Тени в раю - Сергей Зверев

– Нет, – спокойно отозвался я, – на пару часиков. Пойду перекушу, поплаваю и назад.

Прежде чем приступить к активному отдыху, я отыскал городской телефон и набрал «02». Когда в трубке послышался казенный голос дежурной телефонистки, я назвал адрес коротышки и сказал:

– Хозяин квартиры висит под потолком, как новогодняя гирлянда. Приезжайте скорее, пока от него не провонял весь дом…

– Кто говорит? – перебила меня диспетчер.

Воистину человеческой наивности нет предела – мои губы самопроизвольно расползлись в широкой улыбке, я ответил:

– Директор Всемирного банка реконструкции и развития, – и повесил трубку.

Плотно перекусив чашкой горячего бульона, поджаристым шницелем и блинчиками с творогом, я вошел в бар, уже в третий раз за сегодня.

Решив ограничиться бокалом немецкого пива, я сделал соответствующий заказ лысому Боре.

Бармен проворно исполнил мою просьбу и перегнулся через стойку, зашептав в самое ухо:

– Тебя ищет Настя. Просила передать, что она в первом секторе пляжа…

Не дослушав до конца и не рассчитавшись за выпивку, я почти побежал в указанном направлении. Сердце учащенно колотилось в моей груди, рискуя выпрыгнуть наружу, но я этого не замечал – мой взор был направлен на разомлевшую толпу, раскидавшую свои кости на горячих камнях.

Кто бы мог подумать, что я с таким остервенением буду искать обычную шалашовку, которой рубль цена в базарный день. Но день, по-видимому, был неторговый – мои глаза выискивали ярко-рыжую копну длинных волос, а ноги переступали через расплавленные тела.

Вдруг рядом послышался тихий, очень вкрадчивый голосок:

– Виталя, ложись рядом со мной.

Голос принадлежал жгучей брюнетке в огромных солнцезащитных очках; ее каре едва прикрывало маленькие ушки.

Присев на корточки, я насмешливо произнес:

– Мадам, желание женщины, пусть даже и незнакомой, для меня закон. Конечно, я лягу, однако боюсь, что нам будет неловко заниматься этим самым при таком огромном количестве советчиков.

– Перестань паясничать, – проворковал голосок, – это я, Настя.

Упав ничком на жесткое ложе, я пододвинулся поближе к собеседнице.

Она сбивчиво затараторила, обводя окружающих подозрительными взглядами:

– Я там была и все видела. Зюзю кончил какой-то лысый жлоб. Я тогда очень испугалась и побежала… Внизу стояло такси…

– Подожди-подожди, – перебил я испуганную пташку, – не так быстро и по порядку.

Настя поправила съехавший парик и начала все с самого начала:

– Сразу после твоего визита в охотничий домик мы вызвали такси и поехали к Зюзе домой. Я жутко вспотела и залезла в ванну. – Она прикурила дрожащими пальцами тонкую сигарету, а затем продолжила: – Минут через пять раздался звонок в дверь. Кто пришел, я сперва не видела, но слышала практически все.

– Он не знал, что ты в ванной?

– Спешил, не заглядывал. Сказал, что принес какую-то бумагу, потом прошел на кухню и попросил кофе. Какое-то время шумела вода в кухонной раковине, а после этого раздался голос Зюзи – мол, почему вы мне, Алик, не доверяете? Может, мне тоже охота поучаствовать непосредственно в деле…

– Наверное, вспоминал меня? – предположил я.

– Конечно. И еще вставлял Зюзе – мол, почему сразу не рассказал? Тот и рассказал об охотничьем домике… Тогда этот Алик его перебил – мол, ты что, дебил конченый? Какого хера навел его на эту хату, а если он мусоров притащит? А Зюзя говорит – мол, не притащит, ему девчонка нужна. Говорит: «Через час он пожалует – можно будет с ним кончать».

Я слушал и не верил собственным ушам – как могло получиться, что этот жирный кретин обвел меня вокруг пальца?

– Что было дальше, помнишь?

Настя задумалась, смешно сморщив курносый носик, и произнесла:

– Они стали называть какие-то имена, кричали друг на друга. Честно говоря, я подумала, что Зюзе опять достанется.

– Какие имена, – перебил я, – вспомни, пожалуйста, это очень важно. Я заплачу тебе столько, что ты не заработаешь и за месяц кропотливого пыхтения под клиентом.

Она обиженно отвернулась, но потом сказала:

– Нужно мне твое бабло! Я рассказываю все только потому, что хочу жить, а ты единственный человек, способный мне помочь.

– Сделаю все возможное и невозможное, – честно пообещал я и попросил: – Только вспомни имена.

Девушка опять задумалась и ответила:

– Вроде бы какой-то Артик упоминался, хотя я точно не помню… Да, они еще говорили о тебе, что взорвут твою машину.

– Да, их любезный подарок я уже получил. А имена, какие имена еще назывались?

– Вроде бы о пионерах каких-то говорили, – невнятно промычала путанка, пожимая плечами, – но я толком не помню, потому что дальнейшее было просто кошмаром. – Она нервно поежилась, как будто лежала не на Черноморском побережье, а на льдине. – Возня началась жуткая! А потом кто-то захрипел – противно так, по-поросячьи, – и я узнала задыхающийся голос Зюзи. Минут пять я сидела в воде как пришибленная, но потом вылезла из ванной и, накинув махровый зюзинский халат, выскочила в коридор. Вот тогда-то я его и рассмотрела: лысый, противный, страшный, руки в наколках, а на лице огромный шрам, вот такой, – она показала на себе, перечеркнув наискось левую щеку от уха до подбородка.

Большего я не мог из нее выжать. Встав на ноги и предварительно скинув с себя одежду, я пошел к воде.

Проплыв метров сто, я вернулся к перепуганной Насте и сказал:

– Собирайся, и поехали.

– Я готова, – тут же отозвалась она, влезая в прозрачные шорты и натягивая футболку с неприличной надписью.

Спустя пять минут мы уже садились в «жигуль».

Когда я въезжал в распахнутые ворота кораблевской дачки, Настя по моему совету сползла на пол, чтобы не подставляться любопытным взглядам тупоголовых мастодонтов-охранников.

Остановив машину у парадного входа, я вошел в особняк, оставив рыжую в непривычной для нее позе. Навстречу мне выступил личный телохранитель Кораблева, спросив:

– Тебе кого, Виталик?

Это был единственный боец из всей дворовой своры, который ни разу не попытался меня зацепить, а наоборот, относился ко мне почтительно и поэтому вызывал во мне ответную симпатию, – звали его Андрей.

– Позови шефа, Андрюша, – попросил я и добавил: – Скажи, что это срочно.

Широкая спина исчезла в двери роскошного кабинета. Тотчас на пороге появился сам хозяин с красными от переживания глазами. Подойдя ко мне, он спросил:

– Ну что, есть какие-то сведения?

– Есть, – почти не соврал я, но в очередной раз уклонился от подробностей, – нужно спрятать свидетеля. Только прошу вас – никаких вопросов.