Отпуск на войну - Альберт Байкалов

– Ты? – не поверил он. – Прикладом?

Девушка кивнула и сдержанно улыбнулась.

– А они чего? – перевел он взгляд на бородача. – Боцман?

– Прыткий больно «укроп» попался, – ответила за него ополченка. – Не простой. Макар хотел его просто поймать, так по затылку схлопотал. Боцману тоже досталось, думала, умрет. Сразу видно, диверсант…

– Диверсант, говоришь? – Герат поскреб грязными пальцами небритый подбородок.

– Я просто до… – Балун осекся, едва не выпалив «до тюрьмы», и отвел взгляд в сторону. – …до войны занимался рукопашным боем и в институте физкультуры учился…

– Поэтому тебя и взяли в диверсанты, – тут же сделал вывод Боцман.

– Как зовут? – нахмурился Герат.

– Балун… Вернее, Балушин Петр Васильевич…

– Хорошая работа, – похвалил Герат.

– Еще бы, – приосанилась девушка.

– Надо осмотреть его позицию. Может, найдем чего?

– Точно! – оживилась Жанна. – У него радиостанция должна быть и карта!

– Нет у меня ничего! – выпалил Балун. – Отпустите!

– Животное, – прохрипел Боцман. – Чего мы с ними нянькаемся? Стрелять таких сразу надо.

– За что? – взвыл Балун.

– Я тебе покажу стрелять! – строго сверкнул на Боцмана глазами Герат. – Тебе только дай волю! Не разобравшись, человека жизни лишать! Ты же не «укроп»! Это они и своих, и чужих почем зря губят.

«Куда я попал?! – Балун готов был разрыдаться. – Где-то совсем рядом Катя, а эти бандиты играют в войну, сделав из меня игрушку. Какое они имеют право? Сейчас найдут куртку, увидят паспорт… Вот влип! Там я Чернявщук, а назвался Балушиным. Так и расстрелять могут!»

– А я с Боцманом согласна! – спокойно сказала Жанна. – Кстати, у меня в этот садик сестра ходила…

– Люди! – Балун умоляюще посмотрел на бородача, которого ополченцы называли Боцманом, потом на Герата и уставился в лицо Жанне: – Я не диверсант!

– Началось, – скривил рот Боцман.

– Точно вам говорю!

– Так чего тогда убегал? – раздался из-за спины голос.

– Мало того, оказал сопротивление, – нахмурила брови Жанна. – Козел!

– Я девушку свою нашел! Она в госпитале работает, – почувствовав, что ополченцы стали немного отходить, торопливо заговорил Балун. – Я ее в окно увидел. Она как раз туда шла. Катя зовут. Она студентка…

– Во заливает! – восхитился Боцман.

– Какая девушка? – покачал головой Герат. – Нашли время!

– Кого ты слушаешь? – Жанна вздрогнула от грохота разорвавшегося где-то за домом снаряда. – Он кроме своего Бандеры никого не любит!

Балун от такого заявления задохнулся.

– Признайся, обстрел твоих рук дело? – наседал Герат. – Небось ты корректировал стрельбу?

– Нет!

– Врешь! – Боцман насупил брови и стал надвигаться на Балуна.

– Я вчера из колонии бежал! – признался Балун.

– Ты? – округлили глаза ополченцы. – Зачем?

– К вам хочу!

– Во дает! – Герат ударил себя ладонью по бедру. – Ты, парень, наверное, что-то попутал. Мы не «укропы». Это они кого попало в строй ставят. У нас только добровольцы!

– Врет он все! – сделала вывод Жанна. – То девушку искал, то вдруг с зоны убежал…

– Точно говорю! Она в госпиталь шла, – стоял на своем Балун. – Как раз стрельба началась. Увидел и побежал…

– А давай проверим? – неожиданно предложила Жанна. – Где, говоришь, она шла?