Манускрипт всевластия - Дебора Харкнесс

В сферу их деятельности входили не только войны. Они строили церкви, школы, больницы для прокаженных. Поддерживали Крестовые походы в духовном, военном и финансовом смысле. Вампиры — собственники, ревниво оберегающие свою территорию, — идеально подходили для такой роли.

Обретенное ими могущество в конце концов привело их к гибели. Сила и богатство орденов внушали зависть монархам и Папам. В 1312 году Папа и французский король разогнали тамплиеров, ликвидировав угрозу со стороны крупнейшего и самого престижного братства. Другие ордена постепенно угасли сами собой.

Существовали, конечно, разнообразные теории заговора. Поскольку огромную международную организацию трудно разогнать за одну ночь, внезапное исчезновение тамплиеров породило множество фантастических баек о подпольной деятельности странствующих рыцарей ордена. Баснословные богатства тамплиеров до сих пор остаются предметом поисков — отсутствие всяких свидетельств того, что они существовали на самом деле, только раззадоривает искателей.

Деньги. Одна из первых заповедей историка гласит: иди по следу денег. Мои собственные розыски обрели новое направление.

Первый из толстенных гроссбухов стоял на третьей сверху полке, между «Оптикой» Ибн ал-Хайсама[50]и французской героической поэмой. На ее форзаце кто-то написал чернилами греческую буковку «альфа». Предполагая, что это может быть порядковым номером, я нашла следующую книгу и обнаружила на ней букву «бета». Далее на полках нашлись «гамма», «дельта» и «эпсилон». Я не сомневалась, что при более тщательном осмотре отыщу и все остальные.

Чувствуя себя Элиотом Нессом, преследующим Аль Капоне с пачкой налоговых квитанций, я протянула руку, и первая бухгалтерская книга упала в нее. Зачем тратить время и лазить по полкам?

Книга начиналась 1117 годом, и заполняли ее разные лица. Ведя пальцем по строчкам, я видела их всех на пергаменте. Мэтью. Брюнет с ястребиным носом. Рыжий. Некто с теплыми карими глазами, очень серьезный.

Мой палец замер на полученной в 1149 году сумме. «Eleanor Regina, 40,000 marks». Деньги огромные, больше полугодового дохода английского королевства. За какие это заслуги королева Англии отвалила столько военному ордену? Не будучи специалистом по Средним векам, я захлопнула книгу и принялась за шестнадцатый-семнадцатый век.

Том, обозначенный лямбдой, стал настоящим открытием. Рыцари Лазаря на его страницах оплачивали войны, товары, услуги и дипломатию. Они снабдили приданым Марию Тюдор, когда та выходила за Филиппа Испанского. Обеспечили пушки для сражения при Лепанто. Подкупом заставили французов отправиться на Тридентский собор.[51]Финансировали значительное количество военных действий Шмалькальденской лиги.[52]Политические и религиозные соображения явно не влияли на их инвестиции. В одном и том же году они вернули Марию Стюарт на шотландский трон и выплатили немалый долг Елизаветы I Антверпенской бирже.

Я двинулась вдоль полок, высматривая очередные буквы греческого алфавита. На блекло-синем коленкоровом корешке в разделе девятнадцатого века стояла рогатая «пси». Внутри меня снова встретили астрономические суммы — как они, например, умудрились тайно скупить чуть ли не все фабрики Манчестера? Знакомые имена, обозначенные в соседней графе, принадлежали августейшим особам, аристократам, президентам, генералам времен Гражданской войны в США. Попадались, впрочем, и более мелкие отчисления: плата за образование, лечение, одежду и книги, просроченные платежи. Рядом со всеми незнакомыми мне именами неизменно значилось «MLB» или «FMLB».

Недостаточно хорошо владея латынью, я все же была уверена, что это обозначает Рыцарей Лазаря Вифанийского — militie Lazari a Bethania, — а также filia militie или filius militie — сыновей и дочерей этих рыцарей. Если орден продолжал функционировать в середине девятнадцатого века, то и теперь, возможно, функционирует. Очень возможно, что на каких-нибудь купчих и других документах еще оттискивается в черном воске большая печать… и делает это не кто иной, как Мэтью.

Час спустя я, вернувшись в средневековую секцию, открыла свою последнюю счетную книгу — с конца тринадцатого века по первую половину четырнадцатого. Немыслимые суммы больше не шокировали меня, но в районе 1310 года как выплаты, так и поступления значительно возросли, а некоторые имена были помечены красным крестиком. В1313-м рядом с одним таким крестиком я прочитала «Жак де Молэ». Последний великий магистр тамплиеров.

Его сожгли на костре за ересь в 1314-м, а за год до казни он передал все свое имущество Рыцарям Лазаря.

Крестиков было несколько сотен. Может, ими метили тамплиеров? Если так, то их тайна разгадана. Рыцари и их деньги никуда не пропали — те и другие попросту влились в орден Лазаря.

Нет, невозможно. Такую операцию надо очень долго готовить — секретность неминуемо будет нарушена. В это так же трудно поверить, как… как в истории о вампирах и чародеях.

Рыцари Лазаря столь же неправдоподобны, как я сама.

Главная слабость теорий заговора — это масштабность задачи. Никакой жизни не хватит, чтобы собрать нужную информацию, установить связи между отдельными компонентами и запустить всю систему — если, конечно, заговорщики не вампиры. Имея вампира — или, еще лучше, целое семейство вампиров, — о времени можно не беспокоиться. Я это уже поняла, когда исследовала научную карьеру Мэтью.

Возвращая гроссбух на полку, я заново осознавала, что значит любить вампира. Дело не в его возрасте или режиме питания, не в том, что он убивал людей и способен убивать в будущем. Все дело в тайнах.

Мэтью копил их добрую тысячу лет — важные, наподобие Рыцарей Лазаря или своего сына Люка, и второстепенные, вроде знакомства с Уильямом Гарвеем и Чарльзом Дарвином. Мне за всю жизнь их не выслушать.

Впрочем, не одни вампиры хранят секреты. Все иные так делают, боясь разоблачения или желая сберечь что-то исключительно для себя в нашем клановом, чуть ли не родовом, мире. Мэтью не просто охотник, убийца, ученый, вампир — он, как и я, представляет собой целую паутину тайн. Если мы хотим быть вместе, нам надо решить, какими из них поделиться, а какие похоронить навсегда.

Выключенный компьютер проиграл свои несколько нот. Чай остыл, сандвичи засохли. Я надкусила парочку, чтобы не обижать Марту, села и уставилась на огонь.

Рыцари Лазаря взбудоражили меня как историка, а ведьминские инстинкты шептали, что через них я могу понять Мэтью. Хотя орден — не главный его секрет. Ревнивее всего он охраняет свое тайное «я».