыги. Беседовали между собой женщины.

– Ну вот и приехали, товарищ старший лейтенант, – сказал очевидное Пашка.

– Значит, так, боец, – старлей и не думал выходить из машины. – Ты как самый молодой – и по возрасту, и по званию – гони в магазин. – Митягин протянул деньги. – Берешь шесть пузырей водяры, только не самой дешевой, а хотя бы средней паршивости; ну, и колбасы какой прикусить, хлеба пару буханок… Тушенка у нас имеется. И еще моток веревки купи покрепче. Приказ уяснил?

– Есть, шесть пузырей водяры, закусь. А веревка зачем?

– Белье сушить, – не моргнув глазом, соврал старлей. – Оно знаешь как за ночь в палатке намокает… Тут же влажность, словно в тропиках.

– Теперь понятно.

– А ты думал, я вешаться собрался? – засмеялся Митягин.

– Кто вас знает… Странный вы, товарищ старший лейтенант.

Пашка выбрался из кабины и направился к магазину.

Местные присматривались к солдату. Зачем он приехал, секрета для них не составляло. Ведь сигареты и печенье можно купить и в самом гарнизоне. А вот спиртное срочнику там никто не продаст.

Пашка вышел из магазина, прижимая к груди буханку хлеба, колбасу в прозрачном пакете и моток толстой бельевой веревки, между пальцами зажимал горлышки водочных бутылок. Местные забулдыги замерли в тревожном ожидании. Нет, у них и мысли не возникало стрельнуть у солдата денег или же попросить глоточек водяры. Им делалось не по себе от одной только мысли, что у них на глазах одна из бутылок может выскользнуть и разлететься вдребезги на бетонном крыльце. Но бог миловал.