Адский Дом - Эдвард Ли

- Дай мне передохнуть! - крикнула она. - Как ты думаешь, почему я бросила школу в седьмом классе?

- Я не ожидаю, что ты поймешь все до конца, потому что теория рассчитана на то, чтобы быть непонятной. Но теперь мы знаем о ней достаточно, чтобы использовать ее в своих интересах. Я просто хочу, чтобы ты подумала об этом, пока наше путешествие продолжается.

Рут поняла, что у нее начались месячные.

- Мне надоело слушать эту чушь! И знаешь что? Я бы сказала, что есть очень хороший шанс, что я не собираюсь тратить чертовски много времени на размышления о гребаной теории нерелятивности, потому что дерьмо, которое уже произошло, остается в прошлом!

Александр остановился и удивленно поднял брови.

- Рут, это здорово! Ты поняла! Я уже говорил тебе, что здесь все наоборот. Так как же это относится к тому, что ты только что сказала?

Рут заскулила; у нее болел мозг.

- Я не знаю! Дерьмо в будущем уже позади?

- Да! Ну, то есть кое-что. Никогда нельзя сказать, что именно, потому что время в Аду непостоянно. Ты все поняла!

"К черту все это дерьмо, - подумала она. - Я просто хочу немного гребаного лака для ногтей, потому что мои ногти выглядят как дерьмо".

- А если время больше не является надежной единицей измерения и если здесь все наоборот, объясни это, - священник указал вверх толстым когтистым пальцем.

Черт возьми...

Всего несколько мгновений назад Рут заметила, что багровый оттенок неба уменьшается; теперь она прикрыла глаза от солнечного света в скромном, но неопровержимом отверстии голубого неба.

- Солнечный свет! Как на Земле!

- Да, Рут. А если здесь все наоборот... как такое может быть?

Глаза Рут сверкнули при виде этого великолепного зрелища. Настоящий солнечный свет заливал ее лицо.

- Наверно, наверно, - попыталась ответить она, - что-то случилось... кто-то облажался?

Александр явно не одобрял ее выбор слов, но сказал:

- Этого достаточно. Однажды здесь произошло нечто, что загрязнило постоянную среду Мефистополиса, но помни, что здесь загрязнение означает очищение.

- Так что же случилось?

- А теперь посмотри вниз...

Рут была слишком занята, глядя на круг красивого голубого неба, что даже не заметила, на что светит невозможный солнечный свет. Ее глаза опустились...

- Что это за хрень?

Она смотрела на груду обломков размером с самую большую пирамиду в Египте.

- Это был дом Люцифера, самый высокий небоскреб в истории. Это было 666-этажное здание под названием "Мефисто Билдинг".

- Похоже, кто-то сделал свою работу.

- Вот именно. Человек нашел вход в Ад и освятился через акт Святого мученичества. Она пожертвовала своей жизнью в этом здании, во имя Бога. Результатом стала расщепляющаяся атомная реакция, почти такая же, как при взрыве атомной бомбы. За две секунды она превратила все здание в груду хлама, - рассказывал священник.

- Ух ты. Это облом, что парень, который это сделал, теперь мертв.

- Не парень, - пробормотал Александр.

- Что?

- Но это не имеет значения. Самоубийца освятил самый нечестивый участок земли в Аду. Она очищена навсегда. Там не может существовать никакого зла.

Рут обдумала ситуацию и усмехнулась.

- Держу пари, что это здорово бесит сатану.

- Ага. Прежнее жилище сатаны теперь – это единственный освященный периметр в Аду. Но, как видишь, периметр не очень большой. - Он хитро улыбнулся ей. - Но у нас есть кое-что в рукаве, что может создать еще одну освященную зону, которая будет только расти и расти.

- Как? - спросила она.

- Со временем... Я не хочу сокрушать тебя. - Его толстые серые ноги согнулись, когда он начал приближаться к виртуальной горе обломков. - Пойдем, мне нужно, чтобы ты кое-что прочитала.

Кое-что прочитала? Рут не могла понять, что он имеет в виду.

Когда они приблизились к куче, Рут чуть не упала в обморок от прилива свежего воздуха. Солнце, освещавшее ее лицо, принесло в ее сердце такой восторг, какого она никогда не помнила. Потом – цветы! Она обрадовалась, увидев яркие разноцветные цветы, растущие между бетонными плитами размером с автомобиль. Когда они добрались до края обломков, на глазах у Рут стояли слезы.

Но что он сказал? У него есть какой-то план, чтобы освятить еще больше земель в Аду?

- Помнишь того испанского монаха, о котором я говорил? – спросил он.

- О, парень, который написал все это дерьмо на твоей коже?

- Да, каллиграф. Ну, ему пришлось написать какую-то информацию на моей спине.

Рут с некоторой тревогой заметила, что каждый квадратный дюйм торса священника покрыт шрамами. Даже спина.

- Большая часть надписей написана на енохианском или зраетском, которые ты не знаешь, - сообщил он. - Просто найди шесть странных имен подряд. Они должны светиться.

Рут заметила их сразу, потому что они действительно светились мягким беловато-голубым светом, как светящаяся краска. Она медленно произносила их:

- Аблисса, Эйлла, Азусис, Белит, Гесмари, Цаэлла.

- Прекрасно. Ты их нашла. А теперь – светятся ли имена?

- Да, - Рут провела пальцем по рельефному тексту и обнаружила, что буквы странно холодные. - Похоже на ту штуку, которую используют на часах, чтобы стрелки светились в темноте.

- Беловато-голубой свет? - обеспокоенно спросил священник. - Не темно-красный?

- Он беловатый, - начала она, но потом ее глаза расширились. Когда она посмотрела на ряд странных светящихся имен, они... - Они просто изменились! Теперь они светятся красным.

Александр кивнул и опустил рубашку.

- Это значит, что время приближается. Ангелы просто потеряли свою чистоту.

- Ангелы? - спросила Рут.

- Эти имена – имена шести совершенно особенных ангелов, - начал священник и повел Рут прочь от великолепного отверстия в небе. - Их называют калигинаутами. Они Святые воины, которые проникают в Ад и сражаются с операциями Люцифера. Это их миссия – проникнуть в Мефистополис и... - Он, казалось, с трудом подбирал нужные слова.

- Устроить все это дерьмо? - предложила Рут.

Александр, как всегда, нахмурился.

- Да, Рут. Эти маленькие стычки между Небом и Адом продолжаются уже тысячи лет. - Пустынная дорога темнела по мере того, как они удалялись от горы обломков. - Но именно эти ангелы сейчас в плену.

- Хочешь сказать, что они в тюрьме?

- Они в месте похуже тюрьмы. Они в Нижнем алтаре крепости Бонифация. Я уже