Русский калибр (сборник) - Пётр Разуваев

Я уже успел принять душ и переодеться, но голова раскалывалась по-прежнему, и мысли мои блуждали очень далеко от Лары, крем-супа из свежих раков, лиможского фарфора и прочей ерунды. Однако девушка была удивительно упряма.

— Хочешь, я сделаю тебе массаж? — предложила она. — Сразу станет легче.

— Слушай, чего тебе от меня нужно? — уже в который раз задал я свой коронный вопрос.

Ответ Лары прозвучал не менее традиционно:

— Я хочу, чтобы ты сделал мне предложение, — твёрдо заявила она.

— Исчезни из моей жизни, — мгновенно сориентировался я.

Но девушка лишь досадливо отмахнулась.

— Другое предложение, Андре. Я хочу выйти за тебя замуж.

— Но я-то этого не хочу! — возмутился я.

Лара снисходительно улыбнулась. Покинув своё место и выйдя из-за стола, она стремительно обогнула его, подошла ко мне сзади и обняла за плечи.

— Это потому, что ты такой же глупый, как и все остальные мужчины, — прошептала она мне в ухо, нежно касаясь его губами. — Ты всё равно никогда не найдёшь для себя лучшей жены, чем я.

Почувствовав прикосновение её груди, я испуганно сжался. Эта девица пугала меня всё больше и больше. Вот и теперь мне показалось, что я — это не я, а маленький беспомощный мышонок, над которым уже нависла огромная хищная кошачья пасть. Вывернувшись из её неожиданно крепких рук, я выскочил из-за стола.

— Насколько я понял, ты наотрез отказываешься покинуть мою квартиру? — стараясь придать своему голосу невозмутимую холодность, спросил я.

Девушка мило улыбнулась.

— Я не могу оставить тебя, милый. Это было бы нехорошо с моей стороны. Кстати, у тебя, наверное, ещё не было времени подняться в спальню? Тогда ты будешь приятно удивлён, там тоже произошли некоторые изменения.

— Надеюсь, ты не превратила её в детскую? — подозрительно поинтересовался я.

Общая площадь спальни, раскинувшейся на весь верхний этаж, теоретически позволяла подобную реконструкцию, а от этой юной леди я уже готов был ожидать чего угодно. Прежде чем ответить, Лара ненадолго задумалась, обратив глаза к потолку и сморщив комическую гримаску.

— Интересная мысль, — заявила она после непродолжительной паузы. — Мне бы хотелось иметь от тебя детей. Трёх девочек и двух мальчиков.

— Всего получается — пять? — уточнил я со вздохом. — Ты наивное дитя, Лара Крофт. Раз уж ты не собираешься уходить, будь добра, принеси мне подушку в кабинет. Тамошний диванчик меня вполне устраивает.

— Ты сколько угодно можешь притворяться импотентом, — лукаво улыбнулась девушка. — Всё равно я тебе не верю. Фатима мне всё рассказала.

— Очень даже напрасно, — пробормотал я, поспешно выходя из кухни. Может, подкупить какого-нибудь врача? Пусть даст справку, что у меня там вообще ничего нет. Неужели она и тогда от меня не отстанет?

* * *

Закрыв за собой дверь кабинета, я рухнул в кресло, с облегчением переводя дух. Головная боль не проходила, но и не усиливалась, гулко пульсируя в распухшем от мыслей мозгу. Обычно в подобных случаях мне помогала техника медитации, давным-давно освоенная в буддийском монастыре близ Камакура, но сегодня не стоило даже пытаться. Всё равно ничего не получилось бы. Для многочасового сидения в дзадзен прежде всего нужно было избавиться от душевного смятения, изгнав из сознания всё лишнее, а как раз это не представлялось возможным. Лара, аль-Хауль, крем-суп, мать твою так… Зачем я просил её принести подушку? Всё равно же заснуть не смогу.

Потянувшись к нижнему ящику стола, я наугад нащупал там горлышко бутылки и вытянул её на свет. Скотч. «Macphail’s». Десять лет выдержки. Не бог весть что, конечно, но и день сегодня не праздничный. С хрустом скрутив пробку, сделал большой глоток. Жидкое тепло прокатилось по всему телу, сразу стало легче, и барабанная дробь в голове начала утихать. Ободрённый таким почином, я глотнул ещё пару раз и уже через несколько минут почувствовал себя гораздо лучше. Напиток «шотландских козопасов» влиял на мой организм гораздо эффективнее любых таблеток. Удовлетворённо хмыкнув, я закурил и достал из кармана телефон. Звонить Рихо не хотелось ужасно, но иного выхода у меня теперь не оставалось: Фатима скрылась, и отыскать её в таком огромном городе, как Париж, не имея практически никакой информации, было невозможно. В кармане пиджака лежал диск, полученный мною от Тани, но его я приберегал на сладкое, а от Рихо рассчитывал получить что-нибудь из «горячих блюд». Нельзя же всё время питаться одним мороженым?

— Месье Эвер? — вежливо поинтересовался я, когда он ответил. — Как ты себя чувствуешь, подлец? Надеюсь, ноги тебе уже отрезали?

— О, Андре! — обрадовался Рихо. — Ещё не в постели? Слушай, ты очень удачно позвонил, я тут как раз поспорил с одним придурком. Изучили с ним все сегодняшние газеты, но так и не разобрали: что за зверюга выколота на… гм… словом, между ног у твоей невесты? Он утверждает — дельфин, а я же ясно вижу — типичный утконос. Подскажи, а?

— Землеройка, — буркнул я.

— Эй, Эйно! — заорал эстонец, обращаясь к кому-то, кто находился недалеко от него. — Я же говорил, что у неё на… утконос выколот! С тебя две бутылки скотча!

— Тебе бы не ноги, а яйца отрезать, чурка нерусская! — возмутился я. — Что же ты людей обманываешь?

— Это не люди, это — подчинённые, — довольно засмеялся Рихо. — А что касается ног, то с ними всё в порядке, скоро бегать буду. Кстати, прими наши поздравления. У меня и подарок для тебя есть, один профессор специализируется на титановых имплантатах в мужской член. Вот такой поршень получается! Я тебя к нему записал, имей в виду. Ты теперь — молодожён, сам понимаешь…

— Доберусь я до тебя, — пообещал я, — погоди, вот с делами закончу…

— Когда? — быстро спросил Эвер, отбрасывая шутливый тон.

— Скоро. Ты в клинике?

— Был. Два дня. Некогда, работы много. Теперь у меня на службе не кабинет, а палата, вот и вся разница.

— Сегодня застрелили Абдаллаха, — тихо сказал я. — На улице.

— Знаю, — помедлив, ответил эстонец, и мне показалось, что это был уже совсем другой человек.

— А я знаю о… Дмитриеве, — почему-то эти слова дались мне с трудом.

— Не надо, — тихо попросил эстонец. — Не напоминай. Чем я могу тебе помочь?

— Информацией. Мне нужен выход на ливийцев.

— Запоминай, — без паузы ответил Рихо. — Мухаммед ар-Рауи. Общественный центр Ливии в Париже. Проживает: Avenue Peupliers, 2-12. Это резидент Национального Бюро во Франции. Официальное лицо, чисто представительские функции, но вся информация идёт через него. Что ещё?

— Майор Эрню. Заместитель директора Главного управления внутренней безопасности. Работает на американцев. Нужно вывести его из игры — срочно.

— Без проблем. Считай, что он уже кормит пингвинов на далёком полюсе. Ещё?