Варни вампир - Томас Прест

Оправдания мистера Маршдела. — Ссора. Поиски в парке. — Место смертельной схватки. Таинственный документ.

Нам кажется вполне естественным, что влюбленная Флора была настроена против всех, кто считал Чарльза Голланда способным на ложь. Вот почему, когда мистер Маршдел обратился к ней, она и виду не подала, что хочет слушать его объяснения. Однако искренняя и непринужденная манера, в которой он говорил, не могла не повлиять на нее, и девушка, в конце концов, прислушалась к его словам, время от времени отвечая Маршделу короткими фразами.

— Флора, — сказал он, — я умоляю вас, здесь, присутствии вашей матушки, терпеливо выслушать меня. Вы вообразили меня своим недругом и только потому, что я, в отличие от адмирала, не стал так бойко поддерживать ваше мнение о поддельности писем.

— Чарльз их не писал, — ответила девушка.

— Вы так считаете?

— Это больше, чем мнение. Они написаны другим человеком.

— Конечно, при желании я мог бы без труда оспорить ваше убеждение. Однако, видят небеса, я не жажду заниматься этим. Мне лишь хочется объяснить вам, что вы зря обвиняете меня в посягательстве на честь Чарльза Голланда. Наоборот, я, возможно, больше всех доволен тем, что подозрения в его неблаговидности отпали.

— Большое вам спасибо, — ответила Флора. — Но если бы его честь не подвергалась сомнению, мне не пришлось бы ее отстаивать.

— Хорошо. Значит, вы верите, что эти письма — фальшивки?

— Да.

— И что исчезновение Чарльза Голланда было кем-то спровоцировано?

— Конечно.

— Тогда я буду искать его и днем, и ночью, пока не найду живым или мертвым. Вы можете положиться на меня. И клянусь, что любые ваши предложения относительно поисков мистера Голланда будут приняты мной безоговорочно и полностью.

— Спасибо вам за доброту.

— Моя дорогая, — добавила миссис Баннерворт, — ты можешь довериться мистеру Маршделу.

— Матушка, я доверюсь любому, кто посчитает Чарльза непричастным к этим письмам. Взять к примеру адмирала. Он сразу предложил мне помощь — и рукой и сердцем.

— Мистер Маршдел делает то же самое.

— Я рада это слышать.

— Однако вы сомневаетесь в моей искренности, Флора, — удрученно заметил Маршдел. — Это очень печально. Я не буду больше докучать вам, но, уходя, заверяю вас, что ни на миг не успокоюсь до тех пор, пока не проясню ситуацию.

С этими словами мистер Маршдел поклонился и вышел из комнаты. Несмотря на внешнее спокойствие, он был явно раздосадован тем, что его благородное поведение оказалось неверно истолкованным. Отыскав адмирала и братьев Баннервортов, он выразил им свое желание участвовать в поисках Голланда, дабы раскрыть очередную тайну, омрачающую жизнь почтенного семейства.

— Конечно, если Флора так уверена, то мы должны сделать паузу, прежде чем скажем хотя бы слово в осуждение мистера Голланда, — заметил он. — И пусть небеса не позволят, чтобы это случилось.

— Они не позволят, — ответил адмирал.

— Бог свидетель, я не хотел бы новых подозрений…

— А мне все равно. Я больше не собираюсь ни с кем советоваться.

— Сэр, если ваши слова подразумевают угрозу…

— Угрозу?

— Да. Я должен сказать, что они прозвучали довольно зловеще.

— Ну что вы, уважаемый? Вам это показалось. Конечно, каждый человек имеет право выражать свое мнение, но, знаете, после последних событий я могу вызвать на дуэль любого, кто будет приписывать эти письма моему племяннику.

— Ах, даже так?

— Да, так.

— Тогда вы довольно оригинально разрешаете людям выражать свое мнение.

— И вовсе не оригинально!

— Какие бы огорчения вы ни выставляли, адмирал, я не побоюсь разойтись с вашим авторитетным мнением, если сочту это необходимым.

— То есть, вы будете оспаривать мои суждения?

— Да, буду.

— Ладно. Что будет дальше, вам известно.

— Если вы намекаете на дуэль, то я откажусь от нее.

— Откажетесь?