Вляпалась! - Келли Линк

Проснись, проснись.

Порция устраивает вечеринку в честь своего дня рождения. Вечеринка начнется без тебя. Проснись, Гвенда. Проснись. Скорее, скорее.

Тихая музыка. Запах теплого хлеба. Она могла бы быть дома. Сколько домов назад? В своей детской постели, пока мама печет хлеб внизу.

Гвенда — последний спящий человек на космическом корабле «Дом секретов» — открыла глаза. Сползла со своей узкой кровати. Поднялась — или упала — в камеру.

Камера тоже была маленькой и тесной, как ячейка в медовых сотах. Мягкий розовый свет, невидимые ящики, камера и кровати — и все пусты. Астронавт по имени Гвенда вытянула руки, потерла голову. У нее снова отросли волосы. Иногда она представляла себе койку, забитую массой волос. Под их удушающей тяжестью проходили столетия.

Теперь она еще чувствовала запах старых книг. Библиотека. В ее голове вместе с ней была Морин, которая смотрела на книги, наблюдала за ее сердечным ритмом, за тем, как сужаются зрачки. Морин была кораблем, Домом и хранителем всех его секретов. Дух в воздухе; умиротворяющее гудение в подсознании; алхимическая последовательность запахов и излучений.

Гвенда сделала вдох. Снова потянулась, медленно выполнила сальто через голову. В ее крови, в ее нервной системе начались загадочные химические процессы.

Так обстояли дела на космическом корабле «Дом секретов». Ты спала, просыпалась и снова засыпала. Ты могла проспать год, пять лет. Всего было шестеро астронавтов. Иногда остальные просыпались раньше. Иногда ты проводила несколько дней, несколько недель в одиночестве. Но на самом деле ты никогда не бывала одна. С тобой всегда была Морин. Когда ты спала и когда просыпалась. Всегда.

Все ждут тебя в большом зале. Сегодня подают жареного карпа. Шоколадный торт.

— Запах прилива, — сказала Гвенда. — Мангровые деревья, море, подступающее к их корням. Я провела там лето.

Ты приехала с одним мальчиком, а уехала с другим.

— Верно, — сказала Гвенда. — Я и забыла. Это было так давно.

Сотню лет назад.

— Как долго! — сказала Гвенда.

Вовсе нет.

— Нет, — сказала Гвенда. — Совсем недолго. — Она коснулась волос. — Я спала…

На сей раз семь лет.

— Семь лет, — сказала Гвенда.

Аромат цитрусовых. Лаймовые деревья. Другие запахи, приятные запахи, исходившие от Мей и Салливана и Аун и Порции. Сиси. Химический состав их тел отрегулирован с целью создания гармоничных отношений. Они неизбежно должны были стать веселой группой.

Гвенда сбросила оковы долгого сна. Опустилась к изгибу переборки, нажала на ящик. Он открылся, и она вошла внутрь, чтобы привести себя в порядок, чтобы ее проверяли, вкалывали что-то, намыливали и обливали водой. Она избавилась от отросших волос, от нежного пушка на руках и ногах.

Так медленно, так медленно, нервничала Морин. Позволь мне избавить тебя от всего этого. Навсегда.

— Когда-нибудь, — сказала Гвенда. Она открыла судовой журнал, проверила таблицы своих подопытных, своего карпа.

Вот почему ты опять последняя. Вечно копаешься, Гвенда. Не проявляешь должного благоразумия в вопросах ухода за собой. Тебя все ждут. Ты пропускаешь все самое интересное.

— Аун просила финскую дискотеку, или финскую сауну, или северное сияние. Салливан играет с собаками. Мей болтает с кинозвездами или знаменитыми композиторами, а Порция ведет себя вызывающе. Там есть водопады, или красные деревья, или дельфины, — сказала Гвенда.

Цветы вишни. Вестминстерское собачье шоу. 2009. Побеждает суссекс-спаниель по кличке Ch Clussexx Three D Grinchy Glee. Сиси надеется, что ты поторопишься. Она хочет что-то тебе сообщить.

— Что ж, — сказала Гвенда. — Тогда мне и вправду лучше поторопиться.

Гвенда шла по коридору, Морин неотступно сопровождала ее. Зажегся свет, затем снова погас, и коридор за спиной у Гвенды погрузился во тьму. Была ли Морин золотым светом впереди или тьмой, что следовала за ней по пятам? За стеклянными стенами плавали карпы.

Затем она оказалась на камбузе, и большой зал был прямо над ней. Долговязая Сиси просунула голову через смотровое окошко.

— Новая татуировка?

Это старая шутка.

Гвенда была с головы до ног покрыта росписью. На ее теле можно было отыскать Дюрера и Доре, двух китайских драконов и кельтский крест, даму бубен, разорванную волками на восемь кусков, девочку на ракете на детской площадке, статую Свободы и флаг штата Иллинойс, цитаты из Льюиса Кэрролла, Апокалипсиса и сотни других книг и еще сотни различных чудес. На тыльной стороне правой ладони Гвенды был нарисован космический корабль «Дом секретов», а на левой — его близнец, «Дом тайн».

У Сиси была пара старых ковбойских сапог, у Аун — крест из слоновой кости на цепочке. У Салливана был экземпляр «Моби Дика», у Порции — четырехкаратный бриллиант в платиновой оправе. У Мей — вязальные спицы.

У Гвенды — татуировки. В полеты дальнего следования астронавты отправлялись налегке.

Чьи-то руки подняли Гвенду и втащили ее в большой зал, похлопали по спине, по плечам, коснулись головы. Здесь не было невесомости. Здесь был пол, и она стояла на нем. Здесь был стол, а на столе — торт. Ее встретили улыбки на знакомых лицах.

Играла очень громкая музыка. Собаки с шелковой шерстью гонялись за цветочными лепестками.

— Сюрприз! — сказала Сиси. — С днем рождения, Гвенда!

— Но это не мой день рождения, — возразила Гвенда. — Это день рождения Порции.

— Небольшая ложь, — сказала Морин.

— Это моя идея, — сказала Порция. — Я придумала устроить тебе вечеринку-сюрприз.