Казино «Бон Шанс» - Василий Веденеев

— Нуте-с, — усмехнулся Снегирев. — Мы все обратились во внимание, драгоценный Виталий Евгеньевич. Расскажите нам, как же произошла такая досадная накладка, что неизвестные люди сумели забрать выручку из «Бон Шанс»? И где теперь денежки?

«Хорошо, если моя доля действительно переведена на Кипр, — пытаясь устроиться поудобнее, подумал Жамин. — А если обманули? Надо будет непременно и срочно проверить».

— Не знаю, где деньги, — едва ворочая языком, выдавил из себя банкир.

— Ты мне их в зубах принесешь! — угрожающе прошипел Пак, шагнув к нему, но Снегирев остановил его:

— Погоди, Леонид, давай все же разберемся. Говорите, говорите, Виталий Евгеньевич. Все, как на духу. Ну, мы ждем!

— Мне позвонил Федюнин и сказал, что инкассаторы зашиваются и надо менять график, выпускать новые бригады, — едва слышно промямлил банкир. — День был тяжелый. Ну, я дал распоряжение и предупредил казино.

— Федюнин? — переспросил Сан Саныч и кивнул одному из охранников. Тот выскочил за дверь.

— Потом мне перезвонила Левина, главбух, — морщась от боли в боку, продолжил Жамин. — Я подтвердил, что может быть другая бригада и сдвиг по времени.

— Очень хорошо, — поощрительно улыбнулся Снегирев. — А вот и Федор Иванович, сейчас мы его послушаем.

В кабинет бочком, в сопровождении охранника вошел лысоватый Федюнин. «Пропал я», — мелькнуло у Виталия Евгеньевича.

— Что у вас там получилось с инкассацией? — быстро спросил Пак.

— Это когда с казино? — Федор Иванович наморщил лоб. — Да обмишурились! Два новых клиента в тот день появились, вступили, значит, в нашу обработку, а некоторые из старых попросили изменить время. Ну, девки из расчетной группы не успели все пересчитать, и пришлось мне звонить Виталию Евгеньевичу, просить разрешения сдвигать график.

Жамин украдкой перевел дух и немного осмелел: все-таки эти подлецы не подвели его!

— Бардак, — разведя руками, жалобно сказал он. — Русский бардак, как везде!

— Нам он недешево обошелся, — сердито заметил Кореец. — Очень недешево! Пусть тяжелый день, пусть сдвинули график, но в казино приехали не твои!

Он обернулся к Федюнину и тот виновато опустил глаза. Снегирев взял чистый листочек для пометок со стола банкира и быстро черкнул на нем несколько строк. Сложив записку, передал ее Паку. Тот развернул и прочел: «Нам подсовывают пешку вместо банкира. А мы как?»

— Играем! — скомкав записку, вслух сказал Пак и сунул бумажный шарик в карман брюк. Обернулся к Федюнину и зло спросил: — Деньги где, морда твоя поганая! Ведь и ты виноват!

— Что же теперь мне, повеситься или под машину кидаться? — огрызнулся Федор Иванович, а слушавший перепалку хозяина и начальника инкассаторской службы Сан Саныч тонко ухмыльнулся в ответ на свои мысли.

— Вы пока не отлучайтесь, Федор Иванович, — попросил он. — Может быть, еще понадобитесь. А чтобы не искать, с вами мальчик наш побудет, у него радиотелефон, так сразу и вызовем.

— Ладно, — буркнул Федюнин, выходя из кабинета в сопровождении охранника. Но в дверях приостановился и с горьким сожалением сказал: — Только зря вы все это…

— Мы непременно во всем разберемся, — доброжелательно заверил его Сан Саныч. — Не нужно раньше времени волноваться. Идите, работайте, а то, не приведи господь, опять срыв произойдет.

Как только дверь за ними закрылась, Кореец опять подошел к банкиру. Тот сжался, но Леонид не ударил.

— Ты мне вернешь все до копеечки, — размеренно сказал он. — Или я раздавлю тебя!

— Откуда?! — взвизгнул Жамин. — Я же не виноват!

— Уймись, Леня, — снова остановил Корейца Снегирев. — Но действительно, откуда взялись чужие? С броневичком, в сопровождении милиции? А? Могло случиться все, вплоть до вооруженного налета, но так… И пропал охранник, узнавший одного из инкассаторов, вернее, лжеинкассаторов. Странное стечение обстоятельств. Все очень похоже на…

— На то, что у тебя сидит кто-то от Чумы — длинный палец Корейца уперся в грудь побледневшего Жамина, — или еще от кого-нибудь.

— Нас ждут в казино, — напомнил Сан Саныч.

— Да, — согласился Пак и неожиданно дружески похлопал банкира по плечу. — Работай, Виталик, старайся.

Снегирев ободряюще улыбнулся Жамину и вышел из кабинета следом за боссом.

— Жабу использовать и раздавить! — шагая по коридору банка, зло шепнул Кореец. — А пешку в оборот сегодня же… И с этого глаз не спускать!..

После выполнения миссии по прикрытию Жамина и оттягиванию подозрительного внимания на себя Федюнин имел строжайший приказ Молибоги немедленно уходить. Немедленно! Исчезнуть, испариться, как только закончится разговор с шефами. На предположение Федора Ивановича, что его могут спокойно повязать прямо в том кабинете, где состоится первоначальная беседа, Алексей Петрович Молибога отреагировал отрицательно:

— Не повяжут! Кореец, может, и захочет разборки на месте устроить, шустрый он больно, зоны еще не нюхал, но ему Снегирев не даст! У того привычки комитетской ищейки старого закала: высиживать, высматривать, как кот на складе. Ходить кругами начнет, принюхиваться, может, даже следить и подслушивать: он одними подозрениями сыт не бывает, ему цепочку вытянуть нужно и только потом разборки устраивать. А ты себе лазейку приготовь на случай, если кого приставят, и уходи на запасную квартиру. Там отсидишься, а я найду способ с тобой связаться. За семью тебе опасаться нечего: ты у нас человек разведенный и одинокий. Главное, сразу уходи. Сразу! Понял? Обруби все Снегирю, и пусть он как слепой кутенок тычется.

Довольный собой, Молибога рассмеялся, но Федору Ивановичу было не до смеха — деньги, конечно, большие взяли, и его доля тянет на долгие годы безбедной жизни, но кто знает, как оно все повернется там, в банке? Алексей Петрович останется здесь, рядом с Молотовым-Чумой и его охраной, а Федюнин должен сам выскакивать из мышеловки. Конечно, он знает все здание банка, все его закоулки, как собственный карман и, кроме того, вполне официально носит оружие — пистолет «Макаров». А это тоже аргумент. Однако исчезнуть лучше тихо, как серая мышка. Прямото ему никаких обвинений предъявить нельзя — все действительно так, как он говорит: и новые клиенты появились, и произошла непредвиденная сдвижка графика. Ладно, Бог не выдаст, свинья не съест. Если боишься, то нечего было подписываться на участие в эксе в казино «Бон Шанс». Но Федор Иванович посчитал это своим удачным шансом и согласился рискнуть.

Все произошло почти так, как предполагал Молибога, и даже к Федюнину приставили охранника Корейца — какого-то нерусского черта со скуластой рожей и слегка раскосыми темными глазами.

«Татарин, что ли, — шагая в его сопровождении по коридору, подумал Федор Иванович. — Или, может, из своих дружков-собаковедов подобрал его Ленька Пак?»

Особой тревоги присутствие телохранителя шефа пока не вызывало, но неотступно сверлила мозг мысль о том, что уходить нужно как можно скорее, не откладывая дела в долгий ящик: чего тянуть?