Пасынки Джихада - Лев Пучков

Посидели мы с полчаса, пообщались, анализируя имевшуюся в нашем распоряжении информацию… И желание тотчас же заняться чем-то полезным у всех с разной скоростью сошло на нет. Первым потух Костя Воронцов — самый сообразительный, потом Лизин взгляд сделался равнодушно-сонным, она начала зевать, за ней Глебыч слегка взгрустнул…

Общепризнанный оперативный гений Иванов боролся дольше всех, ворочая доступные нам данные и так и этак, но уже понятно было, что все это впустую. Достаточно хорошо изучив контрразведчика за время совместной работы, я с уверенностью мог сказать, что он даже представления не имеет, с чего начинать. Не в том плане, что мы завтра с утра совсем без работы останемся — чем нас занять, полковник всегда найдет! Была бы только от этого польза…

Не буду утомлять ненужными рассуждениями, скажу лишь, что у нас практически ничего не было. Имелась лишь бредовая версия и шестьдесят восемь секунд записи цифровой камерой.

Пара слов о версии. Это даже и не версия, а так, несколько вариантов полуфантастической пародии на рабочую гипотезу.

У нас имелась общедоступная информация о том, что Руденко с двумя дагами куда-то испарился, предварительно оставив в особом отделе дивизии и у себя дома в обшей сложности одиннадцать трупов. Ни мотивов — Костя сказал, что даже отдаленно ничего не просматривается, — ни реально прослеживающихся предпосылок, совершенно ничего! Как-то все вдруг, внезапно, на ровном месте. Да, еще есть информация (ха-ха три раза): процесс стартовал с нашей легкой руки, и отправным пунктом всего этого безобразия бесспорно следует считать тот момент, когда Иванов дал команду на задержание Руденко. Тривиальное задержание мирного, в общем-то, человека, подозреваемого в «бумажном» злоупотреблении должностными обязанностями.

Чем все это закончилось, вы знаете.

Варианты собственно версии даже приводить не хочется, до того они нелепы.

Первый, он же основной. Руденко — шпион (В чью пользу? Чего он там, в строевой части, мог нашпионить?!) иноразведки или матерый диверсант — засланец, в общем. Даги — его подельники (тоже засланцы?!).

Смешно? А чем, скажите, еще можно объяснить такую, мягко говоря, негативную реакцию на задержание? Товарищам даже обвинение не предъявили, не нашли при них ничего компрометирующего… Или, может быть, кто-то считает, что ящик с наградными, представлениями и прочими шелудивыми бумажонками стоит одиннадцати жизней?!

Бред, согласитесь…

Если брать за основу первый вариант, то при любых раскладах следует отметить совсем даже неслабую подготовку «засланцев». Они, все трое, были в наручниках. Это, однако, не помешало им «чисто слепить» шестерых вооруженных особистов — крепких здоровых мужиков, имеющих за плечами немалый боевой опыт. Но тут возникает нелепый вопрос: где они ножи взяли? Обыскивали мы их тщательно, ничего при них не было.

В связи с этим: второй вариант версии.

Второй вариант тоже звучит неслабо — и примерно в том же шпионском контексте. На помощь «засланцам» в дивизию просочилась ДРГ (диверсионно-разведывательная группа), укокошила особистов и тихо скрылась. Как, каким образом, через где просочилась — это уже отдельные вопросы. Сидела сутками эта ДРГ и ждала момента, когда же основных шпионов спеленают, чтобы незамедлительно прийти к ним на выручку. Пришла. Возможно, даже строем, в колонну по три, с исполнением походной песни «Несе Галя воду» (Руденко — хохол). Сделала свое грязное дело. А Руденко с дагами спокойно выехал на «мерсе» через КПП.

Вот такие варианты. Кому-то, может быть, и смешно, но только не нам. Потому что других вариантов просто нет. И самое неприятное, что нет даже приблизительного объяснения реальной подоплеки сегодняшнего происшествия. Какая-то сплошная идиотская мистика.

Теперь о видеоматериале. Пока рассуждали на заданную тему, я, чтобы время зря не терять, занимался записью. Перегнал «цифру» на свой ноутбук (флэшка, переходник, три минуты), вырезал фрагмент с дагами, обработал в фирменном видеоредакторе — это раритет, изобретение специалистов моего ведомства. Приблизил в четыре раза (снимали метров с семидесяти, это далековато), потоком наложил блур, полируя проявившуюся пикселизацию, потом сделал мягкий тюнинг шарпом, доводя картинку практически до естественного состояния… Прошу прощения, это я увлекся. Проще говоря: привел фрагмент записи с дагестанцами в божеский вид. Нормальная запись, как будто снимали с десяти метров.

Затем отобрал кадры для фото, перегнал в фотошоповский формат и занялся лицами. Увы, тут все было не так ладно. Во-первых, эти мерзавцы в основном находились спинами к объективу, удалось поймать лишь несколько нечетких профилей. Во-вторых, для качественного фото все-таки далековато. На записи вполне четкая картинка получается, а на стоп-кадре (снимке) лица размыты, потому что «объекты» во время съемки и секунды в статичном положении не стояли, двигались, крутили головами, жестикулировали и так далее.

Если бы знать, что нам понадобятся не обычные оперативные материалы для «раскола» Руденко, а физиономии его приятелей, я бы прихватил с собой десятимегапиксельный фотоаппарат с безразмерным «зумом», и не было бы никаких проблем. Просто вопрос так не стоял. Снимать мы ничего не планировали. Напомню: мы тут третьесортной рутиной занимались. Вся приличная техника осталась на базе, камеру и ноутбук я прихватил по привычке, просто потому, что чувствую себя без этих предметов обихода, как… Ну, допустим, как Петрушин с Васей без своих боевых ножей.

В общем, запись была нормальной, а с лицами — беда. Для ориентировок мои снимки не годились. Снимок мертв, если не видно выражения лица, характерных особенностей прищура глаз, яркого момента какого-то незавершенного движения — типа мимолетной улыбки или просто схваченного в кадр сокращения мышц. Узнаваемость пропадает начисто. Запись — другое дело. Объект движется, шевелится, проявляет эмоции, иными словами — живет. Совокупность этих движений и сообщает фрагменту видеозаписи ту самую необходимую для идентификации узнаваемость.

— Да, негусто, — огорченно заметила Лиза, посмотрев результаты моей работы. — На столбы не расклеишь, в руки не дашь… Ну и что мы теперь с этим будем делать?

Лиза у нас специалист как раз по всем этим делам: техническим средствам получения информации. С ее заключением никто не спорит. Другими словами, фото раздавать на посты бессмысленно: лица получились донельзя усредненные, типа фотороботов. Если верить снимкам, надо вязать каждого второго кавказца, а их тут столько, что на всех даже стоячих мест в изоляторах не хватит. А фрагменты записи, содержащей «узнавательный» элемент, каждому наряду не раздашь, на это просто денег не хватит. Это же нужно несколько сотен нормальных камер с приличным дисплеем, чтобы можно было одновременно смотреть и сравнивать с оригиналом, не упуская при этом из виду сектор ответственности. Знаете, наверное, как делают некоторые наши ловкие «подопечные» (особенно в аэропортах и многолюдных терминалах вокзалов, приходилось не раз наблюдать такое): подсунут милиции подозрительного типа или парочку, те на них всем нарядом отвлекаются, напрочь выпадая из обстановки, а в это время стороной спокойно просачивается малая группа с сумками, в которых может быть все что угодно. От тривиальной анаши до полцентнера пластита.