Вампиррова победа - Саймон Кларк

Все четверо сидели за столом на кухне. От кружек с кофе поднимался пар. Молоко, пролитое из неловко разорванного бумажного пакета, растеклось по дереву стола лужицами белого. С сигаретой, зажатой в толстых губах, Джек Блэк покачивался на двух ножках стула, глядя при этом в потолок.

Электра не могла не заметить, что на Бернис ее одежда — длинная черная юбка, шелковая блузка и черные шелковые перчатки, плотно облегающие ее запястье и руку выше локтя, — но не только не сделала никакого замечания, даже виду не подала, что заметила.

— Электра, — тихим ровным голосом говорил Дэвид. — Давай разберемся. Ты не станешь звонить в полицию?

— Нет, не стану.

Опершись локтями о стол, Бернис подалась вперед, чтобы серьезно взглянуть в лицо Электры.

— Электра, но почему?

— Ладно, Бернис, Дэвид. Я позвоню в полицию. И что я скажу сержанту Морроу, когда он войдет вот в эту дверь?

— Расскажешь ему, что произошло. Это ведь так просто.

— Но что именно произошло, Бернис? Расскажи мне.

Бернис вздохнула, собираясь в третий раз пересказывать одно и то же.

— Из лифта, спотыкаясь, выбежала женщина. Я подхватила ее, когда она начала падать.

— Нет, нет, Бернис. Потом. Что случилось с этой женщиной, с Фионой Хилл, когда она выскочила из лифта?

— В подвале?

— Да. Куда она делась?

— Она не выскочила. Не по своей воле. Он... — Бернис ткнула пальцем в Блэка, — он ее вытолкнул.

— Она выбежала из лифта, — угрюмо ответил Джек.

— Что?

— Она выбежала.

— Но там же была борьба!

— Да... она вырывалась у меня из рук. Я попытался помешать ей убежать. Как док и говорил, ее нужно было отправить в больницу.

— Электра. Послушай. — Держи себя в руках, Дэвид, подумал он; давай обсудим все это спокойно и мирно. — Послушай. На женщину, по всей видимости, напали. Она был избита, у нее шла кровь. Из ранки вот здесь, у самого локтя; у нее был шок. Мы только что поднимались в номер, который она занимала.

— И кого мы там обнаружили? — вопросила Электра.

— Согласен, никого. Но вся комната была перевернута верх дном. И на простынях, и на двери в ванную была кровь.

— Но никакого мистера Смита?

— Нет, но что ты ждала увидеть? Расчлененное тело?

— Может, и да, — передернув плечами, согласилась Электра. — Но мы ничего не нашли.

— Хаос в комнате и кровь — это, по-твоему, ничего? И где твои постояльцы?

Электра вздохнула. Вздох вышел усталым и к тому же каким-то житейским, будто ей приходится, наконец, посвящать любопытного племянника в правду половой жизни.

— Дэвид, я держу гостиницу. И иногда здесь случаются вещи из ряда вон выходящие. Бывает, вселяются двое мужчин, которые требуют отдельные номера. А наутро горничные обнаруживают, что спали они в одной комнате, а простыни... ну, несколько испачканы. Бернис, Дэвид, мы живем в реальном мире. Гостиницы существуют не только для семейных пар, которым понадобилось остановиться на ночлег по пути в Диснейленд. Не смотри на меня так, Бернис: да, мои слова звучат как поучение. Но реальность такова, что некоторые люди действительно поселяются в гостинице ради адюльтера. И временами это могут быть те еще извращенцы. Некоторым нравится грубый или жесткий секс; тогда кровь попадает на простыни и мебель; да, доктор Леппингтон, мне случалось находить и измазанную вазелином ножку стула, и кровь на английских булавках. Тебе не хуже меня известно, что, помимо людей богобоязненных, что скрупулезно выдерживают одну-единственную миссионерскую позицию и целуются, не раскрывая рта, существуют еще садисты и мазохисты. Случается, в мусорных корзинах находят пятки or самокруток с травой или обрывки сожженной пленки, и таким образом мы узнаем, что в номерах принимали наркотики, — спроси управляющего любой гостиницей или мотелем в мире. Иногда одного из любовников заносит, и другой от страха или ярости бросается прочь из номера. Они могут быть забалдевшими от наркотиков или струсить от того, что соски им пробивают степлером, или...

— Ты хочешь сказать, — прервал ее Дэвид, — что это была прелюдия в духе садомазохизма, которая вдруг вышла из-под контроля?

— Возможно, — кивнула Электра.

— Но девушка была вне себя от ужаса. — Бернис так сильно сжимала кружку с кофе обеими руками, как будто хотела вдавить толику здравого смысла в Электру. — Она упала в обморок у меня на руках, она бессвязно бормотала...

— Доктор, могут наркотики дать подобный эффект?

— ЛСД, — медленно кивнув, допустил Дэвид. — Он может оказывать подобное воздействие — в зависимости от состояния сознания человека.

— Но это так и не объясняет, куда подевались эти мисс Фиона и мистер Смит.

Электра слегка пожала плечами.

— Бернис, тебе известно, что постояльцы иногда сбегают из гостиницы?

— Посреди ночи? И на девушке не было ничего, кроме моего халата!

— Они оказались в затруднительном положении. Она вполне может быть школьной учительницей, он — кем угодно, по мне, так даже архиепископом. В конце концов я весьма и весьма сомневаюсь, что мистер Смит — его настоящее имя. Окажись ты на их месте, не хотелось бы тебе в подобных обстоятельствах поскорее убраться из гостиницы, пока об этом не пронюхали газеты?

— Они оставили одежду, — не сдавалась Бернис.

— Ну и что? Ты же видела Гробик.

— Чей гробик? — заинтригованно переспросил Дэвид.

— Просто Гробик. Объясни ему, Бернис.

Теперь выражение лица Бернис было скорее мрачным, чем потрясенным: у Электры на все находился ответ.

— Гробиком, — начала она, — здесь называют кладовку под лестницей. Там хранятся чемоданы и другие вещи тех, кто покинул гостиницу, не заплатив.

Дэвид удивленно поднял брови:

— И часто это случается?

— Видел бы ты, насколько она забита. От пола до потолка. Поверьте мне, доктор, такое происходит с момента постройки гостиницы. Люди решают, что не желают оплачивать счета, или вдруг им приходит в голову, что тот, кто еще утром казался им славным парнем, на самом деле распоследний мерзавец, и фр-р-р... они исчезают, оставляя все свои пожитки.