Я - вор в законе. Большой шмон - Евгений Сухов

Варяг тихо подошел к входной двери и прислушался. На лестничной площадке стояла тишина, потом раздался суетливый топот башмаков, и тут же неожиданно страшный удар сотряс дверной косяк. Хлипкая доска с треском расщепилась, старенький замок сорвало с проржавевших шурупов и перекособочило. Последовал еще один удар — выбитая дверь с грохотом распахнулась, и из полумрака лестничной площадки на пороге квартирки выросли два рослых омоновца в бронежилетах. В угрожающих позах они застыли на пороге направив внутрь квартиры короткие автоматные стволы.

— Вы че, хлопцы, офонарели? — миролюбиво начал Владислав, корча изумленную досаду и кося под простака. — Ну на хрена такое делать? Я ж шел вам открывать… Спал я после смены… Спросонок слышу звонок — думал, телефон, а это, оказывается, в дверь… Который же теперь час? — по-свойски обратился он к долговязому парню с конопатым длинным лицом.

Конопатый неуверенно качнул АКСу вниз и исподлобья глянул на напарника, плотного, коротко стриженного брюнета с чуть раскосыми, как у башкира или татарина, черными глазами — похоже, этот был за командира: на матерчатых погончиках золотились три нашивки. Командир свой автомат не опустил и, проутюжив Варяга хмурым подозрительным взглядом, решительно ввалился в узкий коридорчик. Вполне безобидный вид жильца его то ли успокоил, то ли смутил.

— Ну вот, ексель-моксель, дверку попортили! Замок-то — хрен с ним, я обратно вставлю, а вот дверку теперь чинить надо… — продолжал частить Варяг, лихорадочно соображая, как же ему, не вполне оклемавшемуся после недавних ранений, удастся справиться с этими двумя лосями. — Я ж предупреждал хозяйку: мол, дверка-то у тя на соплях держится…

— Кто еще в квартире? — одернул Варяга брюнет, решительно оттесняя его в комнатушку. — И сам кто такой? Документы покажи!

Варяг вживался в роль на ходу: он понял, что сейчас самое главное — постараться заговорить парням зубы и не возбуждать у них подозрения.

— Да один я тут, хлопцы… Снимаю я эту квартирку. Я на оптовке у метро работаю. Там азербайджанцы рынок перестраивают, крышу кроют, павильоны ремонтируют, а я электропроводку провожу… Сам я с Крыма, с Судака, а паспорт у меня прораб наш Гейдар Мамед-оглы забрал — говорит, на прописку, так уж недели три прошло, а паспорта я так и не видал. Вы ж сами, хлопцы, знаете, как оно бывает — пока работа не кончится, паспорт не вернут, сукины дети, чтоб я не сбежал… А куда я сбегу, в Судак, что ли? Один я тут, хлопцы! — повторил Варяг, одновременно с напряженной тревогой наблюдая, как чернявый внимательно шарит глазами по комнате. Но ничего подозрительного омоновец все равно не мог тут найти. Вот разве полезут под кушетку — тогда дело плохо… Чемодан Медведя, где хранились досье на всех российских воров в законе, ментов наверняка сильно заинтересует.

— Так, говоришь, из Судака? Строитель? — подозрительно переспросил раскосый.

— Так и есть. На заработки приехал я, — затараторил в ответ Варяг, угодливо глядя в пытливые глаза омоновца.

— Ну тогда давай собирайся, пойдешь с нами. И твоего оглы-Мамеда с документом позовем. Если все совпадает, вернешься и будешь ремонтировать дверь.

Ситуация становилась неприятной. Варяг понимал, что если его сейчас заберут, то все его замыслы рухнут, как карточный домик. Выпутаться ему будет практически невозможно. А главное, чемодан с ценнейшей информацией. Если архив Медведя окажется в руках оперов, всем кранты. И ему, смотрящему по России, — в первую очередь.

В этот момент со стороны лестничной клетки раздался едва слышный хруст — будто кто-то наступил на осколок стекла. Чернявый, нервно вскинув автомат, ринулся из комнаты в коридорчик — оттуда донеслись два тихих всхлипа. Омоновец, громко охнув, выронил из рук «Калашников» и мелко задергался, точно сквозь его тело пропустили электрический разряд в тысячу вольт. Удар по горлу в одну секунду надолго вывел его из строя. Тут же из коридора появилась чья-то фигура, обрушившаяся ураганом на плечи конопатому омоновцу, малость замешкавшемуся от неожиданности. Ворвавшийся повалил его на пол и нанес сильный профессиональный удар в голову. Конопатый тяжело всхлипнул, подгреб под себя автомат и тихо замер, уткнувшись лицом в пол.

Над поверженной жертвой восседал невесть откуда появившийся Степан Юрьев, больше известный под кличкой Сержант.

— Ты откуда, Степа? — восхищенно глядя на своего спасителя, спросил Варяг.

— Важно, Владик, не откуда, а когда: видать, волчье чутье меня заставило поторопиться. А как увидел внизу ментовскую машину, так сразу скумекал, за кем она сюда подкатила. Кроме водилы, там никого. Я водилу на всякий случай вырубил, но вряд ли надолго. Пока он не очухался, надо отсюда сваливать! Да и соседи, того гляди, сейчас на шум сбегутся. А свидетели нам ни к чему.

— Как у тебя прошло? — быстро собираясь, переспросил Варяг.

— Нормально. В тихом местечке все сделал. У шоссе в лесу пристроил. Пришлось следы заметать, кругаля делать — сначала бежал кросс по пересеченной местности, а потом на МКАДе попутку словил. Но, слава богу, все-таки успел вовремя… Не пойму одного: как же это они тебя тут вычислили?

— Потом прикинем — как. А сейчас, Степа, надо сваливать отсюда. — Варяг резко развернулся на каблуках, и его лицо тут же исказилось гримасой острой боли, пронзившей все тело, застарелая рана в бедре вновь напомнила о себе. Но Варяг не стал останавливаться и пошел в комнату.

— Влад, ты куда? — изумился Сержант, поднимая с пола короткоствольный автомат чернявого омоновца. — Ты ничего не спутал? Разве мы не на выход?

— Чемодан! Чемодан с документами, который ты мне привез вчера из Кускова. Нельзя его тут оставлять, брат! — прокомментировал свои действия Варяг, доставая коричневый чемодан из-под кушетки. — Но, похоже, придется тебе его самому нести, Степа. Я просто не в состоянии, нога…

Степан, не задавая лишних вопросов, подхватил тяжелый чемодан и бросился к выходу. А Варяг скорее машинально, чем с конкретным умыслом, проходя мимо, сорвал с конопатого омоновца бушлат и подхватил с пола его берет…

— Этих так оставим? — понизив голос, торопливо заговорил поджидавший у выхода Сержант. — Очнутся — шум-гам поднимут ведь, сам понимаешь… Может, кончить обоих, Влад? Свидетели все же…

— Ну ты что, Степа, это не по нашей части… Давай-ка обоих сюда…

Они кое-как затащили два тяжелых тела в тесный санузел. Сержант накрепко связал пленников найденной под ванной бельевой веревкой и затолкал обоим в рты смоченные водой тряпки. Напоследок он закрыл дверку санузла на железную щеколду и выбитую входную дверь аккуратно пристроил на место. Даже если эти молодцы придут в себя, сразу они не выберутся оттуда. А искать их начнут не скоро. Так что пару часов, как минимум, есть в запасе, и за это время можно уйти далеко…

* * *

На переднем сиденье милицейского «уазика» темным горбом лежало тело впавшего в глубокий ступор водилы в обычной милицейской форме. Сержант распахнул заднюю дверцу, забросил внутрь тяжелый чемодан, потом, отодвинув бесчувственное тело, сел за руль, не выпуская из рук трофейный «калаш». На их счастье, ключ торчал в замке зажигания.