Последний выстрел - Александр Белов

Дорогой Саша отмалчивался, продолжая обдумывать новуюнепростую ситуацию. Макс за рулем тоже хмурился. Ему не нравилась эта поездка,не нравилась вся затея Белова, да и затянувшееся молчание его тяготило. Отскуки он принялся негромко напевать слова известной песни Высоцкого. У Макса,напрочь лишенного и слуха и голоса, получалось отвратительно.

– Где твои семнадцать лет? На Большом Каретном… – бормоталон заунывным, без всяких интонаций, речитативом. – Где твои семнадцать бед? НаБольшом Каретном… А где твой черный пистолет?..

– Макс, ну что ты заладил, а? – раздраженно поморщилсяБелов. – Чукча, что ли?..

– Саш, не поверишь, я когда просто мимо Каретного еду, и то,блин, руки ходуном ходят, – признался Макс.

– А мимо Шаболовки?

– И мимо Шаболовки, и мимо Петровки, и мимо Садовой… – Макссогласно закивал головой. – А уж мимо Лефортова – так просто нажраться хочется…

– Да не каркай ты, е-мое!.. – психанув, оборвал Белыйизлияния охранника.

Водитель замолчал, но на душе у Белова спокойнее не стало.Он, так же как и Макс, нервничал. Да и как можно было не волноваться, если онинаправлялись не куда-нибудь, а к злейшим своим врагам, на Большой Каретный, дом6 – в штаб Московского СОБРа.

Белов решил заявиться прямиком к командиру СОБРа полковникуТучкову. Саша неплохо знал его лично, уважал за прямоту и честность ирассчитывал узнать от него хоть что-нибудь. Впрочем, Белову был также хорошоизвестен и крутой нрав полковника, и его вспыльчивость, и то, как относилсяТучков к таким, как он. Так что результаты его визита на Большой Каретный моглиоказаться самыми непредсказуемыми.

Черный джип Белова въехал во двор неприметного двухэтажногоздания в глубине переулка. На крутую тачку тут же обернулись трое стоящих увхода в штаб здоровенных ребят в пятнистой униформе и с автоматами в руках.

Белов с Максом, разумеется, заметили их интерес. Охранниквстревоженно взглянул на своего шефа. Белов открыл дверь и распорядился:

– Сиди в машине.

– Николаич, может, не надо? – неуверенно спросил Макс.

– Надо, Федя, надо…

– Ну тогда – ни пуха, командир.

– К черту, – процедил сквозь стиснутые зубы Белов ирешительно направился к дверям.

Бойцы у входа встретили его недоуменным молчанием. И тольковзявшись за дверную ручку, он услышал за спиной недовольный басок:

– Дожили, блин, авторитняк в контору прется…

Белов поднялся на второй этаж и прошел по длинному коридорук кабинету Тучкова. Кивнув на дверь командира, он спросил у дежурного офицера:

– У себя?

– У себя… – нехотя ответил коренастый крепыш с майорскойзвездой на погонах.

Мысленно перекрестившись, Саша толкнул дверь и шагнул вкабинет командира СОБРа.

– Можно?..

– О, Александр Николаич! Какими судьбами?!.. – полковникТучков, откровенно ерничая, радушно развел руками. Впрочем, со стула при этомон не встал и руки гостю не подал. – Мне снизу звонят, говорят – к вам Белов. Ая, поверишь, даже не сразу сообразил, о ком и речь…

– Да брось ты, Сан Саныч, – невесело усмехнулся Белов. – Всеты понял, все сообразил…

Полковник неопределенно хмыкнул, показал Саше на стул.

– Ну, присаживайся. Кури, если хочешь, я бросил.

Белов сел к столу, неторопливо достал сигареты с зажигалкой.Тучков пододвинул ему массивную пепельницу и, улыбаясь с неприкрытым ехидством,спросил:

– Ну, чего скажешь?

– Смотри, Сан Саныч, какая штука получается, – сдержанноначал излагать суть дела Белов. – Мои ребята обедают в городе, все спокойно,никого не трогают, и вдруг на них по полной программе накатывают Маски-шоу,вывозит в лес и ставят под автоматы. Это что такое?…

– Да что ты говоришь?! – с издевательским сочувствиемпокачал головой Тучков. – И чем кончилось?.. Ребятки-то твои целы?

– Ребята живы, слава Богу, – Белый кивнул и многозначительнодобавил: – Но не целы.

– Ну ничего, до свадьбы заживет, – с беспечной улыбочкойотмахнулся полковник. – Дело молодое…

Сашу этот цирк начал выводить из себя. Он напрягся, подалсявперед, в его голосе зазвенел металл:

– Вопрос в том, с какой это стати Маски-шоу накатывает на нив чем не повинных людей?! – ледяным тоном отчеканил он.

Игривая улыбочка сползла с губ офицера. Он жестко, в упорпосмотрел на гостя. Саше стало не по себе, но этот взгляд он выдержал.

– Раз ты такой умный, может, сам доедешь? – сухо спросилТучков.

Белый медленно покачал головой:

– Нет уж, лучше ты объясни.

Полковник достал из пачки сигарету и тоже закурил.

– А говоришь – бросил, – заметил Белов.

Совершенно неожиданно это невинное замечание окончательновывело полковника из себя. Он резко встал и горою навис над столом.

– Ни черта я тебе объяснять не намерен! – гневно отрубил он.– Но ты запомни, что ты бандит, а я офицер… А ты приезжаешь ко мне и начинаешьтут права качать! Ты что, совсем страх потерял?! – разошедшись, полковник почтикричал. – Или думаешь, что некому вас всех на место поставить? Да я вас,волков, давил, давлю и буду давить, понял?!.. Будь моя воля – ты бы отсюдапрямиком на Петры поехал! И это в лучшем случае!..

Закончив свою неистовую тираду, Тучков опустился на стул инервно затянулся.

– Ну, в общих чертах намек ясен, – невозмутимо кивнул Белов.

– Ничего тебе не ясно, – с холодной яростью возразилполковник. – Но слова мои ты как следует запомни. И лоб на всякий случайзеленкой помажь.

Белов помолчал, переваривая услышанное. Особенно ему непонравилась последняя фраза – насчет лба и зеленки. Такими угрозами серьезныелюди обычно не бросаются. А командир СОБРа полковник Тучков был, без всякихсомнений, весьма и весьма серьезным человеком.

В принципе, разговор был закончен, но Белову очень хотелосьоставить последнее слово за собой. И тут он вспомнил о крестике Космоса.

– Пусть твои хищники вернут крест, – упрямо насупившись,потребовал он.