Резидент - Сергей Шведов

– А почему без нас снимали? – набросился Василий на тихо стоявшего в углу с камерой Ползунова.– Сколько раз тебе говорили, оператор хренов, чтобы ты не переделывал на ходу сценарий?.. Вот народ! Ну никакого уважения к авторским правам!.. Хоть бы ты, Степаныч, остановил это безобразие – на продюсера-то надежда плохая!

Соловью-разбойнику, нежданно-негаданно потерявшему шефа, было не до проблем Василия.

– А что будет с замком? – спросил он, обращаясь к нам.

– Замок уходит... – ответил ему Вик.– Такова последняя воля Сагкха. Нам всем следует поторопиться, если не хотим затеряться во времени.

Мой младший брат был прав. С замком действительно творилось неладное: он дрожал и вибрировал; стены периодически теряли четкие очертания.

Вик подошел к пентаграмме и бросил в ее центр странный шар, с которым появился в замке. Шар какое-то время неподвижно повисел в воздухе, а потом исчез.

– Что это было? – спросил Алекс у Вика.

– Дар Сагкха, полученный когда-то нашим предком Андреем Тимерийским у порога Черной плазмы. Высший Совет решил, что пришла пора вернуть его хозяину. Миссию поручили исполнить мне.

– Будем считать, что ты явился вовремя... – буркнул Алекс, недовольный, видимо, тем, что Высший Совет скрыл от него важные детали предстоящей операции и заставил всех нас действовать втемную.

– Каждому свое... – пожал плечами Вик, подчеркивая, что за действия просвещеннейших сенаторов он ответственности не несет.

Нам следовало поторапливаться. Я обернулся назад, пытаясь пересчитать съемочную группу, дабы не потерять случайно какого-нибудь зазевавшегося работника, и встретился глазами с Соловьем.

– С нами пойдешь, Степаныч?

– На премьеру приду... – вздохнул разбойник.– А пока что мне недосуг, Никита. Я теперь в Кощеевом царстве за старшего.

– Тебе решать, Степаныч... – одобрил я его выбор.– Не прощаюсь...

Соловей-разбойник негромко присвистнул. Кощеевы слуги и дружинники вздрогнули и подобрали животы. Оспаривать власть Степана Степановича никто не решился. Да и смысла в том не было уже никакого: Кощеево царство катилось к своему закату; рухнула последняя надежда на его возрождение, и все это очень хорошо понимали.

– И куда они теперь? – спросила у меня Наташка, глядя вслед уходящей массовке.

– Растворятся в природе! – неожиданно ответил за меня Рваный Билл.– Какая же природа без нечистой силы?

– Ну, ты сказанул, Василий! – обиделся на своего шофера Жигановский.– Чтоб им ни дна ни покрышки!.. Видного политика, порядочного человека едва в козла не превратили!

– Кто старое помянет, тому глаз вон... – ехидно отозвался на реплику столичного гостя губернатор Пацаков, будто подводя черту под минувшими событиями.

Я, собственно, считал, что на этом наши приключения закончились, но ошибся. Не успели мы покинуть уходящий в небытие замок и перебраться по тоннелю в гостиницу, как нас окружила еще одна дружина – добры молодцы в камуфляже... Прямо кошмар какой-то, а не съемочный процесс! Уж эти-то, с автоматами, точно не вписывались в сценарий – как справедливо заметил обвешанный аппаратурой Ползунов.

Вскоре выяснилось, что он совершенно напрасно подозревал сценариста Василия в коварстве. Никакое это было не кино! Компетентные органы во главе с бравым генералом обвиняли нас ни много ни мало – в похищении губернатора Пацакова!

– Да кому он нужен, ваш Пацаков? – возмутился Венедикт Владимирович Жигановский.

– Ну, это, положим, не вам решать... – выдвинулся на передний план губернатор.– А с чего вы взяли, товарищ генерал, что меня похитили?

Бравый генерал и сопровождавшие его не менее бравые лица смутились:

– Так ведь ваша охрана подняла переполох, Виссарион Дмитриевич! А потом, вы сами нам позвонили и сообщили о готовящемся террористическом акте!

– Вы что-то напутали... – нахмурился Пацаков.– Я вам не звонил. Акт в гостинице действительно готовится, но не террористический, а бракосочетания. Вот этот молодой человек собирается вступить в брак с кацаповской девушкой.

Прямо скажу: заявление застало меня врасплох – поскольку показывал губернатор на моего брата Алекса и жертву сексуальных домогательств Зульфию!

Ксения добропорядочно покраснела и опустила глаза.

– Он ее в карты выиграл! – сообщил камуфляжам папа Караваев.

– Сашка, думай, что городишь! – возмутился Сеня Кукуй.– Это в сценарий не вошло!

– Позвольте... – заслышав слово «сценарий», выступил вперед Рваный Билл.– Какая-такая свадьба, какой-такой акт бракосочетания?! Впервые вижу этого типа вообще!

– Мой старший брат... – пояснил я Василию.

– Ну, все у нас по блату! – ахнул сценарист.– Ни на кого положиться нельзя! В сценарии – жертва сексуальных домогательств, а на выходе – мужняя жена!.. Это кино по-вашему?! Это черт знает что!!

– Так вы кино снимаете? – удивился генерал.

– А о чем тебе молодые люди битый час толкуют! – возмутился губернатор Пацаков.

В общем, нас освободили. Доблестные стражи порядка покинули гостиницу, а я никак не мог взять в толк: когда это Алекс успел охмурить Ксению, которая по нашим прикидкам должна была погибнуть на дыбе?

– Дыбу мы уже сняли! – деловито сообщил Ползунов, пересчитывающий коробки с пленкой.– На эротическую сцену нам пленки не хватило. Придется доснимать.

– В гробу я видел ваше кино! – отозвался хмурый Алекс.– Знал бы, что это твои штучки, Ник, никогда не стал бы ввязываться в процесс!

– В эротический? – почему-то насторожилась Ксения.

– Нет,– усмехнулся Алекс,– в киносъемочный... Эротический меня вполне устроил.

– Так будем доснимать или нет? – возвысил голос Ползунов.

– Будем! – твердо сказала Ксения.– Там всего ничего осталось. Тем более мы так хорошо все отрепетировали...

Киносъемочный процесс, я вам доложу, вещь предельно сложная. То, понимаешь, сценарист лезет в бутылку, то главная героиня капризничает, то дракон Сюзи – в дымяру, то какая-нибудь проблема с массовкой... Да и посторонние без конца вмешиваются, норовя сорвать работу!.. В общем, забот – полон рот... А тут еще выборы – будь они неладны!

Короче говоря, с двумя проблемами сразу я не справился. То есть кино снял, а выборы проиграл. Кацаповцы предпочли нашему Жигановскому своего Пацакова. Свобода выбора – как сказал Василий... Тут уж ничего не поделаешь: электорат в своем праве!

Но Венедикт Владимирович по этому поводу не слишком огорчился...

Я тут случайно узнал, что в Российской Федерации аж восемьдесят девять субъектов! В смысле – губерний (или областей?). И везде нужны главы администраций! Так что шансы у нас с Венедиктом Владимировичем еще есть... Главное – завершить съемочный процесс. Чтобы весь мир (так требует Василий) ахнул и затрепетал в восторге! Ибо искусство (это уже слова папы Караваева) – важнее любой политики!.. С последним я категорически согласен.