Мы здесь - Майкл Маршалл Смит

И тем не менее Кристина направлялась вглубь по променадной дорожке. Сиротливо пустовали скамейки и газоны. Влажно и неприветливо шелестела листва в грязно-серых сумерках. Сильным же должен быть ветер, чтобы долетать до этого места из каньонов высотных зданий!

Женщина шла все медленнее и наконец остановилась, толком не зная, что делать: идти дальше или обратно?

– Вы в порядке, мэм? – заставил ее вздрогнуть чей-то голос.

В трех метрах от Кристины стоял коп.

– Вполне, – сказала она. – Вот прогуливаюсь.

Полицейский кивнул, но как-то не сразу, а словно прикидывал мотивы или даже ее право здесь находиться.

– А что, нельзя разве? – с вызовом спросила Крис.

Коп лишь пожал плечами и мерно зашагал прочь. Мужики сегодня как будто сговорились ей докучать, удивленно подумала молодая женщина. Тот, кто родился и вырос в Нью-Йорке, может, смотрел бы на это по-иному, а вот человека из других мест такое обращение уязвляло, оно казалось им высокомерным: что это еще за манера такая надзирательская – дескать, знаем мы вас, понаехали тут! Где хочу, там и гуляю!

А может, это просто от глупости своего положения – шляется тут в одиночку по парку, как будто больше заняться нечем – и от этого тянет на ком-нибудь сорваться?

Да, наверное, дело как раз в этом.

«Да брось ты, Крис! Ну их всех! Иди к себе в ресторан, помирись с Джоном. Сделай хоть что-то здравое в своей дерганой, заполошной жизни. Или слабо́?»

Как-то разом решив, что та писанина на стекле – сплошная блажь (тоже мне, помножила два на два и получила миллион!), Кристина повернула обратно к главной аллее.

Но тут что-то произошло. У нее возникло какое-то безотчетное ощущение, суть которого сразу и не уяснишь. А затем это изменение обрело и наглядную форму.

Женщина замерла на ходу. У нее на пути стояли трое.

Две девицы, один парень. Все в черном долгополом тряпье с вкраплениями яркого: бирюза, пурпур, изумруд… Стоят полукругом, безмолвно, и смотрят на нее.

Крис настороженно обернулась.

Позади было еще двое – мужчины, тоже в черном, и непонятно даже, что под чем надето. Позы непринужденные, но то, что они расположены по кругу, а также их общий вид – мертвенно-бледные лица с запавшими, цепко смотрящими глазами – наталкивали на мысль о нешуточной угрозе.

Вот ведь незадача! Надо было слушаться Джона, и, конечно, жаль, что его здесь нет. Остается полагаться на себя.

– Вы у меня с дороги уйдете? – нервно спросила молодая женщина.

Молчание. Никто не пошевелился.

– Кто вы такие, черт возьми?

И опять в ответ ни слова. Неподвижность такая, будто это просто фигуры, вырезанные из фанеры. В эту секунду сквозь листву прошелестел порыв ветра. Что примечательно, рваные складки одежды на этих людях не шелохнулись.

– Кристина, – донесся до испуганной женщины голос.

Круг пополнила еще одна фигура – та самая черноволосая преследовательница Кэтрин, которую Крис сегодня днем повстречала в Брайант-парке. Только теперь вид у нее был не такой безобидный. Похоже, она как раз и заправляла этим небольшим отрядом неизвестной принадлежности, а также непредсказуемого поведения и силы.

– Лиззи? – посмотрела на нее Крис. – Кто эти люди?

Та по-птичьи склонила голову набок:

– Значит, ты тоже их видишь?

– Две девушки, трое парней, – нетерпеливо ответила Кристина. – Одеты вроде тебя. И у меня от них волосы дыбом. Повторяю еще раз: кто эти люди?

Брюнетка посмотрела на нее задумчиво. Было видно, как остальные переглядываются между собой. Вот одна из девушек – полноватая крашеная блондинка в готическом прикиде – что-то прошептала своему соседу. Звук ее голоса своей призрачностью был подобен отдаленному шороху шин на безлюдной улице, а может, дверце будуарного шкафа, что вдруг на дюйм приоткрылась в ночи.

– Мы Ангелы, – отозвалась Лиззи. – Может, погуляем вместе?