Военные пацаны - Андрей Ефремов

Однажды пришла скупая весть про того ингушского участкового – Хасана. Он приехал по каким‑то делам в Назрань, где его буквально в центре города поджидала бандитская засада в количестве шести человек, вооруженных автоматами и пулеметом. Из-за угла, шесть на одного – романтика.

Из какого оружия в его сторону выпустили очередь – мне неизвестно, но ингушскому милиционеру Хасану в ответ хватило шесть пистолетных патронов и нескольких секунд для того, чтобы прикончить всех шестерых ингушских боевиков. Воины джихада умерли как настоящие мужчины: с оружием в руках.

В том, что все они погибли, виноват не случай, как могут со злорадным чувством подумать неверные, и не заслуга противника – так было угодно Аллаху: все, что ни творится в этом мире, происходит по воле Всевышнего! Тем более что, выходя на тропу войны, на джихад, воин уже внутренне готов к тому, что он, вероятнее всего, не вернется домой живым: но это его мало беспокоит, ибо награда Аллаха неизмеримо выше. Смерть молодых героев – это также и не трагедия, не горе – это означает только одно: Аллах выбрал самых достойных и сделал их шахидами[10], то есть людьми, погибшими за свою веру; их испытания закончились, и врата рая для них открыты.

Война не прекращается ни на день: прогремел взрыв на Старопромысловском шоссе в сотне метрах от въезда на территорию комплекса правительственных зданий. Были ранены три милиционера, один из которых скончался по дороге в больницу. Террорист-смертник взорвал себя у входа в Государственный театрально-концертный зал, где начинался спектакль. Погибли шесть человек. Террорист-смертник на велосипеде подорвал сам себя в самом центре города, у здания МВД Чечни, убив двух милиционеров и ранив не менее пяти человек. Обстрелы, подрывы – ежедневно, ликвидация сотрудников силовых структур – ежедневно…

Каждый раз после очередного теракта официоз заявляет, что это – «свидетельство агонии боевиков». Агония затянулась надолго – это факт.

* * *

Давайте ненадолго отвлечемся от основного повествования и вернемся в ту семью в горном ауле, куда имеют привычку заходить члены НВБФ после опасных операций по подрыву федеральных стратегически важных электролиний, и послушаем обычный семейный разговор во время вечернего ужина. Мнения по поводу крайней необходимости отстрела ментов, оказывается, даже в семьях разделяются. Что, впрочем, и неудивительно: мнения в любой семье, даже в русской, могут различаться по всякому вопросу. А уж по поводу ментов – тем более.

Для начала необходимо уловить и уяснить суть вечернего вопроса: отстрел ментов – польза или вред и нужно ли муджахидам целенаправленно истреблять пророссийских милиционеров?[11]Дико звучит? Тут уж ничего не поделаешь – в некоторых кругах сей вопрос на сегодняшний день весьма и весьма актуален, и он существует.

Итак, слушаем разговор…

– Поубивал бы всех ментов, – задает тему беседы один из гостей, – начиная с моего участкового и кончая последним гаишником на дороге…

– Но зачем брать грех на душу? – рассуждает младший сын – трезвомыслящий правоверный мусульманин. – По поводу ментов – я и сам их не люблю: огромное количество психов, которые потеряли человеческое лицо, которые, чувствуя безнаказанность и вседозволенность, ведут себя просто бесчеловечно. С другой стороны: вы, муджахиды, не уступаете ни в чем этим ментам, только одни – на пути Аллаха, а другие – на ином, неправильном, пути. Так вот, у меня к тебе вопрос: как нам быть, какой ты видишь выход из этой ситуации? Только предлагаемые варианты должны быть приземленными, реальными, с учетом численности вооруженной группировки федералов, находящейся на нашей территории, с учетом жесткости и жестокости специальных ведомств и отдельных лиц, с учетом того, что – хотим мы этого или нет – Россия сегодня пока еще остается одной из ядерных держав и соответственно никто с ней за нас впрягаться не будет. С учетом того, что ни сегодня, ни завтра, ни даже послезавтра Доку Умарова никто к власти и на километр не подпустит, потому что в горах он приносит гораздо больше пользы для Кремля и генералов: благодаря им столько медалек получили и зарплаты большие… В общем, он нужен там.

– С учетом реальной ситуации, мне хотелось бы знать, что ты можешь предложить? – вступает в обсуждение темы старший сын хозяина семейства, из «идейных» борцов. – Понятное дело, что с криком мы ни к чему не придем и ничего не исправим. Давайте спокойно все обсудим.

– Для начала нужно прекратить убивать друг друга, – дельно предлагает младший. – Враг – он один, и общий.

– Что за чеченская привычка пытаться решить все разом, за всех и как можно глобальнее? – Достопочтенная мудрая матушка тоже изъявляет желание поучаствовать в обсуждении. – Начни с себя – в этом наше спасение: на словах мы все за единение, на деле даже дома не можем понять, признать ошибки или простить друг друга.

– Помните, когда я был маленьким, я носил октябрятскую звездочку на груди, торжественно клялся перед красным знаменем, носил красный галстук, – сокрушается старший сын. – Сейчас вспоминаю и ужасаюсь: это до чего же нас довели‑то! Мы носили атрибуты своих убийц и гордились этим. Так же будет и с теми, кто сейчас носит на своих фуражках орлов. Реально – тех, кто готов закрыть глаза на всю нашу историю ради каких‑то материальных выгод, на самом деле очень мало в нашей среде. Просто сейчас, как и при СССР, идет мощная пропаганда безальтернативности существующего строя, всяческое его восхваление. А вообще, я думаю, что главная причина пассивности нахов[12]в отсутствии сильного и харизматичного лидера, и, самое главное, справедливого.

– Задача России – не допустить его появления, причем самый легкий способ это сделать – нашими же руками, – вставляет слово один из муджахидов. – Поэтому на посты, более-менее значимые, ставят далеких от человеческих идеалов людей, а те тянут к себе подобных, так как никто другой не согласится их обслуживать. В результате возникает то, что существует, – идиотократия.

– Ты говоришь про детей, про убитых и покалеченных людей. – Это, вероятно, в продолжение вчерашнего разговора, но, возможно, и прошлого столетия, скрипит бабушка Бэлла из женской половины дома: несмотря на почтенный возраст, и склероз ее не пробирает, и слух на удивление прекрасный. – Так ведь никто и не говорит, что это надо забыть, простить… это невозможно простить и забыть, но для начала необходимо остановить уничтожение нашего народа.