Майор Ветров - Николай Чергинец

— Кнопка «два» — связь со мной, «три» — дежурный оперотдела КГБ, «четыре» — это связь с генерал-полковником Борюжевым, «семь» — с генерал-лейтенантом Ветровым. Кстати, он не родственник тебе?

— Фамилия у меня распространенная, — неопределенно ответил Роман.

— Это так. Наши ветераны помнят опера Ветрова, о нем в Беларуси добрая память сохранилась. Сыщик от Бога. И еще, мне приказано спросить у тебя: телефонный аппарат, по которому ты мог поддерживать связь с неким Багдасаровым, у тебя сохранился?

— Да, мобильник в кейсе.

— Просили, чтобы ты его держал включенным. По нему с тобой может связаться Багдасаров или даже Хакким. Остальное, как мне сказали, ты знаешь.

— Понял, — кивнул головой Роман и спросил: — Слушай, а что мне делать, если они решат совершить нападение на эти коттеджи?

— Запрети. Мне передали для тебя деньги. На, возьми, здесь сорок тысяч долларов и двадцать миллионов белорусских рублей, это чуть менее десяти тысяч долларов. Обменный пункт — рядом с гостиницей в помещении отделения Беларусьбанка. Там наши люди. В случае чего, ссылайся на заведующую, к которой ты обратился, потому что надо было обменять на белорусские рубли большую сумму. Имей в виду, что нам неизвестно, где Комаров и его дружки хранят груз, который был получен в Зареченске. Это очень важно, так как неизвестно, как груз охраняется. Сам знаешь, более шестисот килограммов опаснейшего вещества — это не менее атомной бомбы!

— Хорошо, я завтра попытаюсь вынудить их показать, где и как они хранят груз.

— В случае чего звони в любое время суток.

— Хорошо. Я чувствую, у Комарова здесь все схвачено…

— Это не так. Комаров — обыкновенное хвастливое трепло. Малообразованный, завистливый, постоянно рвущийся к признанию. Местные афганцы его давно раскусили и держат на расстоянии. Действует он горлом и жалобами по всякому поводу. В общем-то, по нему и по Сиватину давно камера плачет. Они — два сапога пара. Жулики и воры. Прокуратура и милиция просто не хотят с г… связываться. Вот и живут эти пауки, никому не нужные, но наглые и самоуверенные. В общем, мразь в тандеме!

— Ну их! Ты скажи, этот номер будет твоим, пока я здесь?

— Да. Он снят для участника конференции, он — перед тобой! Сам я в центральном аппарате, в Минске работаю. Меня здесь никто не знает. Ну что, браток, иди отдыхай. Завтра у тебя день тяжелый.

Прежде чем распрощаться, Роман сообщил Сухареву о двоих террористах, которые разыскиваются российскими спецслужбами, и пояснил:

— Хакким дал их координаты Игнатову и поручил по прибытии в Минск связаться с ними и передать письмо. Игнатов не успел связаться с ними, поэтому письмо отдал мне и просил разыскать их. Письмо мы вскрыли, в нем Хакким приказывает этим террористам работать с Игнатовым. Поэтому принято решение эту парочку обезвредить. Передай своему начальству, пусть примут необходимые меры.

— Хорошо, будет сделано. Я сообщу сегодня же, — и они распрощались.

Спал Роман хорошо, утром почувствовал себя отдохнувшим и бодрым. Он побрился. Внизу на первом этаже был буфет. Там и позавтракал. Вскоре появились Комаров и Сиватин, предложили позавтракать. Объяснив дружкам, что он сыт, Роман прямо в номере завел разговор о главном:

— Так, мужики, я хочу посмотреть, где и как хранится груз.

— Нет проблем, — тут же ответил Комаров, — если хочешь, можем поехать, здесь недалеко.

— Давайте посмотрим.

Они сели в джип и направились в юго-восточную часть города, выехали в пригородную зону, пересекли несколько железнодорожных путей, предназначенных для подъезда грузовых поездов к промышленным объектам, и вскоре оказались перед металлическими решетчатыми воротами, возле которых никого не было. Комаров вышел из машины, достал ключ и открыл створки ворот.

Они оказались на достаточно большой территории, огороженной металлической сеткой. В дальнем углу стояли две цистерны из-под бензина, валялось несколько бочек, слева стоял большой арочный ангар. К нему и двинулся Комаров, увлекая за собой остальных. Он достал из кармана другой ключ, и они оказались внутри. Справа в металлической перегородке виднелась довольно широкая дверь. Комаров отомкнул висевший на двух дужках замок. Внутри на досках стояли коробки. Роман подошел и деловито пересчитал.

— Тридцать две, все на месте, — удовлетворенно произнес он и спросил: — Мужики, а вы не рискуете, оставляя груз без охраны?

— Не боись! — хвастливо бросил Комаров. — Здесь мы хозяева. Нас весь город знает. Никто не посмеет, чуют, что тогда дело придется иметь со мной!

— Мы сами сюда частенько наведываемся, контролируем, — добавил Сиватин.

У Романа засосало под ложечкой. Он с тревогой подумал: «Вот сволочи, какому риску подвергают людей! Надо что-то придумать. Не дай Бог, влезет сюда кто-либо. Коробки наверняка вскроет, если не унесет. Нетрудно догадаться, что произойдет после…»

— Это хреново, что охраны нет. Вас предупреждали, что это за товар?

— Говорили, что открывать коробки нельзя, что это опасно, — ответил Комаров.

— Надо парочку надежных ребят найти. Я заплачу им, пусть подежурят. Причем не в ангаре.

— Нет проблем, — поспешно заявил Комаров, — в машине могут дежурить. У нас же есть еще пару джипов и микроавтобус. Скажи только, на какую сумму можно рассчитывать, я двоих парней найду.

— По пятьдесят баксов за ночь.

— На двоих?

— Каждому.

— Хорошо, один из них будет мой сын. Так что не волнуйся.

— Их внутрь ангара не пускать!

— Хорошо. С сегодняшнего вечера они приступят.

Обратно ехали молча. Ветров понимал, что с этими отморозками лучше поддерживать разговор, и первым нарушил молчание.

— Мужики, нам предстоит большое дело. Поэтому надо на время прекратить нападения на коттеджи и замереть. Когда поступит команда, приступим к настоящему делу, за выполнение которого получите не менее чем по миллиону баксов.

— Ого! — почти одновременно воскликнули Сиватин и Комаров.

— Да-да, заплатят очень хорошо. У вас появится возможность зажить красиво, как говорится, душу отвести.

— Обязательно на Канары съезжу, — мечтательно произнес Сиватин. — Возьму бабу, есть у меня одна, ей только через месяц восемнадцать исполнится.

— Когда исполнится, тогда и поедешь, — со знанием дела проговорил Комаров и добавил: — Тебя же с малолеткой без родителей никто не пустит.

Он обратился к Роману:

— Серега, ты посмотри на эту куклу! Витек иногда привозит ее ко мне. Телеса что надо. Не верится, что она еще несовершеннолетняя.

Комаров вдруг сменил тему:

— Ну что, в ресторан?

Роман решил не противиться, и вскоре они оказались в том же ресторане, где были накануне, в том же отдельном зальчике. Только официантка была другой. Тоже молодая симпатичная девушка, но чувствовалось, что Комаров не был с ней знаком. Заказали разную закуску, шашлык, бутылку коньяка…