Честь в огне не горит - Александр Тамоников

– О чем говорят?

– О том, что погода сегодня хреновая.

– Старший в этой компании проявляется?

– Да, пожалуй, один из присутствующих в доме явно командует остальными. Но в его командах ничего интересного для нас. Приказал некоему Сергею готовить завтрак, Степану набрать из колодца воды в бак. Всем надеть маски.

– По идее, старшим должен быть вернувшийся к родным пенатам Жорик, а его квартирантами – те мужики, что приехали с ним выбирать участки. Но вот что эти скупщики делают в районе сейчас, когда ни о каких сделках не может быть и речи?

– Может, выжидают? – предположил Самойлов.

– Чего?

– Пожары рано или поздно закончатся. Наступит осень, спадет жара, польют дожди, и тогда у погорельцев можно будет скупить землю за гроши.

– Почему не выждать этот период где-нибудь в другом месте? Там, где более комфортно?

– Боятся, наверное, упустить самый выгодный момент. Когда прекратится это огненное безумие, таких скупщиков здесь появится много. Неизвестно, что будет принято на уровне правительства – станут ли людям платить компенсацию за утраченное имущество, давать квартиры в городе или восстанавливать сгоревшие деревни…

– Что ж, Сережа, возможно, ты и прав. Но тогда вся наша нынешняя работа бесполезна. Нам надо найти банду Дробуса, а мы зацепились за обычных спекулянтов…

– Извините, товарищ полковник, – сказал неожиданно Самойлов, – айн момент…

– Что такое?

– Сейчас… – поднял указательный палец Самойлов. Через минуту он взглянул на Тимохина: – Старший разговаривал по телефону с Гординцом.

– Вот как? И о чем же они говорили? Кто кого вызвал на связь?

– Гординец. О чем говорил управляющий, аппаратура не уловила, а вот Жорик – если считать, что это он общается с управляющим пансионатом, – переспросил: «Это точно, что огнетушители поступят в среду?» Управляющий, я так понимаю по реакции Жорика, ответил, что точно и что сбоя не будет. Он еще что-то говорил. Жорик ответил «хорошо» – и выключил телефон.

– Так! Нужна распечатка этих переговоров. – Тимохин достал сотовый телефон, вызвал Крымова.

– Да, Саня?

– Только что старший в доме четырнадцать по Луговой разговаривал по сотовому телефону с Гординцом. В разговоре упоминались огнетушители. Мы засекли только слова человека в доме. Хотелось бы иметь распечатку этого разговора.

– Попытаюсь сделать. Что еще узнали в поселке?

– Да ничего особенного…

– Плохо! Мне через час выходить на связь с Феофановым.

– За час многое может измениться. Что у Соловьева?

– Тоже ничего. Пусто! Может, банда все же ушла из поселка?

– Все возможно, Крым.

– Но кого-то Дробус по-любому должен был здесь оставить – принять зажигательные шашки.

– Должен, только как выйти на этого ублюдка? Не знаю… Стоп, Крым! Из дома вышел мужик… так, прошел к калитке, смотрит на нашу машину…

– Срисуйте его!

– Самойлов уже снимает его камерой. Мужик пошел обратно. Вошел в дом.

– Фото мне на компьютер!

– Высылаем. Конец связи! – Тимохин обратился к офицеру радиоэлектронной разведки: – Кадры съемки, где видна физиономия мужика, немедленно переслать Крымову!

Самойлов отправил снимки на компьютер начальника отдела спецмероприятий. Вновь надел наушники. Вскоре сказал:

– В доме прекратились разговоры.

– Что, вообще тишина?

– Только звуки перемещения.

– А не уйдут они в рощу?

– Мы узнаем об этом.

– Узнать-то узнаем, но утеряем контроль.

– Далеко ли они уйдут пешком, товарищ полковник? В такой-то смог?

– Если это люди Дробуса, у них могут быть кислородные баллоны. Даже наверняка есть – ведь банде приходится работать в условиях задымленности местности… – Тимохин вновь вызвал Крымова: – Крым! Получил снимки?

– Получил, отправил на идентификацию в аналитический отдел управления. Возможно, это что-то даст.

– Интересно, что после того, как мужик, выходивший на улицу, вернулся, в доме прекратились всякие разговоры.

– Считаешь, что он заподозрил что-то неладное?

– Не знаю… Если они попытаются покинуть дом, мы это услышим, а чтобы не утерять контроль, я сейчас отправлю в рощу одного из своих «лаборантов». А ты подгони к ней «УАЗ» с Бирюковым, на всякий случай…

– Хорошо! Как Бирюков выйдет к роще, он свяжется с тобой.

– Добро! – Тимохин переключился на обследовавшего восточную часть улицы капитана Кима: – Леня!

– Да, командир!

– Что у тебя?

– А что может быть у меня? Хожу, как придурок, с «прибором» туда-сюда, делаю вид, что занимаюсь чем-то очень важным.

– Кислород применяешь?

– Приходится… Но, как ты говорил, в проулках, где нет посторонних глаз.

– Ты вот что, пройди-ка улицу и выйди к окраине рощи так, чтобы взять под контроль пути отхода от участков домов вплоть до магазина. Сам же не светись. Как выйдешь, доклад мне! К роще по дороге на Горовку выйдет «УАЗ» с Бирюковым. Он встанет недалеко от тебя. Контакт с ним по моей команде. Как понял?

– Понял! Выдвигаюсь к роще!

Переговорив с Кимом, Тимохин набрал номер своего заместителя по группе майора Гарина:

– Витя, я отправил Кима к роще, так что подойди ближе к магазину и имитируй работу там!

– Принял, выполняю!

Через пятнадцать минут, в 9.20, телефон Тимохина издал приглушенный сигнал вызова.

– Да, Леня!

– Я на позиции.

– Тыловые заборы видишь?

– Так точно.

– Где устроился?

– За приличных размеров кустом шиповника. Здесь подышу вдоволь кислородом.

– Не забывай о том, для чего пришел в рощу.

– Помню, помню… Отбой!

Командир группы «Орион», бросив телефон в карман куртки, дотронулся до плеча сидевшего перед пультом в наушниках старшего лейтенанта Самойлова:

– Что в доме?

– Тихо. В смысле, никто ни о чем не разговаривает, но люди остаются в доме.

Тимохин кивнул. Самойлов продолжил наблюдение.

В 9.40 на связь вышел прапорщик Бирюков и доложил о том, что находится на обочине напротив рощи. Александр передал ему приказ ждать дополнительной команды.

А в 10.00 пришлось менять дислокацию. Долго на одном месте держать «Газель» нельзя, дабы не вызвать подозрения у противника, который мог находиться рядом. Машина отъехала на западную окраину улицы, и контроль за домом перешел к майору Гарину и капитану Киму. Временно спецы лишились возможности слушать дом номер четырнадцать, но и рисковать они не могли. Ветер постепенно усилился и немного изменил направление на запад, что облегчило работу офицерам боевых групп. На улице появились и местные жители. Они уже не обращали внимания ни на «Газель», ни на Гарина, продолжавшего ходить по улице. Казалось, весь день пройдет в этой бесполезной игре. Но, как это нередко бывало на боевых выходах спецов ГУБТ, обстановка изменилась неожиданно. И кардинально.