Последний выстрел - Александр Белов

– Туфта эти японцы! Вот в «Секонд хенд», говорят, нормальныесамокаты подогнали, – встрял в разговор Космос. – Прикиньте – сто двадцатьлошадей, на радиоуправлении… В офисе сидишь, на кнопку нажал – и она сама затобой заедет.

Они поднялись на второй этаж. К ним навстречу из-за столаподнялся крепкий молодой человек. Узнать в нем вчерашнего убийцу Кордона былочрезвычайно трудно. Он был коротко пострижен, слегка небрит исумрачно-серьезен. А главное, это был стопроцентный мужчина – без всякихвариантов.

– Рома, – представился он.

– Витя.

– Космос, – они поочереди пожали его твердую, сухую руку.

Все четверо неторопливо расселись за столом.

– Молодца, Рома, – с важным видом кивнул Космос. – Одинработал?

– Да.

– А этот… долго брыкался?

– Да не очень… – Роман отвечал коротко и сухо, он был явноrte из болтунов.

– А чем ты его?

– Ты с какой целью интересуешься? – парню, похоже, неслишком нравились эти расспросы, он предпочитал поскорее перейти к делу.

Космос натянуто рассмеялся:

– Молодца, братуха!..

К их столу подошла официантка, протянула Пчеле меню.

– Не надо, Танечка, – отмахнулся он. – Я и так все там знаю.Значит, так. Пятьдесят виски… нет, пятьдесят, пожалуй, не оросит… Давай сто,что-нибудь поесть…

– И что-нибудь попить! – закончил за него фразу Космос и сулыбкой протянул девушке цветок из вазы на столе.

Официантка кивнула и исчезла.

– Привет передал ему? – деловито спросил Пчела у Романа.

– Да, – ответил тот и так же деловито сообщил: – Короче,необходимо две штуки сверху.

Космос фыркнул со смешком, Пчела тоже коротко хохотнул:

– А жирно не будет?

Не проронив ни слова, Роман выразительно переглянулся соШмидтом. Сконфуженно хмыкнув, Шмидт наклонился к Пчеле и Космосу.

– Ребят, да ничего смешного тут нет, – смущаясь, вполголосаобъяснил он. – Вы только это… никому не говорите, ладно? Короче, этот бобик егопоцеловал…

Откинувшись на спинку, Космос разразился издевательскимхохотом. Пчела тоже засмеялся, оглядываясь на зал.

– Куда?.. – давясь от смеха, спросил Космос. – Ты радуйся,что только поцеловал, а мог бы и… – он сделал краноречивый похабный жест.

Грянул новый взрыв смеха.

– Да ладно, – Пчела махнул на надувшегося Романа. – Заточеловек удовольствие получил!

Парень, похоже, обиделся всерьез. Он снова переглянулся соШмидтом – мрачно и недоуменно.

Пчела оборвал смех и после паузы неохотно сказал:

– Хорошо, Шмидт, завтра передашь ему полторы штуки.

Роман сразу же поднялся.

– Все, Шмидт, я поехал, – он протянул ему руку.

– Удачи, – кивнул Шмидт.

– Давай, Рома, береги себя, – Пчела тоже попрощался с ним заруку.

И только Космос не подал ему руки, продолжая издевательскипосмеиваться. Роман зыркнул на него сердито и ушел.

– Кос, ты себя нормально вести можешь, а?! – с раздражениемспросил Пчела, как только Роман скрылся на лестнице.

– Коксу хочешь? – ответил Космос, доставая из карманатабакерку с зельем.

– Бар-р-ран! – буркнул себе под нос Пчела. Впрочем, ужечерез полчаса, после распитой бутылочки «Белой лошади», все обиды инедоразумения забылись.

Отобедав, троица вышла из ресторанчика на улицу. Онищурились на солнечный свет и беспечно улыбались.

– Смотри-ка, все еще снимают, – кивнул Пчела на оцепление.

Космос посмотрел в сторону съемочной площадки, но за спинамизевак и милиционеров почти ничего не было видно.

– Что это они так долго? Про что хоть там снимают-то? –спросил он у Шмидта.

– Про нас что-то – что же еще!

– Да ты что?! – удивился Космос.

– Ну не про нас конкретно, вообще про братву, – пояснилШмидт. – Сериал, «Бригада» называется.

– Брось, – не поверил Пчела.

– Ну я тебе говорю, – ухмыльнулся Шмидт. – Не веришь, идиспроси.

Пчела, не раздумывая, направился к площадке, и в ту жесекунду оттуда раздались дикие вопли и канонада выстрелов. Заглушая и то идругое, загремел усиленный мегафоном яростный крик:

– Всем лежать!!! Мордой в асфальт, кому сказал!

Пчела остановился и, смущенно улыбнувшись, взмахнул рукой.

– Ну их на фиг. Поехали лучше.

Он повернулся к друзьям, и вдруг лицо его испуганновытянулось – к ним на всех парах летела та самая группа бойцов в камуфляже имасках, что давно уже стояла в сторонке у своего автобуса.

– Твою мать… – прошептал Пчела, поднимая Руки.

В мгновение ока все трое оказались на асфальте. Их браливсерьез – без всяких церемоний, с матом, с ударами прикладов, с заламываниемрук. Никто и не думал сопротивляться, и уже через пару минут всех троихзапихнули в автобус. С металлическим лязгом захлопнулась дверь, и, выбросивоблако сизого дыма, старенький «ПАЗик» неторопливо покатил по переулку.