Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

Прыжком встал на ноги и замер.

— Крутой, — усмехнулся сидевший на диване Араб. — Зачем парней изуродовал? Они же пацаны еще, жизни не видели, а ты… Тебе повезло, — поднимаясь, усмехнулся он, — что я не их папа. Да закройте вы ему пасть! — услышав громкие стоны парня со сломанной ногой, крикнул он.

— Ты точно не их папа, — усмехнулся и Илья.

— Короче, вот что, приятель. — Он подошел к лежавшей на кровати связанной молодой женщине, ее рот был заклеен скотчем. — Выбор за тобой. Я спрашиваю один раз. Если ответ неверный, ей будет больно. Если не ответишь ни разу правильно, — вздохнув, вытащил из кармана опасную бритву, — я превращу это хорошенькое личико в персонаж ужастиков. Начнем?

Сидевший рядом с задергавшейся при виде Ильи женщиной Смит слегка покрутил стволом приставленного к ее виску пистолета.

— Где сын? — спросил Илья.

— В ванной, пока живой. Но если на тебя не подействует попорченное личико твоей супруги, мы начнем медленно топить парнишку. Если захочешь умереть, — увидев яростный взгляд Ильи, добавил Араб, — с ними будет то же. У нас это запрограммировано. Итак, начнем, — усмехнулся он. — Кто такой полковник? Его имя Артур.

— Не знаю, — покачал головой Илья. — Гад буду, не знаю. — Дернувшись вперед, замер. Лезвие опасной бритвы коснулось кожи Женщины. — Его Жека знает. Он просил там, у ресторана, помочь.. Вот и все.

— Их, полковника, Волчару и бабу, отвозил ты. — Араб отвел руку с бритвой от щеки женщины. — Куда? — На Обручева.

Раздался телефонный звонок. Илья вздрогнул.

— Плевать, — усмехнулся Араб. — Продолжим. Куда именно?

— Там переулок, второй от…

— Что рядом было?

— Кафе «Надежда». Как раз около подъезда, куда они вошли. Квартиру не знаю.

— Номер телефона тебе не оставили?

— Зачем? — Илья вздохнул.

— Тоже правильно, — улыбнулся Араб. — Теперь сделаем так. — Ухмыльнувшись, резким движением разорвал платье на груди Вики. Илья дернулся было вперед, но, играя желваками, застыл. — Умный, — кивнул Араб. — Лучше изнасилованная, чем мертвая. К тому же пацан у нас. Но я принципиальный противник изнасилования, поэтому все будет иначе. Ты отоварил парнишек, и они, разумеется, желают отомстить. Сейчас они будут тебя бить. Пока стоишь на ногах, баба и пацан живы. Упадешь, им тоже будет бо-бо. — Он засмеялся. — Начинайте.

Четверо парней начали избивать стоявшего с опущенными руками Илью.

— Он ляжет на третьей минуте. — Араб протянул руку Смиту:

— Ставлю двадцать пять баксов.

— На пятой, — хлопнул его по ладони тот. Илья отступил назад.

— К стене не прислоняться, — усмехнулся Араб. Согнувшись от удара в живот, Илья получил пинок в зубы и рухнул на пол.

— Две двадцать три, — показал часы Араб. Развернувшись, полоснул лезвием бритвы по горлу женщины. — Не садист же я, — усмехнулся он, вытирая опасную бритву о платье, — чтобы уродовать ее. Пацаненка тоже кончайте! — крикнул он. — Парню пятнадцать, он мог наши хари запомнить, да и не хочу знать, что где-то мститель растет. Хочу старость спокойно в мягкой постели встретить.

— А с ним что? — пнув неподвижное тело окровавленного Ильи, спросил один из парней.

— Кончайте, но не больно. Я двадцать пять баксов на него ставил. Не подвел. — Араб засмеялся.

— Странно, — положив трубку, сказал Жуков. — Где же он? Он когда звонил?

— Полчаса назад, — ответила жена. — Сказал, что ты ему нужен. Голос был какой-то… — Она задумалась, вспоминая. — Ну, не такой, как всегда.

— Я к нему поеду.

— Я с тобой, — сказала Маша. — Должна я показать Вике новое платье!

— Извини, — оглядев ее, смущенно улыбнулся Жуков, я как-то не заметил. Тебе оно очень идет, ты стала просто царственно-красива.

— Если бы ты узнал цену, — весело проговорила Маша, — ты бы так не радовался.

— Как? — явно пораженная услышанным, Жанна посмотрела на Артура. — Ты наемный солдат?

— Было в моей жизни и такое, — укоризненно взглянув на Владимира Ивановича, вздохнул он.

— Ты на меня не косись, — улыбнулся Иванов. — У меня два смягчающих обстоятельства. Первое — я не знал, что ты ничего ей не говорил. Лично я бы похвастался непременно. И второе, что тоже немаловажно: я хочу оставить тебя в России и надеюсь в этом на помощь Жанны. Например, я думаю, она любит тебя. И ты ее тоже.

— Ты и правителем города был? — прошептала она. — Вот это да! — Она покачала головой.

— Слышь, Денис, — кряхтя, начал подниматься Владимир Иванович, — нам нужно с тобой одну деталь обсудить. Прихвати остаток водочки и что-нибудь закусить. И пойдем.

— Понял. — Кивнув, Волчара взял бутылку, тарелку с салатом и шагнул следом за стариком.

— А брать салат мы будем руками? — не останавливаясь, спросил старик.

Волчара по ходу прихватил две вилки.

— Рюмки, — уже выйдя, сказал Иванов. Сунув водку за ремень, Денис взял рюмки.

— А как вы узнали, — входя за стариком в другую комнату, удивленно спросил он, — что я…

— По звуку, — улыбнулся Иванов. — У нас специальный такой курс был. Знаешь, я считал это пустой тратой времени и только во Вьетнаме понял, что очень правильная наука. Мне это умение минимум пару раз жизнь спасло.

— Во Вьетнаме? — опешил Денис. — Но ведь наши там не воевали.

— Везде, где бы ни были войны за освобождение или против агрессора, особенно если присутствовали Штаты, наши ребята обязательно оказывались там. Это не афишировалось, вот и все.

— Ты ищешь дочь? — спросила Жанна. Артур молча кивнул. Вздохнув, взял сигарету.

— Я упал в твоих глазах?

— Ничуть. Я бы даже сказала, наоборот. Ты после того так и не видел эту журналистку? — Ты обо мне неважно думаешь. Если бы я знал, что она беременна, обязательно бы нашел. Но будь рядом с ней мужчина, мешать не стал бы.

— Мы найдем Марину. — Жанна подошла и положила руки ему на плечи. — Ты больше не уедешь, полковник? — тихо спросила она.

— Сейчас я ничего сказать не могу, потому что не знаю, что будет. У меня выработанное войной чутье на опасность. И вот сейчас я ощущаю ее где-то совсем рядом. Не знаю, да и не могу это объяснить, но отсюда нужно уходить. И немедленно. — Поднявшись, поцеловал ее. — Скажи Владимиру Ивановичу и Денису — пусть собираются. Уходим.

— Хорошо. — Жанна быстро вышла из кухни.

— Стой, — задержав жену, Жуков выхватил нож. Осторожно открыв дверь, застыл. Простоял неподвижно несколько бесконечно долгих для перепуганной Маши секунд, прыгнул вперед. Она сразу же шагнула в открытую дверь.

— Нет! — услышала Маша сдавленный крик мужа.