Фледлунд - Соня Фрейм

Внезапно он встрепенулся. Послышались чьи-то шаги. Для Ханны они слились в один сплошной гул.

* * *

Утром Киран отловил Сумире и узнал, где их второй загородный дом, под предлогом, что Эрику нужно кое-что срочно передать. Спросонья она не очень понимала, что происходит, и сообщила, как добраться. Рудяк по-прежнему валялся на террасе, и, похоже, это было надолго.

Чтобы осмыслить все, что тот наговорил по пьяни, требовалось время. Сейчас Киран только хотел вытащить Ханну и остановить Эрика. Потому что неправильно смотреть и ничего не делать. Пока он не представлял, как именно придется это решать. Только одно было ясно – оставлять ее с ним один на один больше нельзя.

Он взял из их гаража еще какую-то машину, ключи ему дала сама Сумире. На нее он теперь тоже смотрел иначе, но никак себя не выдавал. Хороших матерей злить ни в коем случае нельзя. Они душевно распрощались, и, выехав на автобан, он перешел на максимальную скорость.

«Что, если весь город сидит на этом дерьме? Как далеко разошелся Морфей? По трубам, пустотам и подземным водам? Когда этому придет конец?» – устало думал он.

Рудяк сказал бы, что проблема в нем. Он не может взять и закрыть на это глаза, как все вокруг делают. Ему ведь даровали совесть, черт бы ее побрал. Теперь он постоянно ощущал себя должным.

Загородный дом располагался в полутора часах езды от Фледлунда, в пригороде Гамбурга. Навигатор указывал путь, а волнение в Киране росло. Он же никогда не сможет сделать с Эриком то же, что и с Пчеловодом… Более того, этим зверствам пора положить конец, Киран был сыт по горло насилием. И если с Эриком попытаться говорить… будет ли он его слушать?

«Ханна бы тебя в первую очередь послушала»,– ехидно заметил внутренний голос.

В этом заключалась вторая часть проблемы. То ли Морфей, то ли любовь отшибли у нее здравый смысл, и он не знал, чего от нее ждать. Сумире благосклонно дала и ее контакты, и Киран отправил Ханне сообщение, ответа на которое, впрочем, не пришло. Но когда он уже подъезжал к месту, она позвонила ему сама.

«Эрик ведет себя странно…»

Что-то в ее голосе пугало. Она словно говорила с ним из другого мира, а затем и вовсе отключилась.

К одинокому дому, стоявшему посреди опушки, вела длинная аллея, и в ее конце уже виднелся «роллс-ройс». Издалека Киран заметил их вещи в беседке, но в ней никого не было. Тогда он вошел в дом и тут же прикрыл рукавом нос и рот. Запах стоял отвратительный.

В гостиной нашлись они оба. Ханна лежала на диване и смотрела в потолок широко раскрытыми глазами. Ее лицо омертвело, и на полупрозрачной коже проступила сеть тонких вен. На тумбе Киран заметил шприц и надломленные ампулы. Эрик же замер над ней, как паук, уперев руку в спинку дивана, и чего-то выжидал.

–Ты что тут делаешь?– вырвалось у него при виде Кирана.

–Рудяк рассказал, что ты даешь ей Морфей,– с ходу сказал он, не намереваясь выдумывать идиотские предлоги, хотя на лице Эрика было написано, что он охотно подыграл бы чему угодно, лишь бы не объяснять происходящее.– Прекрати. Это тупиковая дорога.

В ответ мелькнула диковатая улыбка, и лицо в обрамлении длинных черных прядей стало откровенно жутким.

–Значит, теперь я? Теперь я на очереди?– истончившимся голосом спросил Эрик.– Ты же стал хорошим парнем, наказал уже «Плутон»… Теперь и мне пора навалять. Да, Киран?

«Эрик все равно остался нарциссичным манипулятором и убийцей…» – каркал в голове Рудяк, ставший провидцем всего, что сейчас происходило.

Действительно, он хорошо узнал болевые точки Кирана: извечные сомнения в правильности собственных поступков и в том, как много он должен на себя брать. Но это была слабая попытка развернуть стрелки, Киран не был настолько уязвимым.

–Я не буду тебе «валять». Мы же как братья. Сам говорил. Я пришел… помочь. Вам обоим,– с трудом подбирая слова, продолжил Киран.

Это была битва, но в ней нельзя было драться.

–Что ты с ней сделал?

Черты Эрика чуть смягчились, но он продолжал вглядываться Кирана, всячески пытаясь его прочитать.

–Она в коме. Я ввел ей Морфей, чтобы вызвать эффект расширения сознания. Как тебе сказать вкратце, для чего… Чтобы позволить Ребекке войти. Это сложный процесс.

–Ты отправил ее в Морфеон,– констатировал Киран, уже поняв, что происходит.

–Ого!– удивленно поднял брови Эрик.– Ты осведомлен. Видно, поболтал с нашим светилом. Ну, что тут тогда объяснять. Сам все видишь. И ты знаешь Ханну. Я не делаю ничего такого, чего она сама себе не пожелала бы.

–Приведи ее в чувство, немедленно.– Киран умоляюще посмотрел на Эрика.– Ты не вернешь Ребекку. Морфей, может, что и лечит, но вы все как в трипе, черт возьми! Вы видите то, чего нет! И твоя Ребекка уже мертва. Что бы в Мор-феоне от нее ни осталось, это будет не она. Ты просто изувечишь Ханну и выберешь жить в самообмане.

Эрик вдруг кивнул и раскрыл небольшой железный кейс. Внутри лежали ампулы с цветными маркерами на крышках.

–Хорошо. Ты меня убедил,– неожиданно покладисто ответил он.– Ей нужно ввести адреналин. И она вернется. Затем сделать чистку крови. Но ты будешь ответствен за то, что я потом наложу на себя руки.

–Брось,– не выдержал Киран.– Это манипулятивное дерьмо, и ты понимаешь это. Ты все про себя понимаешь! Не нужно выбирать такие пути. У тебя теперь есть выбор, черт возьми!

Его полоснули быстрым взглядом. Эрик понял, что Киран знает и про психопатию. В том же все меньше оставалось уверенности, что выбор слов повел его в верном направлении.

«Эрик не будет тебя слушать… Ты должен думать о нем как о противнике. Должен».

Это было больно. Перед ним стоял его друг. Странный, немного сумасшедший друг. С которым они напивались, орали песни, с которым он говорил так, как ни с кем. Который никогда его не осуждал. Из них двоих Эрик действительно не плохой человек и просто болен, а до ручки его довели собственный отец и Рудяк, запичкав наркотиками. Киран же – жалкий грешник, запоздало начавший креститься. Но из этой ситуации им уже не выйти, обнявшись по-братски.

Он понимал, что теряет Эрика прямо сейчас.

Тот набрал в шприц адреналин и подошел к Ханне.

–Смотри,– спокойно сказал он, указав на что-то у ее лица.

Киран подошел ближе, и Эрик одним махом вонзил шприц ему в шею.

–Прости,– беззвучно разомкнулись губы Эрика.

Что-то понеслось по венам, и шея начала неметь. Киран отступил назад и выдернул пустой шприц.

–Это Морфей. Адреналин здесь.– Эрик со смешком указал на оставшуюся ампулу.– Ты уже почти чистый, поэтому тебя просто надолго вырубит. Комы, как у нее, не будет. И я не собираюсь тебя убивать, что бы ты про меня ни думал.

Киран еще сохранял ясность мыслей и неотрывно глядел на Эрика. Хороший театр с ампулами, тот выиграл время. Эрик выглядел таким хрупким, что, казалось, его можно было вырубить одним движением. Но шанс был упущен.