Сначала я убью свой страх - Кирилл Казанцев

Армавирский достал из бара две пузатых рюмки и плеснул в них до половины коньяка «Арин Берд».

– Знаю, ты не пьешь, но этот коньяк стоит попробовать. Настоящий, двадцать пять лет выдержки! Выпьем за то, чтобы и дальше везло.

Армавирский лихо опрокинул рюмку в рот, а Денис пригубил немного, чтобы почувствовать вкус напитка. Коньяк он любил и иногда позволял себе рюмку-другую.

– Ты многих в этом городе избавил от головной боли. И не прикидывайся дурачком. Я не я, и мокруха не моя! – Геня жестом остановил Дениса, пытавшегося что-то возразить. – Не нужно из себя целку строить! Все знают, что это твоя работа, и ты знаешь, что все знают. Вопрос теперь в другом…

– Какой вопрос?

– Сейчас начнут делить хозяйство Черепа. Многие говорят о том, что ты будешь метить на его место, – не верят, что весь кипеж из-за бабы. Вот я и хочу знать, что у тебя на уме? Хочешь заделаться блатным корешем или так и останешься фраером? Толковый человек в нашем деле – большая редкость. Не с кем работать. Почему бы тебе не взять Новореченск и не навести там порядок? Вымести всю шваль, беспредельщиков и поставить работу на цивилизованном уровне. Я не предлагаю тебе денег, я предлагаю возможность приложить свои способности в реальном деле. Многие готовы тебя поддержать.

– Не хочу вас разочаровывать, Евгений Петрович, но я предпочитаю оставаться самим собой. Нет у меня тяги добывать ценности насильственным путем, а значит, не гожусь я для этого дела. Но в этом и мой плюс. Когда у вас возникла проблема, вы пришли ко мне, и я ее решил. Мне доверяют деньги ваши коллеги, потому что знают, что я на них не позарюсь, что буду защищать их имущество во что бы то ни стало. Кто-то же должен этим заниматься! Многие вещи лучше доверить мне, чем бритым пацанам, и вы прекрасно это понимаете!

– Я знал, что ты так ответишь, но хотел проверить. Хоть ты и фраер, но – уважаю. Денег, как я уже сказал, никому не даю, зато и с тебя ничего не возьму. Кроме твоих забав, занимаешься каким-нибудь бизнесом? Обменники не в счет.

– Мои дела ведет Глушко, фирма «ЭкспоТек».

– С сегодняшнего дня он мзду не платит. Кто его крышует?

– Седой.

– Хорошо, я ему скажу, что «ЭкспоТек» переходит под меня. Но ты мне должен помочь!

– В чем? Вы мой профиль знаете.

– Есть в Нижнедонске какой-то крот. Он роет под нас, откусывает от общака, а поймать его не удается. Он, похоже, вел Черепа. Выбрал его как самого безбашенного и натравил на нас, помогая ему информацией и ликвидацией ключевых фигур. Он как абрек – не сеет, не пашет, а хочет всего добиться снайперской винтовкой. Не смотри на меня так. Знаю, что хочешь сказать. Но ты не прав. Помнишь, два года назад, когда меня поставили сюда «смотрящим», какой бардак в городе был? Каждый день перестрелки, убийства. А теперь? Отменить братков мы не можем, а вот заставить их жить хотя бы по понятиям – в этом моя задача. Менты не могут, прокуратура не может, а я могу! Но мне не нужны бесконтрольные вольные стрелки. Разыщи их!

– Я попытаюсь.

– Попытайся, попытайся. – Армавирский встал. – Ладно, иди, забирай свою кралю из казино. Откуда ты взял такую?

– Выкрал у одного грузина. Серьезно.

– Ну-ну. Вот мой личный номер. – Армавирский протянул визитку клуба с написанным от руки номером. – Будет что интересное, звони.

Денис нашел Наташу у стола рулетки. Она сидела, подперев кулачками подбородок, и зачарованно следила за движением шарика.

– Семнадцать, красное! – объявил крупье и пододвинул к ней стопку розовых фишек. – Ваш выигрыш, мадам.

Денис подошел к ней сзади и положил руки на ее обнаженные плечи. Она даже не шелохнулась, будто именно этого и ждала в данный момент.

– Смотри, Дэн, я уже выиграла три тысячи!

– Пойдем, ужин уже принесли, – прошептал он ей на ухо.

– Подожди, я еще сыграю!

– Он хотел, чтобы ты выиграла деньги, а не разорила казино. Ты проиграешь!

– Нужны мне эти деньги! Я просто проверяю степень своей дурости, ведь дуракам везет.

– Но ты не дурочка, поэтому проиграешь.

– Сейчас и проверим. – Наташа придвинула крупье все свои фишки. – На зеро!

Пока вертелась рулетка, она, запрокинув голову, смотрела на Дениса, прося взглядом поцелуя.

– Ты проиграла, – сказал он и чуть коснулся губами ее губ. – Пойдем.

– Ты никогда не рассказывал об этом таинственном Евгении Петровиче. Кто он? – спросила Наташа, когда они спускались в ресторан.

– Зовут его Геня Армавирский. Он вор в законе старой формации, «смотрящий» по Нижнедонску.

– Куда смотрящий? Зачем?

– Просто смотрящий. В некотором роде чиновник, региональный начальник, управляющий Северокавказским филиалом.

– Филиалом чего?

– Ну не прикидывайся дурочкой! Мы только что выяснили, что ты умненькая.

– Ладно, догадалась.

– Что-то ты грустная. Неужто запала на него?

– А что такого? Красота и порок притягивают друг друга. Только я еще не выяснила, что первично – порочность красоты или красота порока.

– Думаю, это составляющие одного целого.

– Да, а этот Евгений Петрович по-своему красив в своем пороке. Есть в нем какая-то харизма.

– Естественно, чтобы выживать, он должен обладать звериным чутьем, хладнокровием, определенной мудростью и знанием людей, должен быть стремительным и безоглядно жестоким.

– По-моему, это твой портрет.

– Отчасти. Цели и методы у нас разные.

Они подошли к своему столу, Денис отодвинул стул, помог ей сесть, обошел стол и сел напротив. Наташа пристально смотрела на него, будто пыталась прочесть его мысли.

– Я вижу, тебе это не нравится.

– Что?

– То, что он мне приглянулся.

– Я ведь не давал оценок и не высказывал своего мнения. Ты уже взрослая девочка и имеешь право гробить свою жизнь всеми доступными способами. Но я не хочу, чтобы с тобой приключилось несчастье.

– Несчастье может приключиться и с обывателем, делающим все по инструкции. Самое страшное, что со мной может произойти, это то, что со мной вообще перестанет что-то происходить. Серость и пустота жизни прикончат меня раньше, чем мои авантюры.

– Согласен. Зная тебя… Хочешь, я пойду к нему и скажу, чтобы он тебя пригласил?

– Куда?

– Да не все ли равно! В свою жизнь…

– Нет. Пусть все идет своим чередом.

– Тогда давай поедим, а то я что-то проголодался.

На следующий день Денис с самого утра занялся офисом. Он направил туда Лану, наказав ей прибрать все документы и подготовить помещение к ремонту, а сам поехал к Толику Глушко, чтобы сообщить ему о снятии с него расходов на крышу и поговорить обо всем, что произошло в эти дни. Толик ураганом прошелся своими суждениями по делам, которые Денис «успел натворить» за время его отсутствия.