Прелат - Ольга Крючкова

Команда наёмников погрузилась в шлюпку, налегла на вёсла и вскоре полным составом поднималась на борт каравеллы. По их чёрным от гари лицам, командору сразу стало ясно: надо дать людям отдых и пожаловать хорошего вина.

– Дон Рене, я рад видеть вас на борту судна! – воскликнул командор. – Может быть, вы посвятите меня: откуда исходил чёрный дым?

– Непосредственно из крепости, дон Рамирес, прямо с её площади… – устало ответил идальго. – Позвольте мне умыться, немного отдохнуть и я посвящу вас во все подробности сего предприятия.

– Да, да, конечно! Отдыхайте! С нетерпением буду ожидать вас в каюте.

Рене кивнул: ему нестерпимо хотелось смыть с себя погребальный пепел бывших обитателей Сен-Филиппе.

Наконец, некоторое время спустя командор и идальго ди Калаорра сидели за столом, наслаждаясь вином. Отпив немного из бокала, Рене во всех ужасающих подробностях поведал дону Рамиресу о том, что обнаружил отряд наёмников в испанской крепости.

Дон Рамирес поставил бокал на стол и задумался.

– Вы же не знаете наместника в лицо… Откуда у вас такая уверенность, что его не было среди растерзанных людей?

– Интуиция, командор.

– Ах, да… Я припоминаю: вы говорили мне, что она вас никогда не подводила. Что ж… Значит, дон Барбалес бросил Сен-Филиппе на произвол судьбы, а сам на «Звезде Кастилии» бежал и, вероятнее всего, в Англию.

Рене удивлённо вскинул брови.

– Отчего же в Англию?

– Он мечтал купить лордство и стать пером. В Испании же бывший наместник страшился инквизиции.

– Пожалуй это резонно… Во Франции порой инквизиторы чрезмерны в усердии, но в Испании… – неосторожно заметил идальго.

Командор встрепенулся.

– Да, дон Рене… Всё хочу вас спросить… Ведь вы – не испанец, а скорее – француз?

Рене рассмеялся, он прекрасно понимал, что в Испании трепетно относятся к генеалогическим древам и этот разговор рано или поздно должен был состояться.

– Моё полное имя Рене Альварес де Шаперон де Бланшефор ди Калаорра.

– О! Кажется, земли Бланшефор находятся в предгорьях Пиренеев!

– Вы совершенно правы, командор, и я владею ими. В моих жилах течёт как французская, так и испанская кровь. Как вы когда-то изволили заметить: идальго Диего ди Калаорра – мой ближайший родственник. – Не смутившись, солгал идальго, и невольно подумал о Папской булле. Ведь в ней предусмотрительно не было указано имени владельца сего ценного документа, а лишь значилось, что податель сего обладает таким-то правом и каждый истинный католик и во Франции, и в Испании, и других королевствах обязан содействовать ему, дабы на то – воля Господа. На Рене накатили воспоминания: «Анри Денгон был прозорливым человеком, он словно предвидел, что я могу попасть в весьма щекотливые обстоятельства…»

– Да-а-а… – задумчиво протянул командор. – Но давайте вновь вернёмся к нашим «баранам»…

Рене усмехнулся, его иногда забавляли высказывания дона Рамиреса.

– Вы имеете в виду: следует определить дальнейший план действий?

Командор кивнул.

– Надеюсь, в вас не возникли сомнения по поводу того, что экспедиция провалена, так и не начавшись?

– Нет, ни я, ни наёмники, которые сошли со мной на берег, так не думают. Жажда золота слишком велика и они готовы идти до конца.

– Прекрасно. Тогда обсудим все тонкости дела. Увы, я так понимаю: вряд ли мы найдём проводников и носильщиков.