Русские идут - Сергей Соболев

– Ага, – сказал кап-раз. – А вот и мой домкрат… Я его заберу, вы не против?

– Да, конечно. Берите, раз это ваша вещь.

– Мой, а то чей же! Можешь не сомневаться… – ветеран отнес домкрат в свой бокс… Спустя короткое время от порога вновь послышался его хрипловатый голос. – «Опелёк» мой совсем на ладан дышит… такой же древний, как и я! Кстати, Алексей… А ты из каких будешь?

– В каком смысле?

– В каких частях-подразделениях служил? Ты ведь из наших, кажется, из флотских?

– В морской пехоте служил. Последняя должность – замкомандира роты…

– В Казачьей? Или в Феодосии, в «Сатурне»?

– В Казачке. Под Феодосией наших, считайте, уже нет… одна только видимость. Я уже почти три года, как на гражданке.

– И что? Полигон «Опук» тоже отобрали?

«Вот же пристал… старый морской волк! – подосадовал про себя Коваль. – Видно, совсем не с кем старику поговорить…»

– Да вроде бы не отобрали, – сохраняя уважительный тон, сказал Коваль. – Но таких учений, как прежде, там давно не проводится.

– Хохлы совсем обнаглели! Особенно эти, нынешние… «оранжевые»! – ветеран, увидев нужную ему вещь на одной из полок, спросил. – Я могу взять вот этот комплект инструментов? Роман мне обещал.

– Раз обещал, значит – берите.

Коваль сам взял с полки компактный чемоданчик из ярко-красного пластика и передал его отставнику. Честно говоря, он надеялся, что тот сразу уйдет к себе в бокс… Но не тут-то было.

– Вот еще такой вопрос. А ваш приятель… и мой сосед… он что, на хохляцком флоте служил?

– Задорожный? – переспросил Коваль, удивленно приподняв бровь. – С чего вы взяли?

– Разве нет? А вообще здорово он на «мове» шпарит. Они тут приезжали втроем… Я у себя в гараже, как и сегодня, с электропроводкой возился… будь она неладна, эта старая развалюха!..

– Когда это было?

– Да вот… недели две или три назад! Я его с тех пор, кстати, тут больше и не видел.

– Так, так… – Коваль слегка опешил, но быстро взял себя в руки. – Ну, это, наверное, какие-то его знакомые были. Рома же вообще-то украинец по национальности… Кстати, у меня отец – чистокровный «хохол».

– Гм… – ветеран несколько смешался. – Среди украинцев есть много приличных людей.

– Я тоже так считаю, – усмехнулся Коваль. – А вот эти, его знакомые, которых вы тут видели… как они выглядели?

– Молодые парни, вот как ты, сынок. Я их, знаешь, особо и не разглядывал, оно мне надо? Но слышал, как они с Романом «балачки балакалы»… Говор у них, доложу тебе, западэнский…

– Как вы сказали? – переспросил Коваль.

– Я говорю, что они точно из бандеровского края! По молодости я в Трускавце не раз отдыхал, в том же Мукачеве… Да и во Львове бывал! Так что их галицийский диалект распознаю с ходу… не сомневайся! Наши хох… украинцы совсем иначе «балакают».

– А вы не видели, товарищ кап-раз, на каком транспорте они приехали и что отсюда взяли?

– Ну такой… микроавтобус синего цвета… марку я тебе не назову. Что взяли? Да вроде бы эти ваши… подводные причандалы. Они тут недолго совсем пробыли, не более четверти часа… А ты что, знаешь этих западэнских?

– Гм… А имена какие-нибудь называли?

– Да вроде бы нет. Хотя… Один из них сказал что-то вроде того, что не сегодня, так завтра должен приехать какой-то Мыкола…

– Мыкола?

– Да. И что именно он решит, нужен ли им еще и второй инструктор…

– А когда это было, товарищ кап-раз? Вы не могли бы вспомнить точную дату?

– В начале месяца, – после паузы сказал ветеран. – Числа второго… или даже – третьего! Ближе к вечеру. Да, точно… я уже собирался запирать гараж и идти домой. Ладно, сынок, пойду к себе, а то что-то я с тобой тут разболтался.

Когда Коваль остался в гараже один, он на какое-то время погрузился в глубокую задумчивость. Вот вылез наружу – благодаря словоохотливому «морскому волку» – какой-никакой кончик. Но в целом ситуация с исчезновением Ромы так и не проянислась..

Пока ясно одно: какие-то люди наняли Задорожного в качестве инструктора по дайвингу и местного «гида». Скорее всего, они не здешние, а приезжие. Возможно, выходцы из западной Украины. Сюда, в гаражи, они, по-видимому, наведались за подводным оборудованием. Если дед ничего не напутал с датами, то Задорожный и «заказчики» были здесь второго декабря под вечер. А на следующее утро, если попытаться точно восстановить хронологию событий, Роман, переночевав у себя дома, отправился в поездку. Кстати, за ним, согласно показаниям Лены, приезжал какой-то темного окраса микроавтобус…

Коваль проинспектировал стеллажи и пару металлических шкафов с оборудованием для дайвинга. Роман – он сам об этом рассказал – хранит здесь четыре надежных, хотя и б/у, комплекта, два из которых пригодны для работы в зимнее время. Нашелся только один гидрокостюм, пригодный для «всепогодного» дайвинга. Новенького итальянского комплекта «SKUBAPRO» здесь тоже не обнаружилось. Как и компактного импортного генератора для закачки в баллоны «нитрокса»…[16]

Коваль запер гараж. В голове у него воцарился полный сумбур. Что-то не вытанцовывается. Где логика, спрашивается? Если Задорожный не взял с собой паспорт, – ни внутренний, ни, тем более, загранпаспорт – а из документов у него при себе, по-видимому, лишь водительские права, то вряд ли в его планы входило куда-либо уезжать. В ту же Турцию, например… ну чего он там забыл, спрашивается?

А если он обретается где-то поблизости, а то и в самом городе, то какого хрена, хотелось бы знать, он все это затеял?

И что это еще за компания, с которой он так резко законтачил? Рома, он ведь не «нацик». Наоборот, он не раз довольно нелестно отзывался о «бендеровцах». Да и от самой «помаранчевой» революции был, мягко говоря, не в восторге. Задорожный, как и многие, кто проживает здесь, находясь постоянно как бы между украинской Сциллой и российской Харбидой, по натуре не «наш» и не «ихний».

Он – можно сказать и так – «ничей». То есть, старается жить своим умом и сугубо для себя и близких…

Когда Коваль уже сел в «девятку», намереваясь отправиться домой, в Казачку, и доложить женщинам о первых результатах своего расследования, его вдруг – «пробило».

Он вспомнил, что когда копался в документах Ромчика, ему среди прочих бумаг попалась на глаза визитка, оформленная в «желто-блакитной» цветовой гамме. На глянцевом квадратике, помнится, изображен вставший на дыбы лев с короной на голове и с трезубцем, зажатым в лапе… Так, так… А ведь это знакомое ему изображение… как же это он сразу не «допер»! Ну, конечно, он его видел… и не один раз!