Кровь на золоте - Борис Бабкин

— Разумеется, — засмеялась Елена. — Здесь мы жить не будем. Но уедем немного позже. Дня через два.

— Но ты понимаешь, что может получиться скандал? — попытался объяснить он. — Ты же…

— Вот что, милый, — уже раздраженно проговорила она. — Я сказала, что уедем дня через два. Может, даже позже. Ты просто старайся не попадаться на глаза своему брату. И тогда никакого скандала не будет.

— Я не понимаю тебя… — Вячеслав покачал головой. — Кричишь на парней. Вдруг решила остаться на неопределенное время.

— Я утром даже посуду после поминок перемыла, — усмехнулась Елена. — Ты же знаешь, я никогда ничего не делаю зря. Поэтому не мешай мне.

— Извините, — услышали они голос. — Там «жигуль» приехал. Мужик с бабой. Похоже, знакомые девки.

— Ну и что? — буркнул Вячеслав.

— Номер какой? — выглянула Елена.

— Пензенский, — сразу ответил подошедший к палатке парень.

— О чем говорили, — спросила она, — не слышали?

— Этот, в наколках, — сказал парень, — вышел, они ему велели сестру позвать. Она когда подошла, ее парень нарисовался. Они с ними и уехали.

— Ладно. — Елена махнула рукой, потеряв интерес к приехавшим. — Приготовьтесь, сейчас купаться поедем.

— Отлично, — осмотрев комнату, довольно улыбнулся Маршал. — А тебе как? — повернулся он к Ирине.

— Отлично — не то слово, — засмеялась она. — Окна в сад выходят. И баня есть. Ну, а ты где будешь? — Ирина посмотрела на стоявшего у двери Анатолия.

— Я, когда тепло, — смущенно ответил тот, — в сарае живу. У меня там здорово. И телевизор есть. Хотите…

— У меня есть идея, — неторопливо перебил его Маршал. — Ты нам, как гостям, уступаешь свое классное жилье.

— Правильно, — поддержала его Ирина. — Я давно мечтала пожить хотя бы пару дней в благоустроенном сарае, — весело добавила она.

— Но, — развел руками Толик, — по-моему…

— Слушай, — подвинувшись к нему, прошептал Маршал, — надеюсь, ты не откажешь моей жене? Парень растерянно посмотрел на Нику.

— И еще, ребята, — уже обоим сказал Маршал, — если кто будет спрашивать о нас, скажите, что мы к вам приехали. А то если узнают, что мы с Алексеем знакомы, — со смехом махнул он рукой, — такого наговорят, что спецназ явится.

— Леша! — заглянув в дверь дома, позвала Елена.

— Ну, — недовольно отозвался тот с кухни.

— Мы купаться едем. Не хотите?

— Нет, — кратко отказался он.

— Тогда подскажите, куда лучше поехать? — спросила она.

— А хрен его знает, — буркнул Белый.

— Вы не очень приветливы, — входя, укоризненно сказала Елена. — Я понимаю, со Славой у вас… — Замявшись, смущенно улыбнулась. — Ну, как это сказать, родственная неприязнь, что ли. Точнее, не неприязнь…

— Чего тебе?

Стоя у плитки, он помешивал начавший закипать чифир.

— Ну что же, — серьезно сказала Елена. — Только не торопись грубить. Я могу предложить тебе хорошо оплачиваемую работу в твоем вкусе.

— Что? — повернувшись, усмехнулся Белый. — Что ты можешь знать о моем вкусе? Вот ты… — по-мужски оценивающе осмотрел ее с головы до ног. — Как баба мне нравишься. И мордашка смазливая, и фигурка с ножками путем. Я бы тебя тыкнул. Хотя бы для того, чтобы у Славика лишние рога выросли. — Белый засмеялся.

— Знаешь, — улыбнулась она, — ты мне начинаешь нравиться. Значит, твое желание вполне осуществимо. Но сначала давай поговорим о деле. — Понизив голос, Елена шагнула к нему. — Я и на похороны вместе с Вячеславом приехала потому, что надеялась встретить тебя.

Прищурившись, он молча уставился на нее взглядом почуявшего кровь хищника.

— Я говорю вполне серьезно, — спокойно сказала Елена.

Она знала, что он ничего ей не сделает. Но, увидев его глаза, почувствовала страх и сделала шаг назад.

— Ладушки, — усмехнулся Белый, — я слушаю.

— Ты можешь приехать в Курск? — Елена старалась не смотреть ему в глаза.

— Зачем? — подозрительно спросил он.

— Там ты все узнаешь. Если согласишься, то все обсудим. Нет, — пожала она плечами, — расстанемся.

— Если начала, — нетерпеливо сказал Белый, — договаривай.

— Мы все обсудим в Курске, — повторила Елена. — Я уверена, что ты согласишься.

Она вышла.

«Вот сучка, — мотнул головой Белый. — Такую сразу не уделаешь. Надо перетаскивать». Услышав шипение, с коротким матом обернулся. Взял за ручку кружку, из которой на плитку выплескивался закипевший чай, быстро снял. Ухватившись обожженными пальцами за мочку уха, сморщился.

— Что за дело? — проворчал он. — Может, Бобр за Трофима предъявить хочет? Ништяк Маршал прикатил. Надо с ним перетереть.

— Что-то ты задержалась, — посмотрел на усевшуюся рядом на заднем сиденье жену Вячеслав.

— Чай пили, — фыркнула она со смехом, — чифирили.

Недовольно поморщившись, он промолчал.

— Куда ехать? — спросил сидевший рядом с водителем парень.

— В Чутановку, — буркнул Вячеслав. — Ну, в деревню, которую проезжали. Я знаю, что там купаются.

— Да, — вспомнила Елена, — мы же мост переезжали.

— Найдешь его. — Бобров положил лист бумаги перед Птицыным. — Просто найдешь, — повторил он. — И сообщишь мне.

— Я не люблю задавать вопросы, — вздохнул Геннадий, — но все-таки почему вы решили, что это он совершил налет на машину с деньгами?

— Делай, что я сказал, — недовольно проговорил Федор Матвеевич. — Мне он нужен. Птицын посмотрел на лист.

— Марков Артем, — прочитал он. Усмехнувшись, покачал головой. — Вы знаете, сколько в России Марковых? Артем, конечно, не распространенное имя, но, вполне возможно, человек пять-шесть наберется. Он сидел?

— Не знаю, — раздраженно ответил Бобров. — То, что он совершил налет, точно. Скажу даже больше — навел его Павлюк. Большего, к сожалению, узнать не удалось. Сердце у него слабое оказалось. Я думал, «афганец», — презрительно сплюнул он, — супермен. А он… — Пренебрежительно махнув рукой, усмехнулся.

— Как вы на него вышли? — заинтересовался Птицын.

— Его величество случай, — довольно улыбнулся Бобров. — Тут ко мне гости пожаловали. И так получилось, что они мне глаза открыли. Я и в мыслях не держал, что Павлюк как-то причастен к нападению, но он сам рассказал, назвал Маркова и умер, зараза.

— Тут только одна зацепка, — немного подумав, начал вслух рассуждать Птицын, — Эдик. Он с Валентином был в хороших отношениях. Их несколько раз видели вместе. Но Эдик на это не способен. Там работал умный…

— Эдик к налету никакого отношения не имеет, — сказал Яков Павлович. — Его счастье, что его Павлюк застрелил, — буркнул он. — Я бы с него шкуру снял.