Месть и пламя - Мара Вульф

– Девушка из таверны предупредила меня, что в нем может быть мандрагора. Сколько вы выпили?

– Два или три кубка, чтобы расслабиться. – Она была совершенно не в себе.

Алексей в мрачной задумчивости смотрел на огонь.

– Иван любил сливовое вино, – сказал он. – Оно напоминало ему о бабушке. Ее зарезали виккане. Это был кошмар.

Ему бы понравилось это вино.

– Пойду поищу Селию, – сердито произнес Невен. – Ты побудешь с ними? Не хочу, чтобы такие же пьяные ведьмаки устроили самосуд.

– Я останусь здесь. Поторопись.

Ситуация могла стремительно обостриться. Стригои и ведьмы были врагами дольше, чем друзьями. Впрочем, Люциан не допустит, чтобы с Селией что-то случилось. Я села к Кайле и забрала у нее кубок.

Она положила голову мне на плечо и проводила взглядом Невена.

– Ты тоже иди. Спасибо, что не позволила Криспиану осквернить тело Ивана. Иначе мне пришлось бы его убить, а нельзя. Пока нельзя. Но это тяжело.

Ее красные глаза светились в темноте, пока стригойка следила за каждым движением оравы Криспиана, которая все еще галдела неподалеку. К ним присоединилось несколько ведьмаков из деревни, и вместе они выглядели довольно грозно.

– Присмотри за Селией. Она тоже пила, и я боюсь, что если она сейчас увидит Невена, то плюнет на все свои запреты. – Слова звучали невнятно, но я все равно поняла. Кайла хотела, чтобы я ушла, и для этого годился любой предлог.

Надо уложить их спать. Обоих. Пока они не наделали глупостей.

– Его кровь слишком ее искушает, – размышляла вслух Кайла. – Ты заметила, как они ходят вокруг друг друга на цыпочках? А на самом деле готовы трахаться весь день без остановки.

Это вывело Алексея из ступора.

– Ты говоришь о моей младшей сестре. – Он поднял к губам свой кубок, но, сообразив, что он пуст, бросил его в траву. – Так что думай, что говоришь.

– У твоей младшей сестры есть естественные потребности, – неожиданно гораздо бодрее протянула Кайла. – Тебе давно пора это осознать. У тебя, кстати, они тоже есть, так что перестань сопротивляться и избавь всех от страданий.

– Если колдун хотя бы пальцем к ней прикоснется, я прикончу его, – пробурчал Алексей, поднимаясь и покачиваясь, никак не реагируя на последнее замечание подруги.

Мне стало интересно, о ком говорила Кайла. Что я пропустила?

– Поверь мне, он знает, – заявила та.

– Они практически не смотрят друг на друга, – возразила я. – Селия всегда грубит ему, а это уже о чем-то говорит.

– И это никогда не казалось тебе странным? – поинтересовалась Кайла. – При первой же их встрече я поняла, что эти двое создадут кучу проблем. Колдун и сестра палатина. Не лучший выбор.

Оглянувшись, я обнаружила Невена и Селию, явно поглощенных жаркой дискуссией. Селия гневно жестикулировала, держа в руках два кубка. Затем она поднесла один к губам и выпила его до дна. Невен отобрал у нее второй и опрокинул его. Люциан, наблюдая за происходящим, покачал головой, а потом направился к нам.

– Пусть уже разберутся с этим, – задумчиво произнесла Кайла. – А сейчас мне срочно нужна бочка воды. – Люциан протянул ей кубок. Она мотнула головой: – С меня хватит. И позаботься вот о нем, – Стригойка указала на Алексея. – Вы оба трусы.

Потом она схватила меня за руку и потянула к дороге, не обращая внимания на мои протесты. Ее хватка оказалась слишком крепкой, чтобы из нее можно было вырваться. Не останавливаясь, мы достигли рыночной площади.

– Мне уже надоело терпеть властных, упрямых стригоев, – проворчала я.

Кайла откинула волосы с лица.

– Магнус тоже так говорит.

Я закатила глаза и велела ей сесть на край фонтана.

– Пойду принесу воды.

Через некоторое время я к ней вернулась. Между тем танцоры освободили площадь, и по ней расхаживал бард с укулеле в руках. Голоса собравшихся смолкли, как только он запел. В ночное небо полетела теплая и мягкая мелодия истории, которую он рассказывал. Пляшущие черные тени дополняли представление, а языки пламени оживляли слова. Они рисовали в темном небе горы, окружающие деревню. Я заметила расщелину, но теперь из нее вынырнули молодые люди – за считаные секунды их лица превратились в жуткие морды.

– Монстры пляшут на камнях и скалах, окутанные сотнями тайн и загадок, – начал мужчина. – Их тихий шепот сквозь ночь пролетит, когда луна за ним не уследит. Живут в расщелинах монстры давно, и там они властвуют как стражи гор.

К этому моменту все остальные звуки смолкли. Окружающие завороженно слушали балладу. Картинки расплывались и менялись. Молодые девушки бежали в сторону гор, навстречу своей гибели.

Мужчина понизил голос.

– Услышь их шаги – как нежны и легки! – когда свой зов тебе пошлют они. И эхо их шагов повсюду разнесется, холодных старых гор живительно коснется.

Рядом со мной тихонько заплакал ребенок, но его мать почти не обратила на это внимания.

– Они хотят любви, скорей иди на звук. Волнительно мурашки покроют кожу вдруг, когда их наконец-то ты найдешь и собственную страсть нежданно обретешь.

Он сделал паузу, аккомпанируя себе на укулеле. Все с нетерпением ждали продолжения.

– Те монстры, что в горах таинственно живут, простят любой твой грех и всякую вину. Ведь глубоко во тьме у каждого в груди томятся души, полные любви.

У меня по рукам побежали мурашки, а когда я обернулась, то сразу встретилась взглядом с Нексором. Его серебряные глаза не отрывались от моего лица. Я отвернулась. Он был одним из этих монстров, но в то же время и кем-то гораздо бо́льшим.

– Один лишь взгляд покажет с ясностью: их красота – суровая и настоящая. Мораль же истории нашей гласит: по внешнему облику всех не суди, – продолжил певец. – Даже монстры – нечто большее, чем просто лик, они – часть мира. Так тому и быть.

Черты страшных морд изменились, и лица мужчин стали неотразимо красивыми. Бард поклонился, взмахнул укулеле, и огненные образы пропали, как и он сам. Остался лишь плащ, который подхватил невидимый ветер и унес прочь.

Зрители словно сбросили чары, они визжали от восторга и бурно аплодировали. Затем стали требовать певца на бис, однако тот бесследно исчез.

– Жутко и глупо, – прокомментировала Кайла. – Монстры есть монстры. Пойдем. Мне нужно еще воды. Этим ведьмам хватит безумия отправиться сегодня в горы.

Она с презрением посмотрела на группу молодых женщин с раскрасневшимися щеками. Не исключено, что ее предположение оправдается.

Мы нашли свободные места за столиком у входа в таверну, и уже сидевшие за ним