Сначала я убью свой страх - Кирилл Казанцев

Денис вернул трубку Наташе и вытянулся на диване. Она скользнула под плед и быстрыми пальцами стала расстегивать на нем рубашку.

– Подожди, киса, мне нужно в душ, а то я козлом воняю!

– Нет, я хочу тебя таким немытым мужиком, с запахом пота и смерти.

– Не говори глупостей! Какой смерти?

– Мне уже с утра трое позвонили, рассказывали о перестрелке в какой-то станице под Новореченском. Там завалили двух крупных авторитетов. Это ведь твоих рук дело?

– Наташка! О таких вещах не спрашивают, а если и спрашивают, то не получают ответа…

– А мне все равно! Я ведь чувствую в тебе что-то звериное, первобытное. Вчера этого не было. Возьми меня прямо сейчас!

Денис почувствовал, что она уже справилась с его одеждой и теперь принялась за свой пеньюар. Ее прикосновения будоражили, поднимая из глубин подсознания какую-то темную силу, требующую выхода, а обнаженное тело обжигало таким импульсом желания, что он тут же перевернул ее на спину и с силой вошел в нее. Наташа застонала, выгнулась ему навстречу и, обхватив ногами его талию, заиграла бедрами. Он подхватил ритм ее движений, проникая в нее все глубже, будто пытался насквозь проткнуть это тонкое беззащитное тело. Теряя нить реальности, заблудившись где-то во времени и пространстве, он чувствовал, как скопившаяся в нем черная энергия перетекает в нее, трансформируясь в пульсирующее свечение. Так продолжалось до тех пор, пока не взорвалось у него внутри, после чего его опутала какая-то легкость, похожая на эйфорию. Наташа вскрикнула, последний раз бросившись ему навстречу, и упала без сил, придавленная его безвольно обвисшим телом.

Они долго лежали, тяжело дыша и постепенно приходя в себя.

– Ты жива, Наташка? Что это было? – повернулся к ней Денис всем телом.

– Не знаю. Меня будто прожгло насквозь. Я, по-моему, даже отключилась.

– Я тоже. Такое впечатление, будто я парю, такая легкость во всем теле.

– Это ты исповедался богине любви, все твои грехи ушли через меня в землю.

– Занятная трактовка. А с другой стороны, в этом что-то есть. Но теперь-то мне позволено будет помыться?

– Иди. Я получила, что хотела. Только кто бы подсказал, что с этим делать?

Приняв душ, они плотно поели, со зверским аппетитом истребив неимоверное количество съестного, а потом наперегонки бросились в спальню, чтобы упасть в кровать и проспать до самого вечера.

В «ПосейДон» они выбрались только к девяти вечера, разминувшись с Глушко на целый час, за что Денису пришлось выслушать от Толика всю правду о себе, о Наташе и всех родственниках до десятого колена. Наташа была необычно задумчива и даже грустна, и Денису пришлось приложить всю силу своего обаяния, чтобы хоть немного развеселить ее. Этому помогла и бутылка «Цимлянского игристого», которую они выпили, пока ждали ужина.

– Знаешь, Дэн, сегодня мне стало по-настоящему страшно.

– Почему? По-моему, все налаживается. Мы молоды, чертовски привлекательны и почти все в шоколаде!

– Тебе все шуточки, а у меня нет на свете человека ближе тебя, и сегодня я почувствовала, что могла тебя потерять. Не возражай! Я знаю, куда ты уезжал и зачем. Знаю, что тебя могли убить…

– Но ведь не убили же! И вообще, мурлыка, не стоит мучить себя сослагательным наклонением и прочей беллетристикой. Сегодня все хорошо, и на завтра прогноз удовлетворительный.

– Но ведь ты не бросишь своих экстремальных наклонностей! Зачем нужно было вступаться за эту чувырлу? Пусть бы ее папик отдувался!

– А зачем я брал приступом дом Теймураза? Я ведь тогда даже не был знаком с тобой!

– Она хоть красивая?

– Очень похожа на мою несчастную любовь – Аллу.

– Тогда понятно. Рыцаря подцепили на фетише!

– Может, и так. Кстати, если хочешь посмотреть на нее, она сидит за столиком под фикусом, и папик при ней.

Денис давно заметил Гогена и Дашу и, увидев, что они смотрят в его сторону, помахал рукой и отвесил поклон.

– Там их две и два папика.

– Брюнетка. А муж – тот, кто посолиднее. Второй – директор химзавода с подругой.

– Теперь ясно. Ты на нее запал, да и она, кажется, косит в твою сторону.

– Бывает. – Денис встал из-за стола. – Я на минутку, только поздороваюсь.

– А, Денис Владимирович! – Черемин встал ему навстречу и протянул руку. – Вот, Дима, это и есть тот самый Денис!

– Петрикин Дмитрий Александрович. – Одутловатое лицо химического воротилы расплылось в довольно неприятной улыбочке, в которой можно было прочесть все что угодно, кроме приязни. – Большое вам спасибо за наших девочек. Присядете с нами?

– Спасибо, я не один.

– Да, мы обратили внимание на вашу диву. У вас отменный вкус. И, кажется, на нее покушается личность, как две капли воды похожая на хозяина этого заведения. – Черемин кивнул в сторону его столика.

– Тем более мне пора. – Денис скосил взгляд на Дашу, сидевшую, как каменная статуя. – Игорь Федорович, я хотел бы вернуться к тому делу, о котором вы говорили в прошлый раз. Если не передумали, я готов.

– Прекрасно. Завтра в четыре у меня. Устроит?

– Вполне. Было приятно познакомиться, Дмитрий Александрович. Я пойду, а то Даша и Маша заскучали без своих кавалеров. Всего хорошего. – И Денис вернулся к своему столику, где действительно мило беседовал с Наташей Геня Армавирский.

– Здравствуйте, Евгений Петрович! Не ожидал вас увидеть в зале.

– Ты прав, я выхожу только к ВИП-клиентам. Да и я, грешным делом, не ждал твоего скорого появления. – Армавирский многозначительно взглянул на Дениса. – Я познакомился с твоей чаровницей. Ты не против?

– Говорят, мы живем в свободной стране.

– А ты разве сомневаешься? Любая страна станет свободной, если заплатишь за эту свободу нужную цену. – Геня повернулся к Наташе. – А вы как считаете, Наташенька?

– Я считаю в столбик. Думаю, свобода не продается, но платить за нее приходится.

– Это готовый афоризм, поздравляю! – Армавирский достал из кармана «Паркер», взял салфетку, вывел на ней число «1000» и расписался. – Вынужден просить у вас разрешения украсть вашего кавалера ненадолго. А чтобы вы не скучали, поднимитесь вон по тому эскалатору в казино и поиграйте немного. Эту салфетку отдайте крупье, он знает, что делать. Идет?

– Почему бы и нет. Это интересно! Никогда не играла в казино!

– Вот и прекрасно! Пойдем, Денис, ко мне в офис ненадолго. А потом вам подадут ужин. Я позволил себе несколько скорректировать ваш заказ, включив фирменные блюда. Думаю, вы отдадите им должное.

– Поздравляю с успешным разрешением твоих проблем.

– Да, повезло, что они еще кому-то насолили.