Я буду первым - Анастасия Лик

— Она не моя.

— Ну да… — многозначительно ответил бармен и изобразил на лице доброжелательную улыбку, встретившись с гневным взглядом Моро.

Кристофер отвернулся. Рука кавалера Евы опустилась неприлично низко.

— Вы позволите? — всего за секунду Кристофер преодолел весь зал и приблизился к танцующим.

— Мистер Моро, — кивнул мужчина и, сделав шаг в сторону, сказал Еве:

— Благодарю за прекрасный танец.

— И вас, Тимур, — проворковала Ева в ответ, и Кристофер зарычал, резко дёрнув девушку к себе.

— Какого чёрта ты делаешь? — зашипел он, обнимая Еву и двигаясь с ней в такт музыки.

— Прости? — она положила свою руку ему на плечо и сделала попытку немного отстраниться, но железные тиски его рук не позволили ей этого сделать.

— Ты пришла со мной, — тихо ответил он.

— Да, все это знают. Твоя честь не задета, — в тон Кристоферу ответила Ева и глубоко вздохнула, когда почувствовала горячую руку на обнажённой спине. Только что её пытался соблазнить один из гостей.

Его голос был сладок, слова такие, какие привыкли слушать бестолковые барышни, а руки совершенно бессовестны. Он был неприятен, его касания противны, другое дело — прикосновение Кристофера. Оно заставляло сердце больно сжиматься, а по телу разливалась приятная нега.

Ева неосознанно прижалась к его широкой груди и едва попадала в такт музыки.

— Моя честь? — тихо засмеялся Кристофер, наклонившись к уху девушки и обжигая свои дыханием. — Милая, мало кто может покуситься на неё. Но мне не нравится, когда к моей спутнице лезут под юбку.

— Вы пьяны, мистер Моро.

— Да… я определённо напился, — согласился Кристофер, продолжая гладить нежную спину и наслаждаться мягкостью кожи. — Надеюсь, ты взяла с собой водительские права?

— Конечно. Буду сегодня твоим извозчиком.

— Хоть какая-то польза от штуки баксов…

Ева резко остановилась и посмотрела в глаза Кристоферу. Неужели он сказал это серьёзно? Но по этим холодным глазам никогда ничего нельзя понять. Развернулась, быстро пересекла зал и вышла на балкон. Морозный воздух обжёг кожу.

Подошла к перилам и посмотрела в чёрный провал неба. Ни звёзд, ни луны и чувство обречённости в груди.

За спиной послышалось движение, и она поспешила вытереть слезу.

— Прости… — Кристофер подошёл и обнял хрупкие плечи. Она слегка дрожала под его руками, то ли от плача, то ли от холода, а впрочем, какая разница.

— Крис, оставь меня в покое, — прошептала Ева.

— Прости, я не знаю, почему всё время тебя задеваю. Но ты… когда ты рядом… — Кристофер замолчал, не зная, что сказать. Погладил шелковистую кожу, коснулся губами холодного плеча. Аромат французских духов дурманил.

Ева откинула голову, подставляя под мужские губы шею, и Кристофер с охотой ответил, покрывая её поцелуями, лаская нежное место за ушком.

Она была такой нежной, робкой в его объятиях и так искренне реагировала, цепляясь закоченевшими пальчиками в сильные руки. Тяжело дышала…

— Кристофер, остановись, — прошептала Ева, чувствуя, что поцелуи становятся всё более страстными, да и она сама бессовестно прижималась к нему, чувствуя возбуждённую плоть за спиной. Тёрлась об неё.

— Да, поехали домой, — многообещающе произнёс он, разворачивая девушку к себе и страстно целуя в губы.

— Крис, нет, — произнесла Ева, убирая его руки от своего лица и делая шаг назад. — Мы просто поедем домой и всё. Ты понимаешь?

— Какого чёрта, Ева? Я хочу тебя! — взвыл Кристофер, как раненый зверь.

— Я не могу, Крис. Прости.

— Ева… — начал говорить он, но замолчал, не зная, что сказать. Женщина сказала «нет». Он слышал это всего два раза в жизни, и оба из уст Евы.

— Поехали.

Ева взяла мужчину под локоть, и они направились к выходу.

Едва Кристофер сел в машину, его тут же сморило в сон. Ева нервным движением погладила шею, на которой всё ещё чувствовались губы Охотника. Повернула голову.

Нет, это нужно заканчивать, чувства к этому мужчине уже нельзя контролировать, все мысли только о нём, о его руках ноет тело, да и Дарья наверняка заметила её отношение к хозяину.

Нет, нет… никаких личных отношений! Артём — чудесный, добрый мальчик, Кристофер — потрясающий, сексуальный мужчина, некогда любящий муж и отец. Но это чужая семья, в которую ей лезть не стоит.

Впереди показался знакомый дом. Свет горел только в кухне, должно быть, Дарья ждала их. Ева припарковалась, отстегнула ремень безопасности и обернулась к Кристоферу. Он спал.

— Крис? — коснулась она его руки. Реакции не последовало. — Крис, проснись, пожалуйста.

Как и следовало ожидать, слова делу не помогли. Вышла на улицу, обошла машину и открыла пассажирскую дверь.

— Ну же, прекрасный принц, просыпайся, — уже рычала Ева, тормоша мужчину, который, кажется, начал подавать признаки жизни и приоткрыл один глаз.

— Ох! Ева! Давай помогу! — рядом материализовалась Дарья. Она очень резво подлетела к Кристоферу, но тут же отскочила, увидев гневный взгляд девушки.

— Не прикасайся к нему! — зарычала Ева.

— Я же хотела помочь…

— Дарья, пока Охотник не в состоянии защищаться, не приближайся к нему. Тебе ясно?

— Ева… что ты такое говоришь? — воскликнула та.

— Я спросила, тебе ясно? Или я буду вынуждена обратиться к другому Охотнику за помощью!

Дарья ошарашенно открыла рот, нервно кивнула и сделала шаг назад.

Ева повернулась у Кристоферу, закинула его руку к себе на плечи и дёрнула вверх.

— Ну же, Моро, вставай на ноги… какой же ты здоровяк.

Худо-бедно, но спустя полчаса Кристофер был доставлен в свою спальню и водружён на кровать. Ева устало вздохнула и присела у его ног. Сняла ботинки, носки, поднялась выше. Расстегнула рубашку, оголяя прекрасный торс, опустила взгляд ниже. Надо бы снять с него штаны.

«Нет уж!» — подумала она и решила ограничиться ремнём. Расстегнула пряжку, вытащила из петель и снова посмотрела на рубашку.

Расстегнуть — расстегнула, теперь надо бы и её снять.

Спустя ещё десять минуть и этот предмет одежды был снят. Ева сходила вниз, налила воды в стакан, достала из аптечки аспирин, положила их на тумбочку рядом с кроватью и накрыла Кристофера одеялом.

— Спи, — тихо прошептала она и, едва касаясь губами, поцеловала его в щёку.

— Мэри, — тихо ответил Кристофер. Ева замерла на мгновение и только собралась подняться, как он притянул её к себе.

— Моя Мэри, я люблю тебя. Не уходи, я так скучаю.