Инцидент в Ле Бурже - Максим Шахов

Андре остановил машину в сорока метрах от гостиницы «Медуза», заглушил мотор и сказал:

— Ну вот, теперь твоя очередь, мсье Данилов! Вызывай сюда этого, как его там — Герострата, что ли?

— Ликостратов, — поправил Алексей, — Константин Данилыч. Хороший мужик, между прочим, а в душе мнит себя великим сыщиком.

— Так это нам на руку, если хороший, — согласился Андре. — Только нужно его сначала проинструктировать, чтобы он лишнего не натворил. Нам сыщики не нужны. Эпоха Шерлоков Холмсов давно миновала. Теперь у нас как на войне. А на войне главное что? Правильно — прятать голову, чтобы не отстрелили. Звони!

Данилов полез за телефоном и, включив его, обнаружил, что тот полностью разрядился. В суматохе он даже не удосужился проверить зарядку. Андре все понял, протянул ему свой мобильник и заметил с легким упреком:

— Вот видишь, Алексей, а ведь у тебя была целая ночь. Нужно быть собраннее! Я понимаю, что тебе досталось, но война, она без перерывов на обед идет. Не забывай о мелочах!

— Ладно, не сыпь мне соль на раны! — буркнул Данилов и принялся нажимать цифры на чужом телефоне, которые сложились наконец в номер Ликостратова.

Фотограф не отзывался довольно долго — видимо, подъем в такую рань был для него делом необычным и непосильным. Наконец в трубке щелкнуло, и заспанный голос, только отчасти похожий на голос Ликостратова, произнес:

— Слушаю, Ликостратов… Кто?! Данилов? Какого черта?.. В такую рань! Ты чего не спишь, Данилов?.. — Тут он начал просыпаться и заговорил более связно: — Стоп, Данилов! Я не понял! Ты куда опять пропал? Ты чего на звонки не отвечаешь? Тебе Самусевич сто раз звонил — недоступен и недоступен! Я за тебя отдуваться уже устал, Данилов! Опять что-то случилось?

— Не совсем, — сдержанно ответил Алексей, — но скоро случится. А на звонки я не отвечал, потому что у меня телефон разрядился. Только это сейчас неважно.

— А что важно? — насторожился Ликостратов. — Ты вообще где сейчас?

— Я вообще сейчас на улице, сижу в фургончике неподалеку от отеля. И ты должен сюда подойти. Прямо сейчас. Внимания особо к себе не привлекай, никому ничего не объясняй — просто подойди. Нужно поговорить. Срочно.

— Понял, — сказал Ликостратов. — Я заодно планшет захвачу. Такие снимочки вчера сделал — пальчики оближешь! Сиди там и никуда не уходи. Я мигом!

Минут через пять Ликостратов появился на улице, слегка растрепанный, слегка опухший, но уже бодрый и даже жизнерадостный. Он быстро вычислил фургон и влез в кабину, притиснув Данилова плечом.

— Здрасьте! — кивнул он Андре и закричал на Данилова: — Ты совсем офонарел, что ли? Прихожу, а тебя и след простыл! Мне что прикажешь думать? Опять к этим дуболомам бежать? Так они меня вообще уже на дух не переносят, как от зачумленного шарахаются! Надеюсь, тебя больше не похищали? — Он искоса посмотрел на Андре и многозначительно подмигнул.

— Нет-нет, — поспешил успокоить его Данилов. — Это мои друзья. Это…

— Без имен, пожалуйста, — остановил его Андре. — Так будет лучше для всех. Пускай я буду для твоего товарища Джек, а вот он, который в кузове, Джил. Помните стишок — Джек и Джил несли вдвоем воду из колодца?..

— Ну, и отлично! — с облегчением кивнул Ликостратов. — Раз у тебя все в порядке, то и отлично. А ты посмотри-ка, какой красавец наш самолет! Я вчера снял его во всех ракурсах… — Он сунул Данилову в руки планшетник и, включив его, с сожалением добавил: — Конечно, это не то что взлет заснять. Вот лайнер, эта сверкающая махина, оторвался от земли и пошел-пошел в небо, в синеву, с ревом и гулом, со свистом пошел! А? Вот это кадр! До мурашек пробирает! Но и в ангаре тоже впечатление производит — ты посмотри, посмотри!..

Алексей посмотрел. Действительно, «Экстра-Джет» производил впечатление. Было в его формах что-то величественное, мощное, внушающее почтение. И то, что подобная махина из прочного блестящего металла могла, точно птица, парить в воздухе, казалось настоящим волшебством даже Данилову, перевидавшему в жизни сотни самолетов и облетевшему едва ли не полмира.

Но Андре, кажется, остался абсолютно равнодушен к удачам российского авиастроения. Он лишь мельком взглянул на яркую картинку в планшете и веско заметил:

— После взрыва он будет выглядеть гораздо хуже, парни! Поэтому давайте-ка займемся делом, а не картинками. Только сначала я хочу перекинуться с твоим другом парой слов. Мсье Ликостратов, вы заинтересованы в счастливом исходе этой истории со взрывом самолета? Согласны помочь найти банду, которая все это затеяла? Вы сумеете в случае чего держать язык за зубами?

— На все вопросы мой ответ — да, — сердито ответил Ликостратов. — Я, между прочим, от этой банды пострадал больше других — мне раскололи дорогущий объектив!

— Сочувствую вам, — слегка улыбнулся Андре. — Правда, Алексей едва не расстался с жизнью, насколько мне помнится…

— Ну, это не в счет, — возмущенно заявил Ликостратов. — В этом смысле мы все тут рисковали. У меня вот шишка на затылке и два ребра слева ноют — сил нет! Сломал, наверное…

— Ну что ж, теперь я понимаю, что имею дело с настоящими мужчинами, — серьезно проговорил Андре. — Значит, договорились, да? Вы помогаете нам, мсье Ликостратов, а мы, Джек и Джил, помогаем вам и вообще всей великой России.

— Это здорово, — сдержанно заметил Ликостратов и забрал у Данилова планшет. — И что я должен делать?

Андре объяснил по-русски, что он должен делать, и Константин на какое-то время задумался.

— Тут вот какое дело, — заговорил он наконец. — Портье, который дал ключ вместо Данилова какому-то уроду, заступит на смену только сегодня. А этот, по-моему, ни при чем. По-моему, мы только зря потеряем время и поставим себя под удар.

— С чего-то надо начинать, — возразил Андре. — Что-то в этой «Медузе» нечисто. И началось все с этого портье. Он просил вас не обращаться в полицию, не слишком типичная просьба для законопослушного гражданина. В общем, ваше дело, мсье Ликостратов, тенью следовать за портье, проводить его от гостиницы до машины, а потом держать язык за зубами.

— А вы что будете делать? — с тревогой спросил Ликостратов.

— А мы идентифицируем его личность, войдем в контакт и познакомимся поближе, только и всего. Уверяю вас, все будет тип-топ. Ни одно животное не пострадает.

— Ладно, я сделаю то, о чем вы просите, — вздохнув, согласился Ликостратов. — А мне можно будет присутствовать при вашей беседе?

— А вот это ни к чему! — нахмурился Андре. — Во-первых, беседа будет вестись по-французски, с применением специфического сленга, и суть разговора все равно от вас ускользнет. А во-вторых, присутствуя при беседе, вы становитесь как бы соучастником со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями. Французская полиция считается самой грубой в мире, между прочим. Нет, не думаю, что вам следует присутствовать. Лучше продолжайте фотографировать красавец-лайнер. Но при этом внимательно поглядывайте по сторонам. Все необычное фиксируйте в памяти, а что доступно — и в памяти фотоаппарата тоже. Возможно, появятся новые лица. Вы меня понимаете?