Первая пуля – моя - Сергей Зверев

– Ну и что? Да ей никто не поверил бы!.. Стас, по-моему, ты преувеличиваешь. У нее ведь нет никаких доказательств! Да мало ли о чем этот убийца трепался перед смертью? Если бы ты не стал пороть горячку, эту историю можно было бы спустить на тормозах…

«Боже мой, у этих двоих на уме только предстоящие выборы и какие-то мифические враги…» – с досадой подумала Людмила и открыла дверь.

– Добрый вечер!.. – поздоровалась непринужденно и, увидев Большакова, сделала вид, что удивлена: – О, у нас гости!

– Где ты ходишь? – спросил Дима, вскакивая с кресла. – Мобильный не отвечает, на работе тебя давно нет… Да я себе места не нахожу!

Людмила мысленно усмехнулась – надо же, какие страсти! Оказывается, ее ненаглядный супруг волновался!

Усилием воли она заставила себя посмотреть Диме в лицо:

– У меня были кое-какие дела… – И про себя добавила: «Похотливый козел!»

– А почему ты уехала на такси? Почему не взяла с собой Витю? – В Димином голосе появились недовольные нотки. – Ты поступила опрометчиво, душа моя! Тебя же могли убить!

– Дорогой, я не такая важная персона, как ты, – отмахнулась Людмила. – Кому я нужна?

– Дима прав, – встрял в разговор Большаков, до этого молча наблюдавший за их словесной перепалкой. – Людмила Марковна, вам надо быть поосторожнее. Юмашев из кожи вон лезет, чтобы Дмитрий сошел с дистанции… Кстати, вы в курсе, что позавчера ночью взорвалась машина с двумя вашими телохранителями?

– Что? – Людмиле даже не понадобилось разыгрывать страх и удивление – она была по-настоящему шокирована. – Их что, убили? – переспросила шепотом.

Большаков кивнул.

– Кто-то подложил в машину взрывное устройство. Взрыв был такой мощный, что тела разорвало на мелкие кусочки… Теперь вы понимаете, что на Дмитрия давят? Причем самым бесстыдным образом.

– Понимаю, – кивнула Людмила. В голове вдруг отчетливо прозвучала сказанная мужем фраза: «Но с моими новыми охранниками ты, по-моему, переборщил…»

«Нет, этого не может быть! Зачем им убирать людей, которые проработали у нас всего два дня?.. – растерянно подумала она. – Разве что для того, чтобы поднять Димин рейтинг… Но это же гадко, низко, отвратительно и… опасно! Ведь рано или поздно это может выплыть на поверхность!»

– А девушка? – уточнила на всякий случай. – Тоня Панкратова, кажется… С ней все в порядке?

Большаков и Дима переглянулись.

– Боюсь, что нет, – наконец сказал Стас. – Она куда-то исчезла… Людмила Марковна, вам нехорошо? Вы что-то побледнели…

– Голова закружилась… – пробормотала Людмила, опускаясь в кресло.

Дима подскочил к ней и заботливо обнял за плечи.

– Дорогая, может, принести воды?

– Не надо! – Людмила откинулась на спинку кресла и приложила пальцы к вискам. – Сейчас все пройдет…

Дима гневно сверкнул глазами на Большакова:

– Стас, ты ее напугал!.. Какого черта?

Тот только развел руками.

– Извините, Людмила Марковна. Я не думал, что вы примете эту информацию так близко к сердцу.

– Это вы меня извините… Мне уже гораздо лучше… Просто нервы ни к черту… – Каждое слово давалось Людмиле с огромным трудом, но она заставила себя улыбнуться. – Пожалуй, пойду к себе… Прилягу…

– Тебя проводить? – предложил Дима.

– Нет-нет… – Она встала и нетвердой походкой направилась к двери, чувствуя на себе встревоженные взгляды мужчин. Ее так и подмывало обернуться и сказать: «Неужели я похожа на идиотку, которая верит всему безоговорочно?» Однако Людмила очень сомневалась, что стоит произносить эти слова вслух. Пока она играет роль наивной дурочки, может спать спокойно. А кто знает, не станет ли она «использованным материалом» после того, как приоткроет карты?..

Оказавшись за закрытыми дверями своей новой спальни, Людмила, не снимая обуви, рухнула на диван. В эту комнату, бывший кабинет деда, она перебралась сразу после того, как с Анечкой произошло несчастье. Комнатка была не ахти какой просторной, но зато без «криминального прошлого». Кроме углового дивана, здесь был встроенный шкаф, телевизор, два кресла и журнальный столик. Интерьер, как в отеле среднего класса – все по делу, никаких излишеств. Людмила перетащила сюда кое-какие вещи из своего гардероба, любимые книги, украшения. Расставила на столе фотографии, отчего комната сразу приобрела обжитой вид.

Ее переселение в бывший дедовский кабинет Дима воспринял спокойно. Раньше Людмила как-то не задумывалась – почему. Но, узнав об измене мужа, поняла, отчего на этот раз не было обычных упреков.

И вот теперь, валяясь на огромном диване, она думала только об одном – что удерживает ее рядом с человеком, на совести которого столько «несчастных случаев»? Деньги? А может, жажда власти? Или сила привычки?

«Нет, мой муж самое настоящее чудовище… Аня, журналист Воскресенский, двое ребят из охраны… И это только те, про кого мне точно известно… А еще исчезнувшая Тоня Панкратова, чей труп наверняка найдут на дне реки через полгода… И все это ради победы на выборах? Да пропади она пропадом, такая победа! – Людмила перевернулась на спину и уставилась в потолок. Затем горько усмехнулась: – Только не надо врать самой себе, дорогуша. Ты ведь давно мечтала стать женой губернатора. Так что самое лучшее для тебя – сидеть тихо и делать вид, что ничего особенного не происходит…» И все же ей было не по себе от хладнокровного цинизма, с каким велась эта предвыборная кампания. Путь к губернаторскому креслу был усыпан трупами, и с каждым днем их становилось все больше и больше.