Страж водопоя - Эдуард Веркин

– Нигде, – ответил я. – Это пока только перспективные исследования, у нас отец в секретной лаборатории работает, взял прототип на испытание. Лазерный палец свободы называется…

Светка промолчала.

Из «Логана» просигналили ещё.

– Понятно. – Пацан вздохнул. – Ладно, мне пора.

Он протянул мне руку.

– Бывай, – я пожал. – Хорошо тебе доехать.

Светке он руку протягивать не стал, сказал только:

– До свидания.

Воспитанно и с уважением.

– Стрелять и бегать, – сказала Светка. – Стрелять и бегать, запомнил?

Пацан кивнул и побежал к машине.

– Ну и зачем?

Уехали.

– А, отстань.

– Может, пойдём погуляем? – предложил я. – Пока ты тут всё не спалила?

– Да всё нормально, не буду больше. Сходи за чаем ещё?

Я отправился в кафе за чаем.

На террасе скучали две официантки, я попросил ещё чаю, младшая официантка ополоснула чайник и стала заваривать. Со стороны дороги послышалось тарахтенье. Наглое, басовитое, тракторное, так бессовестно тарахтеть может только один наглый тип.

С шоссе съехал чёрный мотоцикл. Он переваливался по грунтовке медленно, обстоятельно, уверенно в себе.

Дождались.

Официантка уставилась на дорогу, так что кипяток в чайник перелила.

– Осторожно, – попросил я.

Но она даже и не заметила, крышечку закрыла, чайник мне вручила.

– Спасибо, – сварливо сказал я.

Вторая официантка тоже смотрела на улицу, ничего вокруг не замечая. Мотоциклист остановился напротив кафе, рыкнул мотором, выставил подножку. Официантки с ревностной неприязнью переглянулись.

Мотоциклист выбрался из седла, снял шлем. Официантки дружно вздохнули. Мотоциклист заметил меня, помахал рукой.

– Ты его знаешь? – спросила та, что пролила чай, молодая.

– Немного, – сказал я.

Мотоциклист потянулся, снял «черепаху», почесал бороду.

– Некит!!!

Светка выскочила сбоку, повисла на шее у мотоциклиста. Тот поймал Светку одной рукой, закинул на плечо, расхохотался. Затем подкинул и словил. Светка визжала.

– Некит? – Официантка печально улыбнулась.

– Никита, – пояснил я. – Могу познакомить, если хотите.

Официантки вздохнули. Синхронно. С несбыточной, я бы сказал, тоской.

– А он… – молоденькая усмехнулась. – Он кто?

– Некит-то? А, так… Клининговый бизнес.

– Клининговый…

Ладно, мне надоело всё это томление, я взял чайник и направился к Никите и Светке. Можно подумать, сто лет не виделись!

Никита уже поставил Светку на ноги и теперь отбивался от её наскоков. Светка старалась треснуть его кулаком, Никита уклонялся. Романтика.

– Привет, Марсик, – кивнул он мне. – Как дела?

– Привет, Никитос. Спасибо, живы. А я гляжу, ты новый понтовоз купил? А бабушка одобряет?

– Это же V-max! – Светка запрыгнула на мотоцикл. – Это же «Пианина»! Я тоже такой куплю!

– Бабушка и купила, – улыбнулся Никита. – На именины…

Бабушка на именины купила Нике пианину, щас прослежусь.

– А мне только через год можно! – Светка хлопнула по баку. – Слушай, Некит, поговори с нашим стариком, пусть он…

– Правила есть правила, – возразил Никита. – Извини…

– Чай стынет. – Я направился к беседке.

Никита и Светка за мной.

Никита сразу посмотрел на обугленное осиное гнездо, на обрезанный стол, усмехнулся. Не люблю я его. Не люблю. Понтовщик на понтовозе, борода, вихры, хайратник, официантки на всех заправках падают в обморок. Герой Грез. Уселся, вытянул ноги, положил на стол телефон. Светка сидела рядом, смотрела на Некита с восхищением. Сейчас стошнюсь.

– А отец где? – спросил Никита.

– Спит, – Светка указала лазерным пальцем в сторону машины. – Разбудить?

– Нет, не надо, пусть отдыхает. Как у вас прошло?

– Нормально, – ответил я. – Практически…

– Город выгорел, – ухмыльнулась Светка. – Пуфф!

Никита нахмурился.

– Нет, это не я, – помотала головой Светка. – Хотя мне и хотелось! Ты не представляешь, как руки чесались…

Светка почесала запястье.

– Они сами, – сказала она. – То есть сам. Короче, один всё-таки нашёлся.

Никита поглядел на меня.

– Один и ещё его сыновья, – уточнил я. – Трое. Выступили против.

– Понятно…

Всё ему всегда понятно.

Никита взял телефон, запустил диктофон, воспроизведение.

– …возможно введение карантинных мероприятий. Напоминаю, что сегодня ночью в Холмском районе произошёл массовый падёж крупного рогатого скота. Жертвами скоротечной эпизоотии стали полторы тысячи коров – почти все мясное стадо района. Отмечаются случаи гибели животных в фермерских хозяйствах и в частных подворьях…

– Ну да, он всё-таки пообедал, – ухмыльнулась Светка. – Бедные коровки.

Никита выключил телефон.

– Хорёк добрался до курятника, – сказала Светка. – И был голоден и зол. Так получилось…

Никита промолчал.

– Я могла его нейтрализовать сразу, – сказала Светка. – Но нам же нельзя, мы же ещё маленькие…

Светка щёлкнула пальцем по осиному гнезду, оно распалось в прах. Сейчас Никитос начнёт изображать строгого начальника. Ну, пусть.

– Веста, – сказал он проникновенным голосом. – Я ничуть не сомневаюсь, что вы могли разобраться сами…

– Да я б и одна с ним справилась! – нагло перебила Светка. – Легко!

Я с сомнением покачал головой. Светка начала сердиться.

– Да я сто раз могла его в распыл…

– Веста, – Никита перешёл на новый уровень убедительности, ну и официоза немного добавил. – Текущая задача на данном уровне ваших компетенций – выявление агнцев, а не ошкуривание козлищ. Это гораздо, гораздо важнее. Вопросы утилизации…

Никита самодовольно улыбнулся.

– Этими вопросами занимаются более подготовленные единицы, – заявил он.

Ещё бы мышцы напряг. Редкий долдон. Но по части ошкуривания козлищ, надо признать, из первых. Я сам не видел, но, по слухам, у него в правом рукаве особая заточенная цепочка с титановой гирькой на конце, что-то вроде кистеня. Им он и осуществляет свои клининговые компетенции.

Светка вздохнула.

– Не переживайте, – успокоил Никитос. – Придёт и ваше время. Всем достанется, уж мне поверьте.