Выскочка из отморозков - Эльмира Нетесова

— А Борис учится?

— Бросил школу. И не могу уговорить вернуться. Ни с кем не ладит. У него и друзья старше его намного. Какие-то блатные. Борька за ними, как собачонка, всюду бегает.

— Современный мужик. А чем занимается, что любит?

— Да кто ж его знает? Упустила я его. Все берегла от отца, чтоб не обидел. Все остальное просмотрела. Ну не могу я всюду с ним! Ведь жить надо на что-то! — вырвалось у Натальи на надрыве.

— Понятно! Устала вконец! Измотала жизнь! — согласился Герасим.

— А тут еще этот дом стареть взялся, как назло. То форточка в окне скособочилась, то дверь с петель слетела. Пацан мал еще, сама не умею. Как гляну на нашу избуху, плакать хочется. Крыша, как спина у старого коня, вся прогнулась посередке и скулит. Полы гниют, проседают. Пока Борька вырастет, развалится дом. Хорошо, если не придавит обоих, — жаловалась баба.

— Короче, дай закурить, а то так жрать охота, что и переночевать негде! — рассмеялся Герасим.

— Смеетесь? Но лучше сразу правду сказать. Чтоб потом не обижались…

— Да чем хотите напугать? Страх не в доме. Это поправимо. И с мальчонкой найду общий язык. А вот меж нами склеится, получится иль нет?

Наталья смотрела на Герасима удивленно:

— Да разве мы звери? Если пить и драться не будешь, не станешь выгонять из дома и пропивать нажитое, не приведешь полный дом алкашей, а будешь хозяином, чего ж нам не ужиться? Ведь обоих жизнь потрепала. Разве не так? А в одиночку с бедами не сладить. О чем долго говорить, пошли ко мне. Там, на месте, все виднее. Вот и скажете, остаетесь с нами или нет. Одно дело здесь говорим, другое — когда все своими глазами увидишь.

Герасим не ожидал столь необычного приглашения, но мигом сообразил и согласился.

Они шли по оживленным улицам, стараясь идти рядом. Но их толкали, оттирали друг от друга.

— Давайте в автобус! Все ж три остановки. Их лучше проехать, — предложила Наталья.

Их сдавили, тесно прижали друг к другу пассажиры. Присесть негде, повернуться невозможно.

— Вот так и знакомятся люди! — хохотнул Герасим. Когда подъехали к остановке, Наталья не без усилий вырвала мужика из толпы пассажиров. А накрашенная девица в нахальном декольте и юбке без подола заметила едко:

— Во баба! Сущий танк! Я только пристроилась к тому козлу, она его из-под носа сперла!

Герасим шел следом за Натальей по тихой окраине. Женщина вела его все дальше от городского шума и суеты, от снующего транспорта и спешащих людей.

— Вот здесь мы живем! — Открыла калитку, пропустила гостя вперед. Тот оглядел дом и неспешно вошел следом за хозяйкой.

Герасима не удивило, что Борис, едва увидев его, стреканул из дома.

— Это нормально, таким и должно быть начало. Я вовсе не ожидал мгновенного признания. Он просто обязан вначале присмотреться ко мне, — успокаивал Наталью. Та чуть не плакала от досады.

Женщина накормила гостя, показала ему весь дом. Когда они вернулись со двора, Герасим спросил глухо:

— Ну, что решила, Наталья?

— Я? От вас слова жду…

— Тогда остаюсь. Устраивает ответ?

Женщина улыбалась. И все ж предложила:

— Если хотите, подумайте несколько дней. Я не тороплю.

— А не заждались ли мы этой встречи? Зачем испытывать судьбу в который раз? И давай на ты перейдем. Так оно теплее и ближе. Согласна?

— Конечно!

— Наташ! У меня дом покрепче, но места меньше, всего одна комната. Выбирай, где жить станем?

— Естественно, здесь! Где ж еще?

— Тогда слушай! У меня есть два брата. Они вечерами и по выходным займутся домом. Я, честно говоря, ни в плотницких, ни в столярных работах не разбираюсь. Но зато все остальное на мне.

— Остальное? А это что?

— Материалы, их качество и доставка… А еще оплата…

— Нет, ну это я сама…

— Наташ! Не хочу тебя обижать, но мы свой дом недавно отремонтировали. Трое нас. Все работаем. Но с материалами не скажу, что легко прошло. Так что сначала поднакопим. Иначе не осилим.

Наталья слушала, опустив голову. Не было сбережений у бабы, не имела родни. Никто ей не мог помочь. И завались дом на головы, никто не удивился бы и не пожалел.

— Герасим! Нелепо все это. Я дала объявление о знакомстве, а выходит, что запрягаю не только тебя, но и братьев. Хотя еще ничего не известно.

— Ладно, Наташ! Будь у тебя дом — дворец, ты на меня не глянула б.

— Это почему? Вон мой сорванец, ты не успел порог переступить, он уж надерзил!

— А ты сколько лет с мужем прожила? — внезапно перебил Герасим.

— Прожила два года, остальные промучилась.

— С чего он пить стал?

— Друзья сбили. А у самого характера нет, чтобы отказаться. Мы вместе учились. Он ревизором стал. Ну, при такой должности друзей надо выбирать осторожнее. Теперь их у него нет ни одного. Только бомжи.

— А дом чей? Его?

— Нет. Он мой! Николай потому и злился, что никак не мог его пропить. Только если бы меня не стало. А уж с этим он старался…

Герасим сам не сразу понял, нравится ли ему Наталья. Уж каким-то серым, вымученным показалось знакомство. Женщина много и часто жаловалась. На мужа и сына, на дом и усталость, Герасима даже злила эта бесконечная заунывность.

— Наташ! Мы две недели живем под одной крышей. А спим врозь. Знаешь, почему к тебе не тянет? Ты скучна, как дождь. И капаешь, и жалуешься. Хоть бы раз рассмеялась или накричала! Тебе ж еще до сорока целых семь лет. А ты уже старуха в душе! А ну стряхни плесень с души! Докажи, что играет огонь в крови! И назло всему — жива в тебе баба!

— Герасим, я была такой! Но подрубили…

И Герасим понял: понадобится время, чтоб ожила, поверила и выпрямилась женщина.

Шли месяцы… Вот уже и дом отремонтирован. Куплен холодильник, пылесос. Наташка смотрит восторженно. А смотреть в глаза Герасиму не решается. Ее сын категорически отказался помогать отчиму и целыми днями бездельничает. Герасим отвез его в деревню к матери. И только тогда они остались вдвоем, предоставленные самим себе.

Взрослые люди… Они растерялись в образовавшейся пустоте, смотрели друг на друга, смущаясь. Как странно, все считают их семейной парой, а они все еще не решались спать в одной постели.

«Бросит он меня, уйдет», — дрожат руки женщины. Будь она моложе, все было бы проще и легче. Но не теперь, когда годы покатили на четвертый десяток…

«Ну чего я боюсь? Обычная, как и другие, баба. Может, давно ждет, чтоб завладел ею? А что, если козлом назовет, скажет, что воспользовался ее положением? Тьфу, чертовщина! Не то главное! Вдруг у меня ничего не получится? Бабы таких сбоев не прощают», — думал Герасим. И глянул на Наталью.