Мир Уэйда - Мария Введенская

– Какого черта? – изумился он тихо, но Уэйд услышал.

Он резко поднял голову на звук, и словно по команде все девять гусей страшно зашипели и пошли в атаку. Уэйд, вскрикнув, подпрыгнул на месте как обожженный и отскочил в сторону, не понимая, что происходит. Так могут кричать только мальчишки, обнаружившие у себе на спине пиявку. А гуси шипели и наступали.

– Черт тебя дери, Гарри, да помоги же!!! – в сердцах выкрикнул он и заметил бабочек. – Боже… что это, блин, такое?!

– Отойди в сторону! – крикнул Гарри гневно и выстрелил в гуся.

Очень странно, но на остальных это не произвело должного впечатления. Они всё продолжали шипеть и наступать. Таким образом, Гарри пристрелил еще парочку, и тогда оставшиеся шестеро, наконец, опомнились и, забив крыльями, тяжело поднялись в воздух. Потом он, недолго думая, наставил свой ругер на Уэйда и довольно спокойно – хотя был далек от этого – спросил:

– Что здесь происходит?

– Я не знаю, Гарри…. Я понятия, блин, не имею, что здесь происходит! – Уэйд развел руками. – Меня зовут Уэйд Стивенс, и мы с тобой были лучшими друзьями сорок с хреном лет… а сегодня я проснулся и обнаружил, что вокруг всё не так, а ты вообще заявил, что я типа умер давным-давно. Я понятия не имею, что происходит…. Вот взгляни, – он сунул руку в карман брюк и услышал, как Гарри отвел курок, но Уэйд особо не обратил на это внимания, продолжая бороться с пуговицей.

Наконец, он достал фотографию в рамке и протянул Гарри. Тот медленно подошел, не опуская ругер, и взял ее. Потом так же осторожно отступил и глянул на фото.

– Ну что? Ты видишь? – нетерпеливо спросил Уэйд. – Это я, это Крис – моя жена, это Дина – наша дочь…. Не замечаешь сходства? Я там, конечно, по моложе, но…

Гарри поднял на него тяжелый взгляд, словно пограничник в аэропорту и вновь вернулся к снимку. Красные бабочки то и дело садились на их плечи.

– Я пришел сюда, потому что это наше место. Мы здесь охотились. Здесь нам всегда везло. Мы вместе его нашли, Гарри. Господи, да мы еще вчера сидели и пили, и ты пытался меня утешить!

– Чего это? – спросил тот, глядя то на снимок, то на Уэйда.

– Крис недавно умерла, и я не мог придти в себя.

– Это я уже слышал… – констатировал Гарри.

– И ты понимаешь, что на снимке я, и что я не умер, как ты сказал раньше?

– Или твой брат… или очень похожий человек… – задумчиво протянул тот. – А, может, мне стоит задать пару вопросов Крис?

– О нет, прошу! – взмолился Уэйд. – Только не надо ее вмешивать. Разберись лучше со мной и с тем, как я могу быть жив, если по твоим словам я мертв.

Уэйд смахнул со щеки красную бабочку.

– Ты же любишь загадки, Гарри, а тут загадок до черта. Умоляю….

– А может ты его спятивший брат-близнец, который сбежал из дурдома и теперь хочет захапать себе чужую жизнь?.. – размышлял Гарри, наконец, опустив пистолет. – Может птицам ты просто не понравился? Может ты их дразнил? Я же не видел…. И бабочек можно объяснить, если хорошенько подумать?

Уэйд потупил глаза.

– Ну хорошо, тогда откуда я знаю, что твоя дочка Джинни повернута на всем мистическом и паранормальном? И что, когда ей было два, Рут забыла ее в детской комнате торгового центра, и ты хотел развестись с ней? На самом деле хотел, но я отговорил тебя, потому что считал, что она правда ошиблась…. Она очень любила и тебя, и Джинни, поэтому такое можно простить, тем более что всё закончилось хорошо. Так что можно простить.

Гарри отступил и сощурился, уставившись на Уэйда. В его голове происходила нешуточная работа, словно сталкивались какие-то противоречивые механизмы. Через минуту он осторожно сказал:

– Ну это, положим, можно узнать…

– Ладно… – Уэйд понизил голос. – Тогда пойдут тёмные секреты, но учти – ты сам напросился…. В выпускном классе ты гулял с девчонкой по имени Бетси Поуп, и однажды вы пошли в лес. Ты вообще любил водить своих девчонок в лес, Гарри…. Во всяком случае, пока жил с матерью – она ненавидела твоих подружек, но это совсем другая история. – Уэйд многозначительно глянул на Гарри и мог поклясться, что у того свело скулы. – Только ничего у вас не вышло тогда, потому что тебе приспичило и довольно сильно. Ты отошел поглубже в лес, присел, сделал свое дело, и в тот самый момент, тебя в зад укусила гадюка, на которую ты и наложил…. – Уэйд хохотнул. – Когда ты это рассказал, я и сам чуть не обделался от смеха. Ты ведь собирался на ней жениться, помнишь? Сразу после школы. А она разбилась на машине… как сейчас помню – двадцать второго июня. Этот проклятый месяц оказался жесток к обеим нашим женщинам, и только я знаю, как тяжело ты это перенес…. Зато твоя мамаша была вполне счастлива. Она ненавидела всех, с кем ей приходилось делить свое сокровище. Тебя. Она обожала тебя, и после смерти отца это стало слишком явным. Но ты мирился, потому что у тебя всегда находилось что-то еще… а потом погибла Бетси, и ты остался совсем один… наедине с женщиной, которая заставляла тебя расчесывать ей волосы каждый вечер и массировать шею после работы. И когда ее намерения стали столь очевидными, что на них было больше невозможно закрывать глаза, ты сбежал. Как раз началась война во Вьетнаме, и ты пришелся как нельзя к месту. Ну а в ноябре шестьдесят седьмого тебя едва не убили, и тебе пришлось вернуться…

Гарри инстинктивно прижал руку с зажатым ругером к бедру. Ранение едва не сделало его калекой, ногу хотели даже ампутировать…. Еле спасли. Гарри до сих пор немного прихрамывал.

– Но когда ты вернулся, то был уже совсем другим… – продолжал Уэйд. – Глядя на тебя, все говорили, что ты далеко пойдешь. Ты не казался растерянным, не нуждался ни в чьей помощи, как большинство стажеров. Ты был жестким и крепким парнем. Гораздо круче тогдашнего шерифа. А с матерью ты больше не встречался, даже на похороны не пошел. А еще решил не жениться и не влюбляться, потому что это оказалось слишком больно. – Уэйд кивнул, соглашаясь с этой мыслью. – Но я вижу по твоим глазам, что ты ищешь подвох, ищешь лазейку, в которую я пробрался и узнал эту историю. Хотя про мамашу, ты никому кроме меня не рассказывал, даже Рут…. Тогда я сразу перейду к следующей истории, которую ты вряд ли мог кому-то рассказать. Мне ты ее рассказал только потому, что сильно напился. Да и то, знаешь… я так до сих пор и не знаю самого главного – было или не было… если ты понимаешь, о чем я толкую. Мне кажется, ты даже себе не признался в этом…. В общем, ты был красивым парнем, Гарри. Девчонки были от тебя без ума. Да и не девчонки тоже…

Глаза шерифа остекленели, а скулы напряглись.

– Однажды ты шел из школы. Шел своей дорогой, не через центр. Там было очень малолюдно, а точней, о той извилистой тропке вообще мало, кто знал – тем она тебе так и нравилась… до того дня. Но одного человека ты все-таки встретил. Ты не знал его имени, потому что он не жил в Вермингтоне постоянно, а просто подрабатывал на ферме у Кобенов. Тогда у них еще была ферма, а не обветшалое строение, полное призраков, как верят наши с тобой дочери. Так вот он заговорил с тобой, и ты охотно отвечал, но в мыслях у тебя было одно единственное желание – поскорей уйти. Я все верно говорю, Гарри? Ничего не путаю?